Тот самый парень из порно книга 2 (СИ) - Хаан Ашира

Первым я выбрала Арсения.

Мой первенец, мой чудесный мальчик, родившийся в первые дни мая, как подарок миру.

Он всегда был очень серьезным; немного отчужденным, невероятно умным и обожал всевозможные научные опыты. Сейчас я надеялась, что подобный склад ума позволит ему взглянуть на ситуацию без эмоций.

Очень надеялась. Несмотря на то, что он уже несколько лет учился в Германии, жил в Берлине — городе весьма свободных нравов, да и в принципе всегда был прогрессивно мыслящим даже среди своих сверстников, я не была уверена, что ситуация «мама вышла замуж за актера из порно» не разбудит в нем спящие гены суровых патриархальных предков.

Сама в шоке, что уж о ребенке говорить!

Поэтому запланировав созвон с чадом на калифорнийский вечер, когда у него будет утро воскресенья, я целый день металась по дому, заламывая руки.

Дэрил сидел в гостиной среди горы свадебных подарков, разворачивал их, читал карточки с поздравлениями, писал благодарственные письма и ловил меня, когда я пробегала мимо, чтобы засунуть в рот ролл с креветкой или конфету, поцеловать или уронить себе на колени и как следует потискать.

Я с удовольствием жевала еду, целовалась и ласкалась, но уже через минуту вскакивала и продолжала нервный забег. Даже разочек спустилась в подвал, чтобы отвлечься и проверить — правда ли там нет страшно секретной тайной комнаты с плетками и кандалами.

Там и вправду была лишь сломанная мебель, пыль и горы коробок.

Вернулась наверх, сходила в душ, чтобы смыть пыль, и прямо в полотенце плюхнулась Дэрилу на колени. Он с некоторым недоумением разглядывал набор разнокалиберных шариков из розового кварца в круглой коробке, украшенной двумя сердечками из того же кварца.

— Это что? — озадаченно спросил он.

— А что в карточке пишут?

— Пишут, что моей жене понравится.

Я забрала у него телефон, загуглила название компании, написанное на боку коробки, и с удивлением узнала, что шарики — что-то вроде тренажера для мышц тазового дна. Но в отличие от обычных тренажеров такого типа, изготовленных из скучного силикона, которые продаются в секс-шопах, и на которые я засматривалась, эти не только тренируют интимные мышцы, но и «гармонизируют женскую энергию, развивают силу внутренней богини и нормализуют гормональный баланс». К ним прилагалась также книжечка мантр, которые требовалось читать попутно со вставлением в себя шариков.

Дэрил задумчиво вертел в пальцах самый большой из них — размером с добрый апельсин. В глазах его разгорался опасный огонек.

— Э-э-э-э! — сказала я. — Дорогой. Положи обратно.

— Нет, ну слушай, это даже интересно… — мурлыкнул он, медленно пробираясь горячей ладонью под мое полотенце.

— Ай!

Я отпрыгнула на пару метров и на всякий случай подхватила каминную кочергу, готовясь дорого продать свою женскую гордость.

В этот момент потревоженное полотенце решило сдать позиции и очень вовремя изящно соскользнуло с меня, расплескавшись белоснежной лужицей у ног.

Ну, и оставив меня совершенно голой, зато с кочергой.

— Мне нравится твое альтернативное предложение, — заявил Дэрил, не глядя роняя куда-то шарик и медленным хищным движением поднимаясь с дивана…

— Я вообще первой хотела дочку… — рассказывала я спустя пару часов, валяясь головой у него на животе и сплетая свои пальцы с его. На фоне его смуглой, плотно заполненной рисунками кожи, моя бледная рука казалось какой-то странной, что ли…

Очень разные, наши обручальные кольца удивительно подходили друг другу. Обманчивая простота его кольца оттеняла демонстративную роскошь моего — и на этом фоне было видно, что его кольцо тоже не такое уж простое. Оно было сделано будто бы многослойным, чуть толще и шире стандартного и казалось слегка потрепанным, словно заранее исцарапанным. Очень стильно и очень мужественно — в пару к тонкому, очень изящному ободку моего, как будто изнемогающему под тяжестью крупного камня.

