Мари Соул - Подходящая пара

— Это… Это подойдет.

Эффи взяла бутылку из его руки и резко встала. Ей необходимо было увеличить пространство между ними, чтобы легче было дышать. Прислонившись к мойке, она попыталась овладеть собой.

— Похоже на то, что день сегодня будет знойным. Сейчас еще утро, а на улице страшная жара.

Он посмотрел на нее, улыбнулся и медленно встал.

— Да, довольно жарко.

— По радио передавали, что днем будет гроза.

Не отрывая глаз от лица девушки, Паркер подошел к ней вплотную. Эффи не знала что делать: отодвинуться от него — значит дать ему понять, что он возбуждает ее, не отодвинуться…

Паркер ничуть не сомневался, что выступивший на ее щеках румянец не имел ничего общего с жарой на улице, а напряженность между ними — с концентрацией электричества в предгрозовом воздухе. Блеск в ее глазах и волнение были выразительнее слов. Его близость возбуждала ее.

Так же, как ее близость возбуждала его.

— Что вы тут делаете? — спросила Бернадетта, входя в кухню.

На лице Эффи появилось виноватое выражение.

— Мы, э… Да вот я…

— Мы нашли моющую жидкость, — сказал он, улыбаясь. Сбивчивый ответ Эффи развеселил его. Она напоминала ему ребенка, застигнутого в тот момент, когда он запустил руку в банку с вареньем.

— Хорошо, — сказала Берн с загадочной улыбкой и царственной походкой подошла к мойке.

Эффи протянула ей бутылку, но Берн даже не взглянула на нее. Она достала из шкафчика стакан и открыла кран. Паркер стоял, переводя восхищенный взгляд с одной женщины на другую.

Открытое и живое лицо Эффи выражало те чувства, которые она испытывала в данную минуту: смущение и растерянность. Лицо Бернадетты было невыразительным, как маска, и Паркер не мог понять, о чем она думает. Вчера вечером она сказала, что заинтересована в работе. Еще она намекнула, что была бы не против восстановить их прошлые отношения.

Сейчас он жалел, что поцеловал ее.

— Я… Э… — Эффи отошла от него к двери. — Пойду мыть полки.

Он проводил ее взглядом, затем повернул голову к Бернадетте. Она пристально смотрела на него, и он понял, что им надо объясниться.

— За тринадцать лет она изменилась, — сказал он.

— Не намного. Она всегда была влюблена в тебя.

— Тринадцать лет назад она была ребенком.

— Теперь она не ребенок.

— Да, не ребенок.

Берн подошла к нему. Великолепные белокурые волосы волной падали на плечи; умело наложенный макияж подчеркивал красоту лица. Улыбаясь, она смотрела на него сквозь длинные пушистые ресницы.

— Время многое меняет.

Ее голубые глаза были похожи на два глубоких озера, взгляд был таинственный и манящий. Воспоминания прошлого нахлынули на него. Когда-то им было хорошо вместе. Она была его первой любовью, мужчина никогда не забывает об этом. Однако одних воспоминаний недостаточно, чтобы возродить прежнюю любовь.

Вчера вечером он попытался сделать это и ждал, не вспыхнут ли в душе прежние чувства. За обедом они вспоминали те три лета, что провели вместе. На причале он поцеловал ее.

Сегодня он понял, что все осталось в прошлом, и такие чудесные дни не повторятся. Тринадцать лет назад они были совсем юными и впервые познавали тайны любви. Тогда он думал, что Бернадетта именно та женщина, которая ему нужна. Его желания совпадали с желанием его родителей, и все-таки он был в замешательстве.

Как знать, может быть, тогда он и женился бы на Бернадетте, если бы она не подталкивала его к браку.

Ответа он не знал и никогда, видимо, не узнает.

Складывалось впечатление, что судьба сталкивала его с сестрами Сандерс в самые неблагоприятные периоды его жизни. Улыбнувшись Берн, он покачал головой.

— Иногда я пытаюсь понять, а меняет ли время вообще что-нибудь?

Вернувшись в ванную комнату, Эффи принялась отмывать полки аптечки, усердно орудуя губкой. До верхней полки она не могла дотянуться и поэтому встала на крышку туалета.

Из кухни до нее доносились голоса Паркера и Бернадетты. Говорили они тихо, и было трудно разобрать, о чем шла речь. Время от времени они смеялись, и она слышала то низкий раскатистый хохот Паркера, то высокий, немного наигранный смех Бернадетты.

— Расслабься, Берн, — нетерпеливо бросила Эффи, но ее замечание было слышно лишь в пределах ванной комнаты. Она знала, что сестра выглядела до смешного нелепо, когда переставала контролировать ситуацию. На свою беду, Берн была слишком серьезной.

«А ты?» — спросила себя Эффи и пришла к выводу, что серьезности-то ей и не хватало. Несерьезность она считала одним из главных своих недостатков.

Вот и на кухне она выглядела смешно, когда вся вспыхнула только от того, что рука Паркера скользнула по ее руке. Он всего лишь мужчина; правда, мужчина красивый. И целовать может как никто другой.

Она покачала головой и еще усерднее заработала губкой. Думать о его поцелуях она больше не будет. Это случилось, и все. Для нее же лучше забыть об этом, а если не забывается, смотреть на это трезво.

Его поцелуи, так же как и заигрывания, ничего не значили, поэтому надо было перестать краснеть и вести себя как глупая девчонка. Ей следовало бы…

— Как идут дела? — спросил Паркер, просунув голову в дверь ванной комнаты.

От неожиданности Эффи выронила бутылку с моющей жидкостью, и она с грохотом упала в ванну. Стоя на унитазе, она растерянно смотрела на бутылку. Потом перевела взгляд на него. Наставления, которые она только что давала себе, не помогли, и она снова вела себя как ребенок. Он всего лишь задал вопрос, а у нее уже бешено забилось сердце и куда-то улетучилась уверенность в себе.

Паркер поднял бутылку и протянул ей. К. счастью, крышка на бутылке была завинчена и жидкость не пролилась. Ситуация была нелепой, и выйти из нее можно было бы с помощью остроумной шутки, но Эффи только ответила:

— Спасибо.

— Не за что. — Он оглядел комнату. — Какой ты предлагаешь мне план действий?

— План действий? — Она засмеялась. — До чего же ты похож на Берн. Вы оба только планируете. Я же действую.

Кивком головы он указал на аптечку.

— Хочешь, я помогу тебе вымыть верхнюю полку?

— Нет, спасибо. — Она хотела одного: чтобы он ушел. — Можешь пойти в гостиную, снять книги с верхних полок и уложить в коробки. Мы сортируем их по тематике. На коробках есть пометки.

— Ваше желание для меня закон. — Он слегка поклонился, приложив руку к сердцу, и вышел из ванной комнаты.

Эффи закрыла глаза, желая успокоиться и собраться с мыслями.

Чем дольше Паркер находился в коттедже, тем больше Эффи хотелось, чтобы дом был просторнее. Ее удивляло, как могли здесь круглый год жить четыре человека, не натыкаясь друг на друга каждую минуту. В какой бы комнате она ни работала, ей постоянно приходилось сталкиваться с Паркером. Происходило это в основном по ее вине, как ей казалось. Занимаясь чем-нибудь, она вдруг вспоминала, что ей нужна была та или иная вещь, отправлялась за ней и неизбежно встречала на своем пути Паркера, выполнявшего очередное поручение со свойственными ему организованностью и методичностью. Столкнувшись с ним в третий или четвертый раз, она перестала извиняться. Если он думает, что она нарочно крутится около него, то глубоко ошибается!