Теодора Снэйк - Отель на побережье

Даже Норме не понравилось явное преклонение новой знакомой перед аристократией. Тимоти же пришла в голову одна очень интересная мысль, которую он обдумывал в продолжение всего ужина. Видимо, в результате он пришел к утешительным для себя выводам, потому что к концу вечера повеселел и выглядел счастливчиком, только что выигравшим крупный приз в лотерею.

Около полуночи гости стали расходиться. Первыми из-за стола поднялись Ситтоны, которым на следующее утро нужно было рано вставать, чтобы успеть на рейс в Бостон. Распрощались очень тепло, обещая непременно вскоре вновь собраться той же компанией.

Тимоти попросил Грега захватить с собой Аманду, которая к тому времени прониклась к Норме такой сильной симпатией, что решила оставить жениха без присмотра. Ситтоны обещали посадить Аманду в такси и удалились. Джейк предложил Николь спуститься в его номер, чтобы поболтать немного об общих знакомых и выпить перед сном еще по рюмочке. Она согласилась и простилась с хозяином вечера подчеркнуто официально.

В номере Джейка Николь сбросила туфли и прошла босиком на балкон. Там опустилась в шезлонг и скрестила в лодыжках вытянутые ноги. А Джейк тем временем смешал два коктейля. Он поставил стаканы с напитками на небольшой столик рядом с шезлонгом. Затем, попросив разрешения, скинул смокинг и остался в белоснежной рубашке. Он развязал галстук-бабочку, расстегнул две верхние пуговицы на рубашке и облегченно вздохнул.

— Устал? — сочувственно спросила Николь, глядя, как Джейк без церемоний усаживается прямо на пол, перегораживая длинными ногами весь балкон.

— День был тяжелым. С утра самолет, в котором меня каждый раз выворачивает наизнанку. Затем деловой ланч, от которого желудок болит до сих пор. Кажется, это была мексиканская кухня. А у меня, между прочим, гастрит, — всерьез пожаловался он смеющейся Николь и для пущей убедительности потер ладонью подтянутый живот.

— Не хотел бы, никто не заставил бы тебя глотать жидкое пламя, — отругала она его. — Я же знаю, что ты умеешь настоять на своем. Так что не плачься, сам виноват.

— Но я же должен был расположить деловых партнеров к себе, — возразил Джейк. — Понадобилось бы, съел и жареные гвозди, лишь бы это помогло делу.

— Тогда мучайся, — усмехнулась Николь.

— Да что мы все обо мне говорим? Ты-то как живешь?

— Уже неплохо, — грустно улыбнулась женщина. — Отец долго болел. И я сюда приехала, чтобы ухаживать за ним. Потом он умер. Какое-то время все буквально валилось у меня из рук, но так не могло долго продолжаться. Без работы я просто сошла бы с ума от горя. Поэтому и устроилась в «Каскад». Работаю помощником управляющего отелем. А встретились мы с тобой только потому, что босс попросил меня присутствовать на вашем ужине.

— Бедняжка, тяжело тебе пришлось, — искренне посочувствовал Джейк и ободряюще похлопал ладонью по обтянутому платьем женскому колену. — Но самое страшное уже позади. Дальне будет легче. А с работой справляешься?

— Тут все в порядке, — кивнула Николь, отпивая глоток из стакана и следя за тем, как медленно тают брошенные в него кусочки льда. — Как дела у Кейт? Вы с ней по-прежнему вместе?

— Нет, она меня бросила и вполне счастлива с новым приятелем. Они уже поговаривают о свадьбе, — без сожаления сообщил Джейк и тут же перешел в наступление: — А я нуждаюсь в утешении. Если твое сердечко свободно, могла бы впустить меня в самый дальний его уголок. На большее я не претендую.

— Только само сердце знает, свободно оно или нет. Я уже ничего не понимаю, — заметила Николь очень серьезно.

— Это Тим, да? — прямо спросил Джейк и больно стиснул пальцами ее колено.

— С чего ты взял? — От неожиданности Николь смутилась. — Он собирается жениться на Аманде. Она сама мне сказала. А даже если бы и не собирался, то с какой стати мне связываться с собственным боссом? Всем известно, что это плохо отражается на карьере.

Она отодвинулась, и рука Джейка соскользнула вниз. Николь опустила взгляд и сплела тонкие пальцы. Это нервное движение выдало ее состояние. Джейк получил еще одно подтверждение зародившимся у него смутным подозрениям.

— Говори что хочешь, — пробормотал он. — Но я видел, как ты ела Тима глазами. Смотри, Николь, сама не заметишь, как влюбишься в него до беспамятства, потом будешь плакать. Он не из тех, кто может сделать женщину счастливой. Вернее, мог бы, если бы захотел, да только не захочет. Я давно его знаю. Он не для тебя.

— Почему ты так говоришь? Я же сказала, что у меня с ним ничего нет. И хватит об этом! — Щеки ее вспыхнули наполовину от растерянности, наполовину от возмущения, и она поспешила сменить тему разговора: — Пожалуй, мне пора. Ты когда уезжаешь?

— Завтра вечером. — Джейк покаянно опустил голову. — Прости, Николь, я, кажется, лезу не в свое дело. Но ты же знаешь, я всегда хорошо к тебе относился. Я даже завидовал Роджеру, правда. — Он заглянул в глаза Николь, словно проверяя, верит ли она его словам. — Если бы вы с ним расстались, то я бы точно попытался его заменить.

— Я догадывалась, но не была в этом уверена, — честно сказала она.

Теперь некоторые моменты их дружеских встреч виделись ей совсем в ином свете. Как знать, вздумай Джейк признаться в своих чувствах раньше, когда она еще жила в Нью-Йорке, может, все сложилось бы иначе. Но слова его запоздали и теперь уже ничего не могли изменить. В сердце Николь поселился сероглазый дьявол, которого ни в коем случае нельзя было любить, однако…

Однако что за шутки выкидывает легкомысленная фортуна?! Почему Николь предпочла ветреного Тимоти обстоятельному надежному Джейку? Это ей и самой было непонятно. Собственная неспособность управлять ситуацией огорчала Николь. Она взглянула на Джейка, смотревшего на нее в упор.

— Теперь ты все знаешь, — сказал он. — Мои чувства к тебе не изменились. Если мы оба попытаемся, из наших отношений может получиться нечто стоящее.

Ей не хотелось огорчать старого друга. Но правда все равно выплывет наружу, как ее ни прячь.

— Вряд ли. Между нами не пробегает… искры, что ли. Ты понимаешь, о чем я говорю?

Желая опровергнуть высказанное утверждение, Джейк обнял Николь и бережно привлек к себе. Его быстрые легкие поцелуи были ей приятны, но не вызывали ответного желания. Она не приоткрыла для него губы, и мужчина с сожалением выпустил ее, признав свое поражение.

Пройдя к бару, Джейк плеснул себе двойную порцию виски в широкий хрустальный стакан, не добавив в него ни содовой, ни льда. Пальцы его слегка подрагивали.

Николь продолжала неподвижно стоять там, где он ее оставил. Ее губы еще хранили тепло мужского прикосновения, но глаза смотрели ясно и трезво. Кажется, она только что потеряла хорошего друга. Мужчины обычно плохо переносят отказы. Жаль, это очень большая для нее потеря.