Лорелей Матиас - Влюбленный купидон

Он умолк, в его карих глазах блеснул свет.

– Ах, я бестолочь, тебе же пришлось назвать себя перед всем залом, так как ты опоздала, верно? Точно! Тебя зовут Ами, да?

– Вообще-то меня зовут Амели.

– Знаю, знаю. Я просто пошутил. Мне запомнилось твое имя, поскольку я тогда еще подумал – извини за примитивный комплимент, – что оно очень красивое. Ты, наверное, видела фильм?

– Да, он мне понравился. И саундтрек к нему отличный. – Амели оперлась спиной о стену.

Чарли повернулся к ней лицом:

– Что верно, то верно! Жан-Пьер Жене – один из моих самых любимых режиссеров. Очень остроумный. Ты видела другие его фильмы – «Город потерянных детей» и «Деликатесы»?

– Гм… нет, пока нет, – призналась девушка. – Хотя мне всегда хотелось посмотреть «Деликатесы». А ты, наверное, хорошо разбираешься в кино?

– Да, я в некотором смысле киноман, но мне это положено по статусу… – Чарли смешался и продолжил вполголоса, будто признавался в постыдном поступке: – Я актер.

– О, не нужно извиняться. Я работаю в рекламе. По-моему, это означает, что мы оба в своем роде притворщики, – сказала Амели.

Пожалуй, был шанс, что этот красивый, статный мужчина не работал на «Быструю любовь», а пришел сюда так же, как и все остальные.

Чарли с восхищением посмотрел на нее, затягиваясь сигаретой.

– Могу я спросить, что привело тебя сюда? Что такая потрясающая девушка и умница, как ты, делает в этом месте?

Амели рассмеялась, бросила сигарету на землю и наступила на нее туфлей.

– Я могла бы задать тебе аналогичный вопрос… Но я не стану. На самом деле я не хотела сюда идти. Меня привела подруга, которой требовалась моральная поддержка.

– Полагаю, поэтому ты была на седьмом небе от радости, когда тебе предложили подождать до следующего тура, – резюмировал Чарли. Затем, потушив сигарету, добавил: – Что ж, раз ты не спросила, я сам объясню. Я здесь, поскольку встречался со слишком многими актрисами… И, учитывая мой круг общения, вероятность того, что я встречу симпатичную девушку другой профессии, близка к нулю – если, конечно, не считать тех красоток, которые работают в бухгалтерской конторе моего соседа по квартире. Но я серьезно сомневаюсь, что смогу поладить с женщиной, которая питает безудержную страсть к цифрам.

– А что плохого в актрисах?

– Господи! А что в них хорошего?! Они увлечены только собой! Я им нужен только для того, чтобы лелеять их самолюбие, без конца говорить им, что они похудели, что их актерская игра с каждым разом все лучше… Честно говоря, я начинаю чувствовать себя занудным льстецом!

Амели, не ожидавшая столь эмоциональной реакции, нервно рассмеялась, однако признала, что у ее нового знакомого была уважительная причина попытать счастья на «быстрых свиданиях».

– И в каком спектакле ты играл последний раз? Или это бестактный вопрос? – поинтересовалась она, но их грубо прервали.

Зазвенел звонок, сигнализируя об окончании перерыва и начале нового раунда.

– Гм… пора. Представление продолжается, – разочарованно протянул Чарли.

Амели окинула взглядом этого красивого, свободного мужчину, у которого, казалось, нет недостатков. Он улыбнулся ей, и девушка невольно ответила ему тем же. Забавно, в определенном смысле она встретила его случайно, поскольку их свидание за столиком еще не состоялось. Тем не менее беседовать с ним было легко и приятно, так что они могли бы провести весь вечер вдвоем и не возвращаться на вечеринку. «Если он не подсадная утка, – рассуждала Амели, – значит, он какой-нибудь псих? Садомазохист. Или фанатичный христианин. А может, его подослала конкурирующая фирма. Да, так оно и есть! С ним явно что-то не так». Здесь кроется подвох, иначе почему этот парень столь настойчиво стремился завязать с ней разговор? В любом случае она должна тщательно продумать вопросы, которые задаст ему, и использовать три минуты с максимальной пользой для себя.

Чарли отряхнул кожаную куртку и открыл дверь кафе.

– Знаешь, я охотно остался бы снаружи и тайком выкурил сигарету-другую с Амели, но боюсь, если мы сейчас не вернемся, нас оставят после уроков, – игриво заметил он. – Вы уже заработали несколько штрафных баллов, барышня, так что, думаю, не стоит больше рисковать.

– Да, ты прав, – кивнула Амели. – Нечего прятаться, нужно смело смотреть в лицо испытаниям. Но я уверена, мы скоро встретимся.

Пропустив девушку вперед и закрыв за собой дверь, Чарли бросил взгляд на часы и сообщил:

– Да, примерно через сорок пять минут, если я не ошибаюсь.

Амели фыркнула от смеха, представив мысленное усилие, которое брюнет приложил, чтобы вычислить время свидания по номерам на их именных карточках.

«Как лестно, хотя и необычно», – промелькнуло в ее голове, и девушка заняла место напротив донельзя противного Кевина.

За Кевином, моделью, не блиставшей интеллектом, последовал биржевой маклер, который крепко пожал ей руку и представился:

– Донни. Нынешняя зарплата превышает двести тысяч Плюс бонусы. Как поживаете?

Через три невероятно долгие минуты Амели оказалась лицом к лицу с Карлосом, как две капли воды походившим на Мануэля из «Фолти-Тауэре».[25] Когда она, отложив ручку, сделала большой глоток из третьего по счету бокала, испанец заглянул ей в глаза и промолвил:

– Мы никогда не встречались раньше? В прошлой жизни?

Амели с трудом сохранила бесстрастное выражение на лице и помедлила, придумывая оригинальный ответ.

– Все может быть. Как знать… – усмехнулась она. Ничего другого ей не пришло на ум. Тут девушка спохватилась, вспомнив, что у нее есть задание, и продолжила: – Итак, Карлос, что ты думаешь о «быстрых свиданиях»?

– Э-э, – замешкался ее собеседник. – Я думаю, это хорошо… Это поможет добавить немного больше любовь в мир, si?

– Как ты считаешь, у этого проекта есть будущее? – допрашивала Амели Джеральда из Новой Зеландии четырьмя минутами позже. – По-твоему, может эта идея распространиться по всему земному шару?

– Да, возможно, – ответил Джеральд, плотный мужчина с теплой улыбкой и редеющими светлыми волосами. – Хотя это не самое романтичное занятие на свете, правда? И все же это неплохой способ узнать о мире, о людях. Я имею в виду, что с социологической точки зрения это, должно быть, увлекательно.

– Да, я тебя понимаю, – кивнула Амели. – Так, значит, ты социолог?

– Нет, я кинорежиссер. Знаешь, я начинаю думать, что вся эта ситуация может послужить основой для короткометражного фильма. Или даже для полнометражной картины, если удастся найти опытного сценариста.

Амели рассмеялась, соглашаясь:

– Может, сегодня вечером тебе стоит записывать свои впечатления? Ради исследования.