Ты еще пожалеешь, босс (СИ) - Фокс Кира

— Даже не думай, — раздалось совсем рядом. Я и не сразу понял кто это.

— Что?

— Не смей ее обижать и использовать что-то против нее, — добавил Богдан. В его глазах не было ни намека не веселье. — Знаю, тебе она не нравится, но не смей.

— Боишься за нее? — усмехнулся я. — Так почему оставил одну? Почему позволяешь там одной трясти задом? Ведь половина мужиков пялятся на нее.

Уже готов был к вспышке злости, но Крестовский снова удивил меня — рассмеялся.

— Так она и тебя зацепила, да, дружище?

— Что? — опешил от его вопроса.

— Брось, я вижу как ты на нее смотришь, — беззлобно улыбнулся друг. — И немудрено. Руся — красавица.

Я нахмурился, совершенно не понимая что происходило. Почему Богдан не ревновал? Ведь только что защищал и требовал оставить невесту в покое.

— Никто меня не зацепил.

Он ничего не ответил — просто повернулся к танцплощадке и снова посмотрел на девушку, которая по-прежнему полностью отдавалась танцу. Я смотрел на нее, и в голове рушился образ, который успел сложиться за это время. Неужели сейчас она была настоящей? Вот такой — счастливой, расслабленной, свободной и улыбающейся? После ее сдержанного поведения это было словно оборотная сторона медали. Понимал, что нужно уйти и все как следует обдумать, но все равно продолжал смотреть на нее, фиксируя в памяти каждое движение, каждый жест…

20. Руслана

Это было просто восхитительно! Даже не подозревала насколько я соскучилась по танцам всего за неделю! В студии я часто оставалась после занятий, чтобы позаниматься самой. И иногда, если настроение было паршивым, просто включала громко танцевальный трек и уходила полностью в себя, растворяясь в движениях.

Как и сегодня.

Богдан точно знал, что этот сюрприз будет для меня самым лучшим. Ради этого стоило пройти через все испытания — даже водное поло сейчас не казалось чем-то ужасным.

Мне было настолько классно, настолько здорово, что я попросту забыла обо всем. Пока меня не окликнула Ира. Точнее не остановила — потому что из-за громкой музыки услышать что-либо было проблематично.

— Что? — переспросила я.

— Не устала? Может пойдем подышим? — прокричала та мне на ухо.

Огляделась по сторонам — будь я в обычном клубе, то наверное бы меня не смутило остаться одной. Но здесь… Прежде всего я помнила, что для всех я — невеста Богдана. А знакомых рядом, кроме Ирины, не было.

— Да, хорошо.

Мы поднялись наверх и почти сразу столкнулись с Градовым.

— Ой, Вов, — растерялась напарница. — А ты чего один?

— Богдан отошел по делам, — медленно ответил тот, пристально глядя на меня. А затем перевел взгляд мне за спину.

И я обернулась. Зря, конечно, стоило догадаться, что он провоцировал, но… Было уже поздно. У дальней стены стоял Крестовский, а рядом с ним пышногрудая барышня с глубоким декольте. Она явно строила мужчина глазки, улыбалась во всем тридцать два, чуть подаваясь вперед. Вот только Бодя смотрел ей в глаза, а не ниже. Усмехнулась и развернулась обратно.

— Может, выпьем? — совершенно спокойно предложила я.

— Руся, да ты не думай — это же Стелла. Она его клеит на каждом корпоративе, но Богдан каждый раз отшивает, — тут же затараторила Сорокина, видимо желая как лучше.

— Да все в порядке, — отмахнулась в ответ. — Ты вроде хотела на воздух?

— Уверена?

— Конечно.

Мы направились к лестнице, но меня не покидало ощущение, что спину жгло чьим-то взглядом. Впрочем, гадать не было нужды — наверняка, Владимир.

Вечер выдался теплым, но после жаркого танцпола казалось, что было прохладно.

— Ты здорово двигаешься, — заметила Ира. — Занималась танцами?

— Да, было дело, — уклончиво ответила я.

— А давно? — на мой вопросительный взгляд, она добавила: — Просто у тебя такая пластика, что стоило бы попробовать себя в профессиональном смысле в этом направлении.

В груди противно царапнуло. Умом понимала, что коллега вряд ли хотела меня обидеть — она ведь и понятия не имела про мою жизнь, но… Всегда было это “но”.

— Спасибо, но это вряд ли, — слишком резко произнесла, тут же пожалев о несдержанности.

