Джун Грей - На запад

И будь я проклята, если подвергну себя этому.

Протянув руку, я отбросила его одеяло и немного разочаровалась, увидев под ним его пижамные штаны, и при этом наслаждаясь от ряби мурашек, что распространились по его загорелой коже.

— Вставай, мы уходим, — сказала я, хватая Джози за ошейник и стаскивая её с кровати.

Незнакомец приподнял тёмную бровь.

— На свидание?

— Нет, — произнесла я, немного заинтересовавшись его идеей. — Мы собираемся пробежаться по делам.

— Это может подождать несколько минут? — спросил он, снова накидывая на себя одеяло.

Я нетерпеливо фыркнула.

— Почему?

Посмотрев на меня, он робко улыбнулся.

— Тут… э-э-э… ситуация, которая через несколько минут разрешится сама по себе.

Я хмыкнула, когда поняла, о чём он говорит.

— Ты имеешь в виду утреннюю эрекцию? — спросила я. — Не беспокойся, у тебя нет ничего, чего бы я не видела прежде.

— В таком случае... — Он встал с кровати и остановился передо мной с голой грудью и взъерошенными волосами. Спереди его хлопчатобумажных штанов было очертание сильной эрекции, которая натянула ткань.

Я рассмеялась. Просто не могла ничего с собой поделать. Я так нервничала и волновалась, что не знала, как это выразить.

— Ладно, твоя реакция непременно поможет этому, — сказал он, обойдя меня и подняв с пола джинсы.

— Прости. Я не хотела смеяться, — сказала я. — Будешь ли ты чувствовать себя лучше, если я скажу, что у тебя хороший «свёрток»?

— Нет, — ответил он. — Ты задела его чувства. Теперь лучше поцелуй его. — Он посмотрел на меня через плечо, выходя из комнаты, и тихо засмеялся над моим шокированным выражением лица. — Я шучу, Кэт.

Шутка или нет, сейчас этот образ явственно застрял в моей голове. Черт бы его побрал.

Чуть позже мы приехали в город Кормак, который был чуть больше Айаше, но населяло его значительно больше людей.

— То здание, что мы проехали полтора километра назад, это тюрьма? Там находится твой отец? — спросил меня мой пассажир, когда я подъехала на парковку к дому престарелых.

— Да, это то место. — Я вышла из машины не в том настроении, чтобы говорить о своём отце.

— Значит, в этом городе есть тюрьма и дом престарелых? — спросил он, следуя за мной к двери. — Как...

— Грустно? — предложила я, входя в вестибюль, как делала несколько раз прежде. — В этот город людей отправляют против их воли.

И тут незнакомец нахмурился, о чём-то думая.

— Что такое?

— Я думаю... думаю, что моя бабушка находится в доме престарелых или в каком-то подобном центре.

Я широко распахнула глаза, и моё сердце забилось в два раза быстрей.

— Ты что-то вспомнил? — спросила я, молча умоляя, чтобы он просто ошибся. Что он просто вспомнил что-то, что смотрел вчера по телевизору.

Его глаза встретились с моими, и я поняла, что это был не тот случай.

— Да, — выдохнул он.

— Но что это означа...

Нас прервал санитар, который вышел из больших двойных дверей.

— Счастливого Рождества, Кэт, — сказал он. — Проходи.

— Что мы здесь делаем? — спросил меня незнакомец своим тихим голосом, когда мы проследовали за санитаром внутрь через автоматические двери. — У тебя здесь родственник?

— Нет, мы волонтёры, — ответила я, наслаждаясь удивлённым взглядом, появившемся на его лице. — Что? — через несколько минут спросила я, пока он пристально смотрел на меня.

— Я просто не думал, что такая девушка как ты может быть волонтёром.

— Я добровольно предложила помощь, чтобы спасти тебя от превращения в сосульку, не так ли?

Он слегка подтолкнул меня локтём.

— Ты знаешь, что я имею в виду, — сказал он. — Только ты... давай просто скажем, что люди, занимающиеся волонтёрством в домах престарелых, как правило, дружелюбны.

— Я дружелюбная, — сказала я, прикрепляя к своему свитеру бейджик посетителя. — А ещё мягкая и пушистая.

— Такая же мягкая и пушистая, как кактус.

Я рассмеялась. Да, эти определения мне подходят.

12

НЕЗНАКОМЕЦ

Отдав санитару наши пальто, мы с Кэт вошли в большую комнату, заполненную престарелыми людьми, большинство из которых были в инвалидных колясках и креслах-качалках. Некоторые из них сидели вокруг широкоэкранного телевизора и смотрели «Рождественскую историю», другие же просто уставились в пространство или окно. Даже со всеми этими мерцающими огоньками, веночками и другими рождественскими украшениями, я не мог не чувствовать одиночества, присущего этому месту. Наверное, Кэт добровольно предлагает свою помощь здесь, потому что тоже чувствует себя одиноко.

— Так что бы ты хотел сделать? — спросила она.

Я оглянулся вокруг, совершенно не представляя с чего начать.

— Что ты обычно делаешь?

— Обычно я читаю некоторым из них или же играю в настольную игру. Или иногда просто сижу и разговариваю с ними.

Я оглядел комнату, всё ещё неуверенный с чего же начать.

— Так что, мне просто подойти к кому-то и начать разговор?

— В основном. — Голубые глаза Кэт хитро взглянули на меня, а уголки её губ лёгонько дёрнулись. — Полагаю, женщины будут более чувствительны к твоему очарованию.

Я долго удерживал её взгляд, чувствуя, что между нами происходит что-то волнующее.

— Кэт, я всё ещё хочу поговорить о случившемся прошлой ночью.

— Ну, а я не хочу, — сказала она, повернулась и оставила меня стоящим среди этих незнакомых людей.

Гневно выдохнув через нос, я подошёл к пожилой леди в инвалидном кресле. Она оживилась, когда заметила меня, склонившегося над ней.

— Привет, — сказал я. — Счастливого Рождества.

— Ох! — произнесла она, без колебаний ухватив меня за щёки. В какой-то момент я подумал, что она меня узнала, но затем женщина сказала: — Ты такой симпатичный.

— Спасибо, мэм.

— Зови меня Лорна. — Она посмотрела через комнату и крикнула: — Дженис, иди и посмотри на этого молодого симпатичного человека.

— Сейчас буду! — раздался голос с другого конца комнаты, а немного позже я оказался вовлечён в беседу.

Во время этого визита я поговорил со многими людьми, но Лорна завладела большей частью моего времени, когда попросила провезти её по комнате. Я наблюдал за Кэт, которая играла в нарды с одним пожилым джентльменом. Она казалась такой расслабленной и уверенной в себе.

И будто почувствовав мой взгляд, Кэт отвлеклась от игры и посмотрела на меня через комнату. Я снова ощутил притяжение, которое протянулось между нами. Я вспомнил прошлую ночь, вспомнил, как трудно было оставить её после поцелуя.