Марго Романова - Тайга

— Я все сделаю, — пообещала Верло, и тут же отправилась выполнять порученное ей задание.

Весь день Ирина пыталась дозвониться до Николая. Но его абонент постоянно оказывался вне зоны доступа. Вчера она ездила к нему домой. Дверь никто не открыл, и почти три часа Ира провела на лавочке возле его подъезда. Отчаявшись, девушка позвонила к его соседям. Она помнила, что на одной площадке с Николаем живет аккуратненькая сухонькая старушка баба Тома. Девушка надеялась, что бабушка ее не забыла.

В глазке мелькнул свет и тут же исчез. С той стороны двери за ней внимательно наблюдали.

— Ирочка! — через несколько секунд донеся да нее радостный возглас. Тут же загрохотали замки, которых, по всей видимости, было несколько. И на пороге появилась улыбающаяся старушка.

— Здравствуйте, баб Том, — улыбнулась Ира в ответ. — Боялась, что вы меня не узнаете.

— Думала, что бабка совсем из ума выжила? — беззлобно поинтересовалась старушка. — А вот и нет! Это с виду я такая древняя, а в голове у меня полный порядок. Дак ты проходи, проходи, чего на пороге то топчешься? Чайку с тобой попьем, да побалакаем малехо.

— Ой, баб Том, я сейчас приду! — только сейчас спохватилась Ира, что не прихватила никакого гостинца. Она не привыкла ходить в гости с пустыми руками, а тем более к пожилым людям. Кубарем она слетела вниз по лестнице.

— Не убейся гляди! — донесся до нее обеспокоенный голос бабы Томы.

— Буду через десять минут! — прокричала она в ответ.

В булочной, расположенной в соседнем доме, она купила торт и поспешила назад. Баба Тома любила сладкое. Это она тоже помнила. Пару раз они заходили к ней вместе с Колей. Приветливая старушка рассказывала им о своих внуках и правнуках, вспоминала молодость. Иногда она тяжело вздыхала, глаза ее светлели от пронизывающей душу жалости — помнила она и Колину маму. Баба Тома говорила, что соседка была очень доброй женщиной, всегда помогала ей, ходила за продуктами, мыла окна и угощала своими пышными пирогами. Коля тоже иногда заходил к старушке. Родной бабушки у него не было, но он всегда о ней мечтал… Может быть, и на этот раз он заглядывал к ней, говорил что-то о своих планах.

— Вот и я! — улыбнулась бабушке раскрасневшаяся Ирина и протянула ей коробочку с тортом.

— Сладенького принесла! — по-детски обрадовалась старушка. Если бы не больные ноги, то она, наверное, пустилась в пляс, настолько полная и искренняя была ее радость. — Я так и подумала, что ты за гостинцем побежала. Вы ведь и раньше с Коленькой никогда с пустыми руками не приходили.

Расположившись на уютной кухоньке, они уютно, по домашнему громко прихлебывали чай. Баба Тома умиленно рассматривала Ирину и жаловалась на соседа, который второй год подряд делает в квартире ремонт. И ни конца ни краю этому благоустройству видно не было.

— А как у тебя дела, Ирочка? — вдруг спохватилась бабуля. Нахохлившись, как курочка, она поставил локти на стол, и устроила подбородок на две ладошки, сложенные друг на друга. Я — вся внимание говорила ее поза.

— Да все хорошо, баб Том, — потупилась Ирина. — Только вот с Колей повздорили немного. Он на меня обиделся и отключил телефон. Со вчерашнего дня не могу его найти. Вы его не видели?

— Вчерась заходил, — закатив глазки к потолку, ответила она. — Конфеты мне принес. Я их вчера и доела, ни одной не осталось.

— Во сколько? — напряглась Ира.

— Дак, часиков в пять, наверное. Он еще к тебе торопился. Сказал, что твоя мама пригласила его в гости к семи часам.

— Мама… пригласила? — не поверила Ира.

— Да, так и сказал. Волновался сильно. Говорил, что на душе у него отчего-то неспокойно. Я еще ему сказала, когда, мол, свататься идешь, всегда волнуешься. Это ж не корову на рынке покупать. Тут дело посерьезней будет.

— Посерьезней, — эхом повторила Ира. — Да, вы правы. Серьезней просто некуда.

— А поругались вы когда, до сватовства али после? — вновь взявшись за торт, поинтересовалась баба Тома.

— Да и не было никакого сватовства. Хотя… Знала я, конечно, что ради достижения своей цели мама на все пойдет, но чтобы такую подлость сделать! Как же она могла?!

— О чем это ты, деточка? — баба Тома замерла, так и не донеся ложечку с тортом до рта. В ее глазах блеснуло искреннее любопытство. — Чего там мать твоя натворила?

— Не берите в голову, баб Том, — попыталась улыбнуться девушка. — Это я так, на нервной почве всякие глупости несу. И больше вы Колю не видели?

— Не видела, но слышала, — с набитым ртом ответила старушка. — Сегодня он рано из дома ушел. Я еще в постели нежилась, а он уже ключами в коридоре громыхал. Еще так долго с замком копался, что я даже беспокоиться начала. Вдруг, кто чужой в квартиру его ломится. Хотела встать, да в глазок посмотреть. Но, пока с кровати слазила, он уже дверь закрыл и вниз убежал. Эх! В его годы я тоже так бегала, а сейчас из квартиры лишний раз выбраться боюсь. На днях во дворе так завалилась, что весь бок синий теперь. Хошь, покажу?

— В другой раз, баб Том, — встала Ирина из-за стола. — У меня сейчас времени совсем нет. Но я к вам обязательно как-нибудь зайду. Обещаю!

— Беги, беги, Ирочка. Я ж все понимаю, сама такая была, — тяжело вылезая из-за стола, прокряхтела бабуля. — Бывало, целыми днями на ногах проводила. Ни на секундочку не могли присесть.

Шаркая следом за Ирой, она продолжала вспоминать свою молодость. Обувшись, Ирине пришлось прервать ее рассказ.

— Баб, Том, вы, если Колю увидите, скажите ему, чтобы он обязательно мне позвонил, — попросила она. — Скажите, что я очень буду ждать и надеяться. Еще скажите, что он неправильно все понял. Хотя… этого лучше не говорите. Просто скажите, чтобы позвонил.

— Передам, все передам, — пообещала бабушка. — А ты забегай, как время будет. Я всегда рада тебя видеть.

— Обязательно! — закрывая за собой дверь, улыбнулась она. Только улыбка получилась очень уж ненатуральная, замученная и печальная, больше напоминающая горькую гримасу, чем открытое проявление человеческой радости. У бабы Томы даже сердце екнуло, а это, она знала точно, не к добру.

Николай прищурился, пытаясь разглядеть смутные силуэты, витавшие впереди. Или это больной воспаленный мозг опять рисует нереальные картины… Сначала ему показалось, что резко испортилась погода: набежали тучи, отчего стало темнее, и на землю опустился туман. Но буквально через секунду белое облако начало сгущаться, приобретая девичьи очертания. Николай молча наблюдал за происходящим. Не в силах пошевелиться и отвести взгляд, он замер на месте.

— Не бойся, человек, — зазвенел молодой голосок. — Ничего плохого я тебе не сделаю. Ты звал меня, вот я и пришла.