Линн Пембертон - Платиновое побережье

Когда она заскучала от одиночества и, держась за перила, с трудом спустилась вниз, то увидела сидящих в обнимку Стивена и Викторию возле жарко пышущего огнем камина. Они впились глазами в видео и активно обсуждали фильм. Стивен взглянул на Кристину:

– Сейчас заканчивается. Это действительно захватывает.

Ничего не ответив, Кристина пошла в кухню. Там Дороти жарила мясо к ужину.

– У нас обычно бывает воскресный обед. Но господин Рис-Карлтон завтра улетает за границу, поэтому мы устраиваем сегодня ужин, – проинформировала ее толстуха-домоправительница.

Сообщение поразило Кристину. Она не подала вида, но Стивен ей ничего не говорил об отъезде. Он вообще не считал нужным посвящать ее в свои планы. Раньше она не придавала этому значения, а теперь впервые почувствовала обиду. Запах мяса щекотал нос. Ко всему, ужасно захотелось есть. Она тяжело опустилась на стул возле деревянного кухонного стола. С удовольствием выпила бы чашечку чая, но стеснялась попросить об этом монументальную домоправительницу.

Дороти обрадовалась, что появилась возможность посудачить:

– Уж поверьте мне, что-что, а мясо я готовить умею, – она гордо выпятила свою необъятную грудь. – Господин Рис-Карлтон утверждает, что никогда в жизни нигде вкуснее не пробовал.

Она продолжала расточать хвалу собственным кулинарным способностям, одновременно взбивая тесто для йоркширского пудинга.

– Как ваша нога? – спросила она, оставаясь тем не менее безучастной.

Кристина оглядела свою распухшую лодыжку и без всякого выражения ответила:

– Спасибо, уже намного лучше.

– Уверяю вас, после ужина вы почувствуете себя совершенно здоровой, – она вылила жидкое тесто на разогретый противень и поставила его в духовку. – Через двадцать минут пудинг будет готов.

На кухню вошел Стивен. И сразу занялся поиском вина. Бутылки лежали на стеллаже под разделочным столом. Вынул бутылку сухого «Сент Эмильон», открыл ее и перелил в графин. Кристина отвела глаза в сторону и ничего не сказала ему.

Сначала был подан йоркширский пудинг. Так в этом доме повелось – этот порядок завела еще мать Стивена, и сын неукоснительно ему следовал. Пудинг оказался просто воздушным и рассыпался во рту. Жареное мясо действительно было достойно всяческих похвал, и Кристина попросила еще и мяса, и золотистого жареного картофеля, и густого благоухающего соуса.

За столом Виктория, к удивлению Кристины, говорила очень мало.

Потом Дороти принесла пирог со сливками и разлила чай. Стивен спросил Викторию:

– Ты ждешь в гости свою подружку Каролину? Виктория отрицательно завертела головой и, облизывая пальцы, объяснила:

– Она, конечно, хотела прийти ко мне, но когда я узнала, что ты приезжаешь, попросила ее не приходить. Когда мы вместе, нам никто не нужен, правда?

Девочка поморщилась. «Да, эта девочка может любому отравить настроение», – подумала Кристина. Чтобы хоть как-то поддержать разговор, она показала рукой на висящую в рамке на стене фотографию молодой женщины, смотревшей куда-то далеко, за горизонт, светлыми глазами под тяжелыми веками.

– Это твоя жена, Стивен?

– Да, это Барбара.

– Привлекательная женщина, – искренне воскликнула Кристина.

– Скажете тоже! Она была красавица! – возмущенно проговорила Виктория. Оглянулась на портрет, затем сузившимися глазами вперилась в Кристину:

– Никто не сможет заменить мне маму! Кристина выдержала ее упрямый взгляд и сказала:

– Вряд ли кто-нибудь захочет это сделать. Тебе нечего беспокоиться.

Закончив с десертом она поблагодарила Дороти и тут узнала, что Виктория и Стивен собираются смотреть фильм про Джеймса Бонда. Вот уж что она ненавидела! Но пришлось забиться в угол дивана и смотреть «Голдфингера». Виктория растянулась на диване во весь рост, положив ноги отцу на колени.

Кристина вздохнула с облегчением, когда выяснилось, что девочка заснула посередине фильма, и Стивен отнес ее на руках в кровать.

– Она крепко спит, – уверенно сказал Стивен, вернувшись к Кристине с двумя рюмками бренди.

Она взяла бренди, сделала глоток и как можно спокойнее спросила:

– Ты, оказывается, собираешься завтра уезжать? Стивен обреченно вздохнул.

– Прости. Это выяснилось вчера, когда позвонил Роберт Лейтон. Мне придется лететь в Испанию. Я сразу забыл тебе про это сказать, а потом ты повредила ногу, – он провел рукой по ее волосам, погладил шею. – Скорее всего мне надо успеть на самолет в 11.30 из Гатвика в Малагу. Мы там закладываем парк отдыха, и я должен встретиться с проектировщиками рано утром в понедельник. Я и тебе заказал билет в Манчестер. Твой самолет вылетает через пятнадцать минут после моего. Вряд ли ты захочешь остаться здесь без меня.

– Да уж, благодарю. Чтобы твоя дочь здесь меня с потрохами съела!

– Ну, ладно, Кристина. Она не настолько плохая. Кристина подавила в себе желание продолжить разговор о его дочери. Она погладила Стивена по щеке и прошептала:

– У нас последняя возможность побыть вместе. Не будем тратить попусту время.

Подняла его темно-зеленый свитер и кончиками пальцев погладила волосы на его животе. Стивен напрягся и шумно вздохнул. Кристина молча расстегнула его брюки, и ее рука проникла в трусы. Стивен застонал. Кристина наклонилась, чтобы поцеловать его, и в ужасе отпрянула. В дверях маячила маленькая фигурка в белой ночной рубашке.

– Папа! Мне приснился кошмар! Я не могу заснуть! Ужас, как страшно…

Виктория подошла к дивану и уставилась на Стивена, лихорадочно застегивающего молнию на брюках.

– Что ты делаешь? – она смотрела на него широко раскрытыми глазами. Он быстро притянул ее к себе, чтобы скрыть смущение. Откинул слипшиеся волосы с ее лба.

– Ничего, малышка. Папа рядом, расскажи мне об этом кошмаре, и я тебя успокою.

Кристина молча встала с дивана и, не прощаясь, медленно поднялась в свою комнату. Она упала на постель, расстроенная и подавленная. Ждать Стивена не было никакого смысла. Она поняла – пока его дочь будет рядом, он не придет.

Они сидели в баре отеля «Мидленд» в Манчестере, и Стивен, заметив, что несколько человек с любопытством посматривают на них, наклонился к Кристине и настойчиво попросил:

– Говори тише. На нас обращают внимание.

– Мне плевать! – резко ответила она и продолжала: – Твоя дочь невыносима! Она симулирует болезнь, лишь бы разрушить наши отношения, и ты тут же отменяешь наш уик-энд в Испании, которого я так ждала!

Стивен устало и раздраженно принялся снова доказывать:

– Ты необъективна. Доктор Мантегю считает, что у Викки какой-то вирус. Рисковать нельзя. Представляешь, вдруг она серьезно заболеет, когда меня не будет?