Мэри Бакстер - Бесценное сокровище

– Тогда почему, по-твоему, она ездила в Геттисберг, вместо того чтобы провернуть все это дело в Галфпорте, где она живет?

Эдди пожал плечами:

– Вероятно, ей было нежелательно, чтобы кто-нибудь узнал про ее затею. Ты же знаешь, что такое бабьи пересуды.

– Да, пожалуй. Но ее резоны значения не имеют. Ничто не имеет значения, кроме того, что мы нашли ее.

На Дэлтона вдруг накатило неистовое желание воззвать к небесам. Судьба – второй раз в жизни – одарила его улыбкой. Однако он сдержался и спокойно предложил:

– Рассказывай остальное.

– Можно и остальное.

Эдди плюхнулся на стул перед столом и раскрыл папку. Но читать он начал не сразу. Прежде он выудил из кармана очки и водрузил их на переносицу.

Дэлтон барабанил пальцами по столу.

– Она замужем за Руфусом Фрейзером, который тяжело болен и находится в клинике для хроников.

– Дальше.

– Она – дипломированный архитектор и дизайнер по интерьерам. Недавно оставила работу в крупной фирме, чтобы основать собственное дело.

– Эту информацию трудно было получить?

– Не очень. Но есть еще кое-какие факты, и довольно скверные.

– Что ты имеешь в виду?

– Она вляпалась в неприятную историю. Она причастна к делу о краже в доме, где проводила работы. Но пока что ее не арестовали.

Дэлтон присвистнул:

– Ну и ну!

– К тому же она вообще в жутком положении. Она нуждается в деньгах, именно поэтому для страховой компании она – подозреваемое лицо номер один.

Дэлтон откинулся на спинку стула, сцепив пальцы на затылке.

– Ладно, ты произвел на меня впечатление. Будем считать это компенсацией за то, что тогда ты не пошел на взлом докторского дома.

Лицо у Эдди побагровело.

– Я же говорил тебе…

– Как же, как же. Я помню, что ты говорил.

Несколько мгновений оба молчали. Потом Дэлтон спросил:

– А как насчет ребенка? – Он надеялся, что голос у него звучит ровно и достаточно беззаботно.

– Ах да, насчет ребенка. Это мальчик, и его зовут Коти Майкл.

Дэлтона словно током ударило. Сын. У него есть сын. Женщина, которой он и в глаза не видел, женщина, к которой он ни разу не прикоснулся, произвела на свет его сына. Было от чего свихнуться.

– Есть и еще кое-что, но все это в бумагах записано. – Эдди захлопнул папку и положил ее на стол перед Дэлтоном. – Что теперь?

– Теперь ты получаешь плату и отваливаешь восвояси.

Эдди усмехнулся:

– Ты, конечно, сукин сын, Монтгомери, но должен сказать, твой стиль мне нравится.

Дэлтон фыркнул, выписал чек и вручил его Темплу.

– Если позднее мне понадобится что-нибудь еще, я с тобой свяжусь.

Эдди поднялся со стула, взглянул на чек и усмехнулся:

– Ты только свистни, слышишь?

С этими словами он неторопливо направился к выходу, оставив Дэлтона наедине с его мыслями и сильно истощенным банковским счетом. «Что дальше? – спрашивал он себя. – Как бы теперь повстречаться с Лией Фрейзер?»

Дьявол его побери, если он это знает!

Затем он внезапно выпрямился на стуле, чувствуя, что сердце у него бьется неровно, а во рту пересохло. Ответ был прост – еще один знак того, что судьба ему улыбается.

С идиотской улыбкой он снял телефонную трубку, набрал номер и подождал.

– Тони, это Дэлтон.

– О, привет. Я только что собирался позвонить и выяснить, не хочешь ли ты еще поработать сегодня с теми планами.

– И да и нет, – ответил Дэлтон.

– Не понял?

Улыбка расплылась по лицу Дэлтона.