— Почему? — удивился Дэрил. — Чаще люди хотят первого сына, наследника.

— Да что у нас было наследовать? Мы были нищие студенты. Долги и алюминиевые вилки? Нет… — я скользнула пальцами по его руке вниз и снова вверх. — Просто я знала, как надо воспитывать девочку — как меня, только лучше. И больше любить. Но совсем не представляла, что делать с мальчиком.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— А как же его отец?

— Как оказалось, Валера тоже не знал, как воспитывать мальчика, — усмехнулась я. — Представляешь, мне пришлось собственному мужу рассказывать про то, как там все у мальчиков работает.

Дэрил задумчиво хмыкнул.

— Да ты бы и на дочери поди не засыпался, — поняла я его по-своему.

— До рождения ребенка есть много месяцев, чтобы успеть прочитать хотя бы одну книгу или посмотреть пару роликов на «ютубе».

— Не то чтобы в те времена было много роликов, — вздохнула я. — Но книги были. И по физиологии, и по психологии. Мне, правда, не очень помогли те книги, когда Сенька начал лупить девчонок в саду. Причем они были старше и крупнее и начинали первыми. Старое доброе «девочек бить нельзя» не помогали. Девочки били его сами.

— А сколько ему было лет? — Дэрил заинтересованно приподнялся на локте, напрягая живот, и лежать на нем стало жестко.

Я недовольно заворчала, силой укладывая его обратно.

— Пять… или шесть.

— Уже можно было бы научить приемам айкидо — уход от боя, обращение атаки против агрессора и обездвиживание даже сильнейшего противника.

Я покосилась на муже — чего он только не умеет!

— А потом что делать, когда выяснилось, что самая агрессивная девчонка на самом деле влюблена в него?

— Это просто. Надо точно так же применить к ней любой из приемов, но медленно и показательно. И предложить научить.

— Класс! — восхитилась я. — Жаль, мне это в голову тогда не пришло! А наоборот? Если девочка, которая ему понравилась в классе, вообще на него не смотрит?

Я приподнялась, чтобы посмотреть на Дэрила. На этот раз, недовольный тем, что мы больше не касаемся друг друга, заворчал он. И не успокоился, пока не усадил меня сверху, на свои бедра. Дополнительным бонусом стало то, что он мог гладить мою грудь.

— Тут важно понять, он ей действительно не нравится, — продолжил он, когда мы наконец устроились. — Или на самом деле она ужасно смущается от его внимания?

— А как понять? — заинтересовалась я.

— Всегда быть рядом, но не встревать. Предлагать помощь, когда она нужна, но не совать подарки по любому поводу. Чтобы она знала, что всегда может обратиться к нему, если нужно, но он не будет ей надоедать и мешаться.

— Мне кажется, на взрослых девочек это тоже хорошо действует…

— Конечно, — Дэрил приподнялся, снова напрягая пресс до каменной твердости, и нежно меня поцеловал. — Это действует намного лучше, чем агрессивное заваливание знаками внимания. Так ты пробуждаешь интерес, но не перекармливаешь собой.

— О, я забыла, что ты у нас бабник…

— Вот и хорошо, что забыла, — в его бархатном голосе вибрировало дразнящее напряжение. — Просто отлично…

У меня снова захватило дух от растущего возбуждения, и я подумала, что хорошо, что его боссы дали Дэрилу целых десять дней медового месяца и все его неуемное либидо и секретные техники соблазнения принадлежали только мне одной.

— Как здорово! А что бы ты делал, если бы заметил, что двенадцатилетний сын ищет в интернете порнуху? …Ой! — спохватилась я.

Он засмеялся.

Покачал головой:

— В таком возрасте парни смотрят порно не для того, чтобы передернуть. Им остро не хватает информации — достоверной, откровенной, с подробностями.

— Как будто в порно она достоверная! — фыркнула я.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Ну, там можно рассмотреть все в подробностях, — Дэрил очертил ладонями мою грудь, провел ладонями по бедрам, соединив их там, где они сходились. — Родители такого не расскажут и не покажут. И не надо, это как-то противоестественно.

— И что же делать?

Он пожал плечами и снова хмыкнул: