Сара Вуд - Островок любви

— Но…

— Не глупи, Кэтрин! — рявкнул он, теряя терпение. — Мы зря тратим время на споры, а нельзя терять ни секунды. Я сильнее тебя и знаю все, что нужно знать о лодках. Делай, как тебе говорят.

Не дожидаясь ответа, Зак натянул дождевик и нашел фонарик. В чулане он захватил веревку.

Дождь начал утихать. Подбежав к реке, Зак увидел, что вода в ней поднялась по меньшей мере на семь футов и посреди бурлящих волн, почти на другом берегу, виднелась лодка Кэтрин.

Точнее, верхняя ее часть. Остальная часть лодки находилась под водой. Лодку уже сносило мощным течением, и только канат, которым она все еще была привязана к берегу, удерживал ее.

Поразительно, как беспечно поступила Кэтрин, не привязав лодку по всем правилам. Но она, скорее всего, была занята встречей с любовниками.

У Зака ушло полтора часа на то, чтобы спуститься по скользкому берегу и привязать лодку за корму к крепкому дереву. Домой он вернулся грязный, злой и совершенно без сил.

Кэтрин сидела у плиты, такая маленькая и хрупкая, утонув в одной из его теплых рубашек и свитере. Носки сползали с маленьких ступней, и у Зака сжалось сердце от нежности.

— Все в порядке, — сердито бросил он, стаскивая плащ и ботинки. Кэтрин протянула ему полотенце.

Коротко поблагодарив, он вытер лицо и волосы. Бренди стоит…

— Я уже нашла, надеюсь, ты не возражаешь, сказала девушка. — И налила тебе тоже. Тебя так долго не было. Я хотела пойти с тобой…

— Ты бы ничем не смогла мне помочь, — ответил он. — Теперь лодку не унесет. Вернее, то, что от нее осталось. Ничего больше мы пока не можем поделать. Сядь, ради бога. Ты выглядишь ужасно. Расскажи мне, что все-таки произошло?

— Я не знаю, но кто-то открыл шлюзы в плотине, — пробормотала девушка. — Вода сразу поднялась, и лодку закрутило.

— Да, река поднялась намного выше, чем обычно. Сейчас она больше похожа на Ниагарский водопад. Воду так и крутит. И повсюду белая пена. Он взглянул на Кэтрин сочувственно. — Не понимаю, как тебе удалось выбраться.

— По счастливой случайности. Если бы я была в постели…

Она неуверенно улыбнулась, и у Зака сердце перевернулось в груди.

Только бы она не заплакала. Этого он не выдержит.

— Здесь ты в безопасности. — Он махнул рукой так, словно все случившееся было не так уж серьезно.

Но глаза Кэт потускнели.

— Я никогда не смогу забыть эту ночь. — Она уставилась прямо перед собой, вспоминая весь ужас случившегося. — Это был мой дом. В нем вся моя жизнь. А теперь все погибло. Все мои медицинские записи, все лекарства, книги… О, прости! вспыхнула она, видя, что он набирает номер телефона. — Я помешала важным телефонным переговорам?

— Я звоню в службу природоохраны, — сухо ответил он. — Хочу разобраться, кто открыл шлюзы без предупреждения.

— О, прости. Не знаю, почему я так сказала, я просто взволнована…

Он наградил ее таким взглядом, что девушка замолчала. На другом конце провода наконец ответили. Зак объяснил ситуацию, выслушал ответ и положил трубку.

— Никто не давал приказа открыть шлюзы, сказал он Кэтрин. — Офицер считает, что это был вандализм. Лодка застрахована?

По ее лицу он понял, что нет. Девушку снова затрясло.

— Не смотри на меня так, — взмолилась она. — Я собиралась застраховать ее.

— Извини, Кэтрин, — выдохнул он. — Но твое стремление к свободе зашло слишком далеко. Ты должна брать на себя хоть какую-то ответственность. Теперь ты осталась на улице!

Отчаяние заставило его быть таким резким. Отчаяние, вызванное образом жизни Кэтрин, столь непохожим на его.

Девушка пробормотала что-то неразборчивое.

— Я знаю, но старая страховка закончилась, и я ждала, пока найду новое место для стоянки, чтобы сделать новую, — жалобно пояснила она. — Мне казалось это разумным.

Она выглядела такой несчастной! Зак чуть не сказал, что купит ей новую лодку, но сдержался.

— Если бы ребята были здесь… — всхлипнула Кэтрин.

Зак вздрогнул. Разве его ей недостаточно?

— Зачем? — спросил он, задетый ее словами.

Она подняла глаза.

— Потому что они знают, как поднять лодку. И они помогли бы мне разобрать ее, высушить и…

— Я сам могу это сделать, — вырвалось у Зака, прежде чем он успел подумать.

— Ты не можешь знать, как поднимают лодки.

— Почему? У меня достаточно практических знаний и куча людей, к которым я могу обратиться за советом. В этом нет ничего сложного.

Надежда снова вспыхнула в карих глазах.

— Правда? Если мы поднимем ее быстро, может быть, ущерб будет не таким уж большим? Зак, я так тебе благодарна! — прошептала Кэтрин.

— Я просто хочу, чтобы она не мешала, — сказал Зак, нахмурив брови. — Все это очень неприятно.

Ты должна была уехать.

— Знаю. — Кэт закусила губу. — Извини, я даже подумать не могла, что это случится.

— Надеюсь.

Проклятье. Она казалась такой несчастной. Зак вскочил, чтобы только не обнять ее.

— Хорошо. — Кэтрин тоже встала. — Сейчас ничего нельзя поделать. Мне надо найти место, где я смогу остановиться.

Зак повернулся и увидел, что Кэтрин уже у двери.

— Не глупи. Ты можешь спать здесь.

Плечи ее поникли.

— Ты не хочешь видеть меня здесь, — выдавила она.

— Я не хочу видеть тебя в моей постели, — солгал Зак с болью в сердце. Она хочет уйти. Ей не нужны его утешения. Не нужен он. Должно быть, теперь она влюблена в Тома. А на следующей неделе? Гнев ослепил его. Или боль. — Здесь есть другие спальни, помимо моей, — отрезал Зак, ненавидя ее за ветреность.

Кэт залилась краской.

— Это… не совсем удобно.

— Я хочу видеть тебя здесь не больше, чем ты хочешь здесь оставаться, — холодно произнес он. Но это самое умное решение. Утром ты сможешь оценить ситуацию. И потом, что ты будешь делать в деревне посреди ночи, Кэтрин? — взорвался он и, не дожидаясь ответа, добавил:

— И если ты думаешь, что я буду приставать к тебе, то чертовски ошибаешься. Для меня наши отношения закончились.

— Разумеется, — устало произнесла Кэтрин. Спасибо за приглашение. Я все равно не смогла бы никуда пойти. Я совсем без сил.

— Тогда ложись спать. Я поищу белье и покажу тебе комнату для гостей.

Кэтрин вздрогнула. Проклятье, подумал он.

Слишком уж я резок. Она чуть не утонула, потеряла дом и все свои вещи, а я обращаюсь с ней как с преступницей.

— Кэтрин… — Он протянул к ней руку.

— Не прикасайся ко мне! — Ее глаза сверкнули. Я не буду тебе мешать, если это все, что тебя волнует! И ты не обязан мне помогать. Я и сама справлюсь. Ты мне не нужен. Все, что мне от тебя нужно, — это переночевать сегодня в твоем доме. А поскольку я уеду через три дня, Кейт не узнает, что я провела здесь ночь. Я не стану рассказывать ей, и я уверена, ты тоже.