– Вместо того чтобы валять дурака самим, мы должны нанять архитектора и дизайнера по интерьерам.

Глава 12

– Мам, мне нужно тебе что-то сказать.

Лия поставила пакет с покупками на тумбочку и внимательно посмотрела на сына.

– Хорошо, милый, я тебя слушаю.

Коти виновато потупился.

Лия собиралась вынуть из пакета продукты и приняться за приготовление ужина, но с этим можно было повременить. Она присела на край тумбочки и улыбнулась сыну.

– Ну, ковбой, выкладывай.

Понурив голову, малыш возил по полу носком ободранного ботинка.

– Коти?..

Сын поднял на нее глаза.

– Сегодня в детском саду я стукнул Тедди.

– М-м, так ты об этом хочешь мне рассказать?

Глаза Коти внезапно налились слезами.

– Он сказал, что мой папа – больной старик и уже никогда не сможет играть со мной в баскетбол.

Лия почувствовала, что только благодаря спасительной тумбочке у нее не подкосились ноги. Господи, сколько еще она сможет выдержать? До сих пор она хотя бы могла гордиться, что сын растет спокойным, уравновешенным мальчиком. Ей казалось, он свыкся с мыслью, что семья у них не такая, как у других. Но сейчас, глядя на его сморщенное маленькое личико и дрожащую нижнюю губу, она поняла, что ошибалась. Лия опустилась на колени и крепко обняла сына.

Сначала Коти не шелохнулся, а потом тоже с силой обхватил ее руками. Лия проглотила слезы и слегка отодвинулась, так, чтобы смотреть Коти в лицо.

– Тедди сказал правду. Твой папа не сможет играть с тобой в баскетбол. – Она помолчала и мягко добавила: – Помнишь, мы ведь с тобой говорили об этом?

– А чего…

– Я знаю, что ты хочешь сказать. И ты совершенно прав: это и так большая беда, что папа болен, а Тедди еще дразнит тебя этим… Очень гадко с его стороны. – Лия снова замолчала. Так трудно было объяснить ребенку, который еще все видит в розовом цвете, что жизнь несправедлива, никогда не была и не будет справедливой. – Но и с твоей стороны не очень хорошо было стукнуть его в ответ.

Коти упрямо сжал губы:

– Побил и еще побью.

– Надеюсь, что нет. Ни мне, ни папе не хотелось бы, чтобы ты вел себя таким образом. А Тедди просто вредный и тупой мальчишка.

Коти, рассмеявшись, вывернулся из ее объятий, и Лия поспешила добавить:

– Конечно, и вредный, и тупой, а раз так, ты лучше просто не обращай на него внимания, и незачем тебе его лупить. Договорились?

– Ладно. Можно я пойду погулять?

– Сначала расскажи мне, а как с вами обошлась воспитательница?

На лицо Коти снова набежала тень.

– Она поставила нас обоих в угол.

Лия вздрогнула.

– Вот что: в следующий раз, если случится что-нибудь подобное, твоему обидчику придется иметь дело со мной, ты только расскажи.

Коти внимательно посмотрел на Лию, как бы ища в ее лице подтверждения сказанным словам. Должно быть, решительный вид Лии убедил его.

– Хорошо, мама, – пробормотал Коти, снова ковыряя ботинком пол.

Лия потрепала сына по голове:

– Беги. Я позову тебя, когда ужин будет готов. Потом, если останется время, поиграем с тобой. Хочешь?

– Ура! – Коти вылетел в дверь.

Лия выпрямилась и выложила продукты на стол. Но желание делать что-нибудь пропало начисто. Она так старалась подготовить Коти к перемене в их жизни, особенно перед тем как поместить Руфуса в больницу. Доктор поддержал ее решение, потому что сама она не могла бы выполнять все необходимые Руфусу процедуры и обеспечивать нужный уход. Лия попыталась воспользоваться услугами приходящих сиделок, но из этого ничего хорошего не вышло. Одна оказалась нечиста на руку, а другая грубо обращалась с Коти.