— Извини, — смутилась Ира. — Просто ты бы видела, как на тебя смотрели мужики…

— Все они смотрят, — скривилась я. — Да толку-то? Нормальных, надежных мужчин, готовых брать на себя ответственность, не так уж много.

— Это верно, — с какой-то печалью в голосе подтвердила девушка. — Что-то прохладно. Может, вернемся? — спросила спустя несколько минут.

— Да, конечно.

В дверях мы столкнулись с Богданом.

— Руся, — с облегчением выдохнул он и тут же притянул к себе. — А я тебя обыскался.

— Так Володя же видел, что мы пошли на улицу…

Мужчина только поджал губы, и я без слов поняла, что тот ничего не сказал другу.

— Мы танцевать идем, — попыталась сменить тему. — Хочешь с нами?

— Я? — притворно ужаснулся тот.

— Да-да! Давай, — стала уговаривать Крестовского. — Будет весело.

В итоге тот сдался, но кажется судьба была на стороне Боди — стоило нам спуститься на танцпол, как заиграла медленная мелодия. Ира, скомкано что-то сказав, скрылась в толпе, а мы с мужчиной остались вдвоем.

— Позволишь? — тихо спросил он, наклонившись ко мне. Я лишь кивнула и положила руки ему на плечи.

Песня была мелодичной, спокойной. И в тоже время такой грустной, что мне самой стало немного печально.

— Жалеешь? — спросил Богдан, когда я немного приблизилась.

— Немного, — призналась я.

— Я всегда буду рядом, Русь. Даже если ты передумаешь.

— Знаю. И спасибо за это. За то, что не отмахнулся от меня…

— Какая же ты еще глупенькая, — нежно произнес он, заправляя выпавший локон мне за ухо.

Больше мы не сказали ни слова — но нам и не нужно было. Достаточно было того чувства единения и доверия, что было между нами. И я настолько погрузилась в это чувство, что не сразу поняла, что закончился трек, и начался новый.

Энергичный, быстрый и ужасно громкий.

— Прости, но кажется это сильнее меня, — виновато улыбнулся мужчина и направился к выходу. А я снова была предоставлена сама себе. Упустить возможность насладиться музыкой я не могла, поэтому уже через пару мгновений снова отдалась танцу со всей страстью, забыв кто я и где нахожусь.

Мероприятие закончилось около полуночи. Точнее, основная масса участников разбрелась кто куда, и музыку сменили на более спокойную и тихую. Я к тому моменту уже едва стояла на ногах, поэтому совершенно не возражала, когда Богдан предложил пойти спать. Мы попрощались с Градовым и Ирой и пошли к себе.

Во мне все буквально пело. Я снова стала чувствовать себя счастливой, отдохнувшей и почти на своем месте. Где-то на задворках сознания понимала — завтра-послезавтра это состояние схлынет, и снова начнутся серые будни, но малодушно старалась об этом не думать, а наслаждаться тем, что было здесь и сейчас.

— Ты была просто великолепна, — сказал Крестовский, когда мы почти дошли до нашего домика. — Все мужики головы сворачивали.

— И ты туда же, — усмехнулась я.

— И я?

— Ага, Ира тоже самое говорила. Только ерунда это все.

— Правда? Но почему? Тебе не хочется нравиться мужчинам?

— Когда это говоришь ты, звучит как-то двусмысленно, — смутилась я.

— Да брось. Любой девушке приятно внимание.

— Конечно. Только оно ведь разным бывает. Маньяк когда преследует жертву, тоже ей внимание уделяет. Но что-то я не хочу такого.

Бодя расхохотался и открыл дверь.

— Придумаешь тоже. Ты же поняла о чем я.

— Да поняла, — вздохнула.

— Или у тебя что-то другое в приоритете?

— Я за искренность, Богдаш, ты же знаешь. А вообще я что-то так устала, что усну прямо здесь, — заявила, упав на диван в гостиной. — Можно?

— Тебе можно все, маленькая, — тепло улыбнулся тот и ушел наверх.

Он ушел, а я лежала и думала о его словах. Конечно, мужское внимание было приятным бонусом к моей профессии. Выходя на сцену много лет подряд, привыкаешь и перестаешь обращать внимание на подобное. Это раньше восторг в глазах парней во время выступления казался чем-то запредельным. Да только я довольно быстро поняла, что они мало общего имели с тем вниманием, о котором я мечтала будучи еще совсем девчонкой. Мне казалось, что обязательно появится тот, кто оценит не только внешние данные, но и внутренний мир — принц на белом коне, которому будет все равно какой марки у меня кроссовки и от какого дизайнера у меня сумочка.