Нина Демина - Убийственные болоньезе

– Говорю же, была как во сне!

– Да еще и под кайфом, эта сволочь Джованни, царствие ему небесное, пристрастил ее к кокаину, – вставила Виолетта.

– Шутишь? – переспросила удивленная Тина.

– Нет, всю дорогу проспала, а когда не спала, трясло как осиновый лист, и брюзжала как старый дед.

– Ветка, хватит представлять меня как законченную наркоманку! – вскипела рассерженная Лада.

– Я на тебе крест не ставлю, но считаю, что курс лечения ты пройти должна, – твердо ответила Виолетта.

– Уж лучше курс лечения, чем твоя геологическая экспедиция, – зло рассмеялась Лада. – Представляешь, Тин, наша супермодель убеждена, что лучшим прикрытием для нас будет экспедиция.

– Она не так уж и не права, – ответила Тина.

– И ты? – злилась Лада и вдруг предложила. – Может, бросишь свое кино и рванешь вместе с нами?

– Я бы с удовольствием, в качестве смены обстановки. Но у меня школа, с первого сентября начинаю занятия в девятом классе.

– Не поздновато ли? – ехидно спросила Лада.

– Учиться никогда не поздно. Вет, – обратилась Тина к Виолетте, – а у нее и в правду характер испортился. У нас есть частная клиника, недешевая, но ради здоровья подруги и собственного спокойствия никаких денег не жалко, да и те я из Бернса вытрясу.

– Подумаем над этим, Тина, а сейчас мы куда направляемся? К тебе нельзя.

– Не ко мне. К одному молодому человеку. Живет он правда далеко от центра, но в данном случае это удача.

Тина вырулила на широкую улицу, среди пятиэтажек которой высилась современная жилая высотка, окруженная узкими стрелами кованой изгороди, во въездных воротах шлагбаум и будка охраны. Тина опустила стекло и обратилась к охраннику:

– Вас должны были предупредить, мы к Давиду Коткину, пятьдесят девятая.

Охранник нажал несколько кнопок на пульте, поднял шлагбаум, и Тина проехала на стоянку.

– Выходим, – скомандовала Тина. – Лада, твою сумку возьму я, спрячь ладони в рукава джемпера.

Лада кивнула в ответ. Быстро темнело. На стоянке зажглись фонари на невысоких тонких ножках, стилизованные под старину. Парадное сияло чистотой, а зеркало лифта отразило уставшее лицо Виолетты и сосредоточенное Лады.

– Мы похожи на уродин, – буркнула Лада, поправляя пряди волос.

– Отродясь не проводила за рулем столько времени, – пожаловалась Тине Виолетта, – кажется, усну на ходу.

– Не спать, – подбодрила их Тина, – еще душ и ужин.

– Слава тебе, господи! – воскликнули путешественницы.

Она бежала узкими улицами какого-то неизвестного ей старинного города, расстояние между растрескавшимися стенами древних строений становилось все меньше и меньше и вскоре превратилось в щель, и острые края разрушенных веками камней цепляли одежду и царапали кожу. Дикий страх толкал ее дальше, она задерживала дыхание в надежде протиснуться сквозь западню к свету, тонкому как игла, прошивающая края каменных одеяний. Она становилась такою же узкой, вытянутой вверх в своем стремлении, и не чувствовала своих членов, лишь высокий навязчивый звук, напоминал ей, что плоть ее на грани разрыва. Она перевела дыхание и снова устремилась вверх, дальше от того ужаса, что настигал ее и звучал в ушах диким фальцетом. Голова ее на жирафьей шее протиснулась сквозь острые, как ячейки терки, края плоскости и вынырнула на поверхность.

Лада открыла глаза, скинула с себя колючий плед, отмахнулась от надоедливого комара, мучившего ее своим писком, и, опустив ноги на пол, села на постели.

Постелью для нее послужил диван в гостиной. Как человеку, проведшему за рулем много часов и не сомкнувшему глаз, Виолетте определили более удобную постель в гостевой спальне. Она нащупала ступнею вельвет мужских тапочек, окунула туда озябшие ноги, стянула со стула мужскую рубашку, пахнущую утюгом и едва различимым запахом мужского одеколона. Запах ей понравился. Пошаркав в полумраке гостиной и раскрыв шторы, она увидела редкий горящий свет окон дома напротив и решила, что на дворе уже ночь. Этот ужасный сон! Вряд ли получится снова уснуть, но поймать назойливого комара надо обязательно! Счастливая Ветка, дрыхнет и не заботят ее никакие проблемы, а тут! Надо бы поискать хозяйскую аптечку, вдруг повезет?

С этой мыслью Лада вышла из гостиной и увидела свет из открытых дверей столовой.

Стараясь тише шаркать великоватыми тапочками, она заглянула в просторную комнату, разделенную на собственно кухню и небольшую столовую. Молодой человек в пижаме стоял около огромного холодильника и большими глотками пил молоко из высокого стакана.

– Не спится? – невинно спросила Лада.

От неожиданности молоко выплеснулось на пижамную куртку и юноша, захватив пальцами рукав, стал яростно тереть ее, похоже не зная как реагировать на приход незнакомки в рубашке на голое тело.

– Ох, простите, я не думала, что напугаю вас. Вы ведь знаете, что у вас гости?

– Да, конечно, – наконец проговорил он. – Тина Андреевна попросила принять вас… на несколько дней.

– Это, наверное, ваша рубашка? – спросила Лада и, специально, что бы смутить его подернула ее за ворот, в разрезе из расстегнутых пуговиц мелькнула смуглая грудь.

Давид сглотнул и, не сводя глаз с Лады, проговорил:

– Моя, и тапочки…

– Мы вас, кажется, раздели, – хихикнула Лада, забавляясь ситуацией, и протянула Давиду руку. – Меня зовут Лада, Лада Кренникова.

– Давид Коткин, – представился юноша и пожал протянутую забинтованную ладошку.

– Мою спящую подружку зовут Виолетта, она известная модель, – зачем-то приврала она, стараясь понравиться, – утром познакомлю вас, она красивая,…блондинка.

Вам нравятся блондинки?

– Да, – брякнул Давид и замолчал.

– Какая жалость! Сколько раз в своей жизни я пожалела, что не родилась блондинкой, но вы сами видите, как смешно бы выглядела, вздумай я покрасить волосы.

– Вы очень красивы, – выдохнул Давид, все еще держа в руках стакан с недопитым молоком.

– Ветка самая красивая из нас, – с уверенностью сказала Лада.

– Красивее Тины Андреевны? – спросил искренне изумленный Давид.

– Ах, вот оно что! Вы влюблены в Тину!

– Нет, нет, – запротестовал он, – я просто считаю ее красивой женщиной.

– Бедняжка, вам придется трудней, чем Парису, завтра мы посмотрим, кому вы отдадите первенство! – Лада забавлялась его смущением. – Ну, раз вы такой радушный хозяин, то, может быть, найдете из чего можно соорудить сэндвич? – спросила она.

– Да, да, – заторопился Давид и поставил стакан на столешницу, – сейчас я сделаю…

– Давайте так, – предложила Лада, – сэндвичи я сделаю сама, а вы пока принесете, что-нибудь выпить… не молочное. Ну, так как?