Меган Смит - Пытаясь тебя разлюбить

– Я люблю тебя. Мне жаль, что в последнее время у нас все разладилось.

– Мне тоже, – улыбнулась я.

– Я проголодался. Не хочешь где-нибудь перекусить? – спросил он, растянувшись на постели.

– Ага, в последние дни у меня не было аппетита, – созналась я. Он всегда пропадал, когда меня что-то беспокоило.

– Детка, мы об этом говорили. Ты и так тощая. Тебе нужно есть.

– Ты же знаешь, как у меня это бывает. Вот сейчас я умираю от голода, так что пошли.

Мы поехали в «Ворон». Это место уже становилось моим любимым. Ради их бургеров можно умереть. Когда мы приехали, Доминик попросил столик у окна – мое любимое место. Мне очень нравилось сидеть и наблюдать за проходящими мимо людьми. Последовав за официанткой, я удивилась, увидев в одной из кабинок Хантера, Хейли и Зика.

Доминик остановился, когда тоже их заметил. Он повернулся и посмотрел на меня:

– Не хочешь пойти в другое место?

– Нет, мы же уже здесь. Я проголодалась и не могу вечно его избегать. Он мне как семья. – Я знала, что когда братья приедут в город, я не смогу игнорировать его, пока они будут здесь.

– Хорошо, наверное, ты права. Хотя мне это все равно не нравится.

Я прижалась к нему и поцеловала:

– Клянусь, волноваться нет причин.

– Знаю. Но это не значит, что ситуация должна мне нравиться.

Я понимала, ему нужно время, чтобы выбросить увиденное из головы, и знала, что еще не раз услышу об этом снова.

Мы пошли дальше за официанткой к нашему столику, который, как оказалось, находился прямо позади их кабинки. Доминик прошел мимо, а я остановилась поздороваться.

– Привет, солнышко, – сказал Зик.

– Как дела? – Хейли смотрела на меня, пытаясь оценить мое настроение.

– Хорошо, – ответила я.

Хейли вскочила со своего места.

– Раз уж ты здесь, а Зику нужно возвращаться на работу, давай проколем носы.

Я посмотрела на Доминика, который только пожал плечами. Видимо, это и был ответ.

– Хорошо, но сперва нам нужно поесть. Мы проголодались.

– Не вопрос. Мы как раз собирались уходить. Зику надо вернуться на работу, а мы с Хантером немного прогуляемся. Напиши, как закончите. – Подруга встала и, обняв меня, прошептала на ухо: – Ему очень хреново.

Я кивнула и посмотрела на Хантера, который сидел за столом, опустив голову. Думаю, это самое долгое время, что мы с ним не разговаривали.

Я подошла к Хантеру и положила руку ему на плечо.

– Привет.

Он посмотрел на меня, и мое сердце сжалось. Выглядел он дерьмово, и я не могла этого исправить. Мы оба знали, что у нас ничего не получится, потому-то я и должна была оставаться с Домиником.

Я хотела убрать ладонь с его плеча, но он схватил меня за руку.

– Мне очень жаль, – сказал он так, чтобы услышала только я.

– Знаю. Все будет хорошо. Нам просто нужно время. – Я подмигнула ему и направилась к своей кабинке. Мне не нравилось видеть его таким, но вместо меня он выбрал братьев, а я вместо него – Доминика.

Хейли с Зиком и Хантером ушли, а я села, чтобы поесть с Домиником. Я заказала свой любимый бургер, а Доминик – крылышки.

– Так ты собираешься проколоть нос? – спросил он, выпив стакан газировки.

– Ага. Зик – друг Хантера. Это он сделал ему все татуировки.

Он глядел на меня какое-то время, а потом взял крылышко и принялся есть. После этого мы почти не разговаривали. Пока Доминик оплачивал счет за обед, я написала Хейли, что мы готовы.

Снаружи мы встретились с Хейли и Хантером, а потом прогулялись несколько кварталов до «Океанской мистерии», где работал Зик. Мы шли в полнейшей тишине, отчего всем нам было безумно неловко. В воздухе так и витало напряжение.

Войдя в салон, мы с подругой направились в заднюю часть помещения, где Зик для нас уже все подготовил. Комната была маленькой, поэтому Хантер с Домиником ждали в холле. Увидев приспособления, лежавшие на подносе, Хейли разнервничалась и пропустила меня вперед.

Я залезла на стол. Зик подошел и спросил, какую сторону колоть. Я указала на правую. Взяв маркер, он сделал точку в том месте, где будет гвоздик, и вручил мне зеркало.

– Идеально, – улыбнулась я.

Он вернулся к подносу, взял иглу, зажим и оглянулся на меня.

– Самое страшное, что может произойти, – твои глаза наполнятся слезами, и ты почувствуешь небольшое давление.

Я понимающе кивнула.

Зик прижал зажимом крыло носа:

– Сделай глубокий вдох.

Я сделала и ощутила, как игла с давлением прошла насквозь.

– Теперь выдохни. – Он повернулся к подносу и взял гвоздик. – Сейчас снова почувствуешь небольшое давление.

Зик медленно вытащил иглу, одновременно продевая гвоздик.

– Готово. Быстро и безболезненно. – Он вручил мне зеркало, чтобы я оценила его работу. Мне понравилось.

– Еще я хочу проколоть язык.

Он уставился на меня так, словно я сморозила какую-то глупость.

– Что? – спросила я, пожимая плечами.

– Ты уверена? Это будет больно, и язык на несколько дней распухнет.

– Уверена.

Зик вышел из комнаты и вернулся со штангой для языка. Мы повторили ту же процедуру. Когда все закончилось, я слезла со стола.

– Твоя очередь, – ухмыляясь, сказала я подруге.

Она запрыгнула на стол. Зик проделал те же действия и с ней. Когда он закончил, мы вышли в холл, чтобы расплатиться.

Я достала из сумочки кошелек и взглянула на Зика, ожидая, что он назовет сумму. Он покачал головой и посмотрел мимо меня. Я повернулась к Хантеру, и он мне подмигнул. Не желая бесить Доминика тем, что Хантер оплатил процедуру, я снова повернулась к Зику и вручила ему чаевые. Таким образом, я вроде как ему заплатила.

Подойдя к Доминику, я обняла его и спросила, как ему результат.

– Смотрится прикольно. Мне нравится. – Он наклонился и поцеловал меня.

Через секунду я отстранилась:

– Хорошего понемножку.

Потом показала ему язык и, смеясь, выскочила из салона.

Я услышала стон Доминика, когда он подошел ко мне сзади. Положив руки мне на бедра, он притянул меня к себе и сказал:

– Детка, это чертовски сексуально.

Мы попрощались с Хантером и Хейли, которая залезла на байк Хантера. Откуда, черт возьми, здесь появился мотоцикл? Я немного ревновала, потому что он едет с ней. Только мне одной было позволено садиться с Хантером на мотоцикл, больше никому.

По пути домой я решила рассказать Доминику о приезде братьев. Поскольку у нас, казалось, все снова стало налаживаться, мне не хотелось от него что-нибудь скрывать.

– Детка, ты же знаешь, мне плевать, если ты зависаешь с братьями, но мне не нравится, когда ты с Хантером.

– Я тебе уже раз сто говорила, волноваться не о чем. – Я сжала его руку, когда мы возвращались к его машине.