Венди Уэкс - Бестселлер по случайности

— Я…

— Знаешь, помимо вас троих, меня вдохновляла еще одна женщина — основательница литературного клуба, в котором я состою. Она писала книгу за книгой и мечтала об успехе. Случилось так, что вопреки препонам ее издательства книга той женщины попала в список бестселлеров «Нью-Йорк таймс», и она заключила многомиллионный контракт с другим издательством.

Мэллори внимательно слушала.

— Когда я пробивалась в «Скарсдейл», она сказала: «До публикации доживают самые терпеливые». Я написала эту фразу на стикеры, наклеила на компьютер и на зеркало ванной. Каждый день читала и повторяла начинающим писателям, которые, отчаявшись, хотели поставить на творчестве крест. Я искренне поверила, что издательский бизнес безжалостен, но, если не сдаваться, обязательно своего добьешься.

— Правильно. Все в руках самого писателя. Порой работать невыносимо трудно, и обязательно нужно верить…

— Мэллори, та женщина книги больше не пишет. Она дома продает — в недвижимость ушла, — тихо сказала Кендалл и поморщилась. — А у меня на представителей этой профессии сейчас аллергия!

Мэллори думала, что из-за горестей подруги всю ночь глаз не сомкнет, однако спала, как пресловутый младенец — то ли благодаря свежему горному воздуху, то ли благодаря двум бутылкам вина, которые они распили.

Ночью она слышала бормотание телевизора, в том числе загадочные слова — например, «маршрутизатор» и «мансардный карниз». Однако они не помешали Мэллори выспаться. Впервые за долгое время ее собственные проблемы отошли на второй план, уступив пальму первенства желанию помочь Кендалл.

Мэллори накинула халат и прошла на кухню, где умопомрачительно пахло кофе. Опрятно одетая Кендалл что-то писала в блокноте и улыбалась. Судя по большим настенным часам, было половина девятого.

— О, ты уже одета! — фыркнула Мэллори. — И в душе явно побывала… Мне нужно бросить литературу и податься в психотерапевты.

— Ну что сказать? Ты меня вдохновила. — Кендалл показала на пустую кружку у кофеварки.

Мэллори налила себе кофе, добавила сахар, сливки и сделала глоток.

— Что пишешь? Заметки к портретам главных героев? — полюбопытствовала она. Вдруг все не так запущено? Можно предложить совместный мозговой штурм или обсудить будущий сюжет. Сперва они поговорят о книге Кендалл, потом о ее книге… Смена обстановки однозначно пойдет на пользу.

— Вообще-то составляю список покупок в «Хоум депо».

— В «Хоум депо»? — Мэллори не без труда оторвалась от созерцания горных вершин.

— Ну да, после всех этих сюжетов о домашних мастерах решила тут кое-что отремонтировать.

— Но у тебя договор! — с досадой напомнила Мэллори. — И в «Скарсдейле» ждут рукопись, а не фотографии гостиной после ремонта.

— Ничего глобального я не намечаю, — смутилась Кендалл. — На крыльце ступеньки сломались, перила подгнили. Ты ведь не хочешь упасть и сломать ногу?

— Конечно, не хочу, но…

— Сливной бачок барахлит. Раздражает, сил нет! Я в два счета починю! Одевайся, поедем завтракать в «Клейтон-кафе», а на обратном пути закупим продукты. На все про все уйдет часа три, не больше.

— Я собиралась утром работать, — покачала головой Мэллори. — У нас обеих поджимают сроки. Можно вынести ноутбуки на террасу…

— Не хочешь — оставайся, а я за покупками. У меня «Доритос» кончаются!

— Но ведь я приехала тебе помогать…

Кендалл улыбнулась и откинула волосы.

— Мэллори, до твоего приезда я три дня душ не принимала, так что считай себя волшебницей. Но я даже думать не смогу о книге, пока не сделаю мелкий ремонт и не набью холодильник едой! — Кендалл кинула на подругу исполненный благодарности взгляд.

Однако Мэллори предлог не работать чувствовала за добрую милю. Она глотнула кофе и стала гадать, что делать. Сама она в жизни не забила ни одного гвоздя, считая такую работу прерогативой Криса, но, если честно, сейчас садиться за ноутбук не хотела. А вдруг утренняя прогулка и завтрак настроят и ее, и Кендалл на рабочий лад?

Тем более если Кендалл уедет одна, то вполне может исчезнуть на целый день. А если поехать с ней, они позавтракают, купят продукты и инструменты, вернутся на ферму и сядут за работу.

— Ладно, — наконец кивнула Мэллори, — через пятнадцать минут буду готова.

На лице Кендалл мелькнуло облегчение, совсем как у приговоренного к смерти, в последнюю минуту получившего отсрочку исполнения приговора.

— Сделаем покупки, но по городу шататься не станем. Вернемся домой, и сразу за работу: наметим сюжет твоей книги.

Мэллори отправилась в свою комнату. Она прикидывала, что надеть для поездки в «Хоум депо», и гадала, насколько явно ее лицо выражает радость оттого, что за работу можно сесть попозже.

Глава 11

Что сказать молодому человеку, решившему стать писателем? «Не надо»? Впрочем, он все равно сделает по-своему. И напрасно.

В «Клейтон-кафе» Мэллори и Кендалл практически вылизали свои тарелки и, чтобы растрясти жир, решили прогуляться по крошечной клейтонской Мейн-стрит.

— Господи, как я наелась! — Кендалл дернула пояс своих джинсов, словно надеясь хоть немного его растянуть.

— Да, было вкусно, — кивнула Мэллори. — Хотя пылкая любовь местных жителей к овсянке для меня необъяснима.

— Ш-ш-ш! — предостерегающе зашипела Кендалл. — Не так громко! За критику овсянки с подливой здесь могут вымазать дегтем, обвалять в перьях и выгнать из города.

— Насчет «выгнать» не уверена, зато точно знаю другое: в этом городке всех калорий, которые мы сейчас наели, прогулками не сожжешь. Сегодня вечером нужно идти в поход!

Все, что не касалось новой книги и обсасывания ее проблем, Кендалл принимала на «ура». У нее ведь теперь новое жизненное кредо: «Izbeganius, izbegatas, izbegant». Благодаря Мэллори она не чувствовала себя одинокой и отрезанной от мира; только вот, к сожалению, от бурлящего в душе страха и пустоты не спрятаться.

— Отлично! — воскликнула она, ведя Кендалл мимо антикварных лавочек и ухоженного сада перед старинным каменным зданием музея.

У единственного в городе книжного Мэллори остановилась.

— Помнишь, как наши книги впервые поступили в продажу? — Она улыбнулась. — Сколько магазинов мы обошли, когда в Нью-Йорк приехали? Двадцать? Тридцать? Помнишь, как на такси ездили из книжного в книжный и в каждом сломя голову неслись в отдел современной прозы?

Кендалл кивнула, хотя ее воспоминания портила неприглядная реальность.

— Не хочешь войти и проверить, есть ли наши книги в продаже?