Барбара Виктор - Найди свою любовь

— В прошлую пятницу Дэнни вызвал меня в кабинет и сказал, что он заключил в Буэнос-Айресе одну сделку, но, по политическим причинам, ни в каких бумагах и ни на каких чеках не должно фигурировать его имя. В общем, ему требовалось подставное лицо.

— А он объяснил, что это за дело?

— Нет, он только попросил подписать пять пустых чеков для получения денег с моего счета в другом банке.

— Не могли бы вы уточнить, что это за другой банк?

— «Репаблик иксчейндж».

— Продолжайте, — попросил Адам, кивая стенографистке.

— Дэнни сказал, что от меня требуется только подпись, а он сам переведет на этот счет суммы, необходимые для обеспечения чеков.

— А что должны были получить в результате этой операции вы?

— Ничего, — с трудом выговорил Стампа. — Дэнни просил об одолжении, а я действительно очень многим ему обязан.

Что ж, наверное, он был прав, этот маленький несчастный человек.

— И вы подписали чеки?

— Да.

— Что же произошло потом?

— В течение пяти дней — ничего. Потом, уже перед самым закрытием банка в канун Дня независимости, один из вице-президентов неожиданно вызвал меня к себе в кабинет.

— Пометьте, пожалуйста, в протоколе, что это было третьего июля, — попросил Адам стенографистку. — Продолжайте, мистер Стампа.

— Все чеки были опротестованы.

— О каких суммах шла речь?

— Дэнни вписал в каждый чек сумму в двести тысяч долларов.

Стампа выглядел таким смущенным, словно все, что произошло, произошло по его вине.

Адам буквально остолбенел, и даже стенографистка на секунду застыла с поднятыми над клавишами руками.

— Общая сумма составила миллион долларов? — уточнил Адам.

Стампа кивнул.

— Стенографистка не может зафиксировать кивок, — сказал Адам.

— Да, — произнес Стампа. — Миллион долларов.

Адам справился наконец с потрясением.

— И что же ожидал от вас вице-президент? — спросил он.

— Он считал, что я должен покрыть выписанные чеки.

— А вы рассказали ему о сделке с мистером Видалом?

— Нет. Я сказал ему, что произошла ошибка.

— Но вы объяснили, что мистер Видал собирался покрыть эти чеки, переведя деньги на ваш счет в «Рипаблик»?

— Нет. Ведь в этом случае мне пришлось бы рассказать о причинах, а наша сделка была конфиденциальной, ведь Дэнни просил никому ничего не рассказывать. Я от души надеялся, что произошла ошибка и деньги либо затерялись, либо просто еще не успели поступить на мой счет.

Адам покачал головой — все это казалось чертовски непонятным.

— И что же выяснилось, когда вы позвонили в «Репаблик»? Это действительно была ошибка?

— Нет, — с глубоким вздохом произнес Стампа. — Когда я перезвонил в банк, там сказали, что с тех пор, как я сам положил деньги на свой счет несколько недель назад, никаких поступлений не было.

Абсолютно неправдоподобная история.

— Вы попытались связаться с мистером Видалом?

— Да, но он к тому моменту уже закончил работу.

— Когда он ушел?

— Если уж точно, он вообще не приходил в банк третьего июля. Мистер Видал ушел накануне, сразу после закрытия банка.

— А вы звонили ему домой?

— Да, но там никто не отвечал.

— Вы, наверное, поехали туда?

Стампа выглядел совершенно разбитым.

— Нет. Разве мог я ворваться…

Ситуация была настолько трогательной, что в нее трудно было поверить, не зная прошлого этого маленького человека. Он был практически сломлен после смерти сына. Вся эта история с чеками, видимо, окончательно подорвала его доверие к ближнему.

— Давайте вернемся немного назад, мистер Стампа, — предложил Адам. — Я не совсем понимаю, почему необеспеченные чеки вернулись в «Интер федерейтед»? Ведь их должны были вернуть человеку, предъявившему чеки к оплате — Дэнни Видалу.

— Обычно так и бывает. Но Дэнни, вероятно, лично поручился по этим чекам, и их обменяли на наличность до того, как проверили счет.

Адам был потрясен.

— Вы хотите сказать, что ему выдали миллион долларов наличными, не получив подтверждения перевода из «Репаблик»? Как он смог заставить своих служащих так поступить?

— Дэнни ведь владелец банка, разве не так? Кто посмел бы отказать ему, тем более что все чеки были выписаны на его имя и подписаны мною, его личным помощником. — Теперь в голосе Стампы открыто звучало отчаяние. — Господи, ведь получается, что это я должен деньги банку. Я виноват во всем…

И все-таки Адам чего-то не понимал. Что-то здесь было не так.

— Подождите минутку, мистер Стампа… Если Видал положил эти деньги на собственный счет в «Интер федерейтед», а через пять дней выясняется, что вклад не обеспечен реальными деньгами, почему банк просто не аннулировал последнее поступление на его счет?

Стампа печально улыбнулся.

— Конечно, именно так и поступают в подобных случаях, но дело в том, что мистер Видал не положил этих денег ни на один из своих счетов.

У Адама похолодело внутри. Он заговорил медленно, тщательно подбирая слова.

— То есть, вы хотите сказать, что второго июля в конце рабочего дня Видал вышел из банка с миллионом долларов наличными?

— Очевидно, да.

Стампа попросил пить. Адам налил ему воды, подождал, пока тот выпьет, и спросил:

— А где Видал сейчас?

— В Мексике.

— А точнее?

— Где-то в Акапулько. Он сказал всем, что едет туда присмотреть дом, в котором собирается проводить отпуска.

Дом за миллион долларов… И все-таки явно что-то не так. Какой смысл этому Видалу рисковать из-за миллиона, когда он уже успел ограбить собственный банк на пятьдесят миллионов? И зачем ему было красть деньги у человека, который наверняка обратится к властям, когда вся эта история выплывет наружу? И почему Видал ничего не предпринял для того, чтобы обезопасить Стампу?

— А его жена? Она тоже в Мексике?

— Нет. Она, кажется, на дежурстве в больнице.

Адам рассеянно кивнул, глядя куда-то в пространство.

Да, действительно, она же врач. Как это трогательно — муженек доводит людей до инфаркта, а жена их лечит! Они работают на пару!

Адам подумал, что на основании рассказанного Стампой будет совсем даже неплохо выписать Дэнни Видалу повестку для явки в прокуратуру. И еще надо съездить в Бруклинскую больницу и поговорить с женой Видала!

Адам не удивился, заметив, что Стампа готов заплакать.

— Вы поможете мне? — жалобно спросил он.

Адам не стал ходить вокруг да около.

— Я постараюсь защитить вас от последствий этой истории, если вы обеспечите мне доступ к интересующим меня картотекам и документам. Прежде всего, у вас есть ключи от кабинетов служащих банка?