Измена. Месть преданной - Зоя Астэр

видеться, может, надеялась манипулировать этим.

- Я не собиралась манипулировать…

Бросаюсь к коляске, хочу вытащить из неё сына и взять его на руки, но Лев не позволяет. Он снова грубо отпихивает меня прочь.

- У меня на него такие же права, как и у тебя, - рычит Лев. – Он такой же мой, как и твой.

- Зачем мы тебе? – огрызаюсь я. – Яна родит тебе другого ребёнка. Оставь нас в покое!

- Ты такая эгоистка, Соня, - Лев качает головой, - даже не можешь понять, что один ребёнок не заменит другого. В твоём представлении мира ты – центр, и всё должно вращаться вокруг тебя. А если я не поступаю, как тебе хочется, ты думаешь, что можешь просто избавиться от проблемы. Вычеркнуть меня из жизни моего сына.

Начинаю стервенеть. Столько обвинений… и от кого? От гнусного предателя!

- Но так не будет, Соня, - категорично заявляет Лев. – Теперь я буду диктовать тебе условия, а не ты мне.

- Засунь свои условия в жопу! - шиплю я на бывшего мужа. – Ты кого угодно будешь строить, но только не меня!

Лев усмехается.

- Хватит, я устал от твоих капризов, - Лев хватается за ручку коляски и, несмотря на моё сопротивление, откатывает её обратно к двери. - Я был мягким, но ты не оценила этого. Сын будет жить со мной. Ты этого не изменишь.

Лев передаёт коляску с моим ребёнком в руки охраны.

- Ждите нас в машине, - коротко командует он, и мужчины в костюмах с каменными лицами начинают вытаскивать коляску с моим ребёнком из квартиры.

Меня словно кипятком обдаёт. Адреналин ударяет в голову, и я бросаюсь вперёд, пытаясь пробиться к коляске.

Лев ловит меня и легко удерживает, прижав к себе.

- Нет! – кричу я изо всех сил. – Помогите! Вызовите полицию!

Лягаюсь ногами и пытаюсь выцарапать Льву глаза.

Он спокойно перехватывает мои руки. Прижимает к себе одной рукой, а другой затыкает мне рот.

В ужасе смотрю, как увозят от меня моего ребёнка. Тело трясёт от паники. От дикого, неконтролируемого страха. Все инстинкты требуют от меня спасти сына. Сделать что-то немедленно.

Из коляски раздаётся недовольный, требовательный плач.

Слёзы текут из глаз солёными дорожками. Мочат ладонь бывшего мужа, творящего этот жуткий беспредел.

Дверь закрывается и меня скручивает от рыданий. Голова кружится. Это почти истерика. Я не могу остановиться.

Лев ослабляет хватку, и я кидаюсь на дверь. Конечно, не успеваю.

Бывший муж за шкирку отпихивает меня от неё.

Падаю на пол, и истерика всё-таки накрывает меня. Всё сознание занимает внутренний крик ужаса. Невообразимо расстаться со своим ребёнком даже на миг. Я физически не могу пережить то, что не знаю, как он там сейчас.

Скулю, кусая край ладони. До боли. Стараюсь прийти в себя.

- Я заявлю на тебя в полицию, Лев, - обещаю я. – Я подам в суд. Тебя посадят, и ты никогда не увидишь Пашу.

- Вот оно, твоё истинное лицо, верно? – ухмыляется бывший. – Почему я должен жалеть тебя, если ты готова быть безжалостной?

Лев подходит ближе и приседает рядом со мной на корточки. Кончики его блестящих, чёрных ботинок почти касаются моих ног.

- Пришло время расплачиваться, - нежно шепчет Лев. –Хочешь увидеть сына – поедешь со мной. Ты развелась со мной. Что ж, теперь будешь жить в моём доме на правах любовницы. Спать со мной, если я захочу, и молчать в тряпочку. Без всяких привилегий.

- Ты псих, - ультиматум Льва звучит омерзительно. – Я засужу тебя, посажу в тюрьму.

Лев тянется погладить меня по щеке, но я отклоняюсь.

- Увы, дорогая, - говорит бывший муж, - но тебе не на что даже нанять адвокатов…

Лев ловит мой непонимающий взгляд и снова мягко улыбается.

- Ты ещё не в курсе, солнышко, но деньги с твоих счетов украли нехорошие злоумышленники. Банк и полиция их, конечно, ищут, вот только вряд ли найдут… Всё выглядит так, будто ты сама перевела все деньги на заграничный счёт…

- Ты украл мои деньги?

- Что ты, конечно, нет, это сделали нехорошие злоумышленники, - ухмыляется Лев. – Все счета заморожены, извини. Правоохранительным органам нужно разобраться. А пока, ты даже имущество не сможешь продать. Дивиденды по акциям в этом квартале фирма, к сожалению, не будет выплачивать. Неудачный год выдался…

Лев хладнокровно перечисляет, как именно он меня обложил.

- И продать акции тоже не выйдет, - добавляет бывший. - По закону ты можешь продать их мне, отцу или сестре. У отца и сестры денег сейчас на них нет. Так что можешь предложить их мне, если хочешь…

Ничего не отвечаю. Просто пытаюсь справиться с лютой ненавистью, кипящей в душе. Мне нужна холодная голова. Речь идёт о моём ребёнке. Лев не может победить.

Бывший встаёт на ноги. Возвышается надо мной, как палач над своей жертвой.

- Если хочешь ещё хоть раз увидеть сына, - повторяет он, – то сейчас встаёшь и едешь со мной…

26. Лев

Иногда жизнь подсовывает только плохие варианты. И своё будущее приходится выбирать из них.

Ладно, не стоит врать самому себе: плохие варианты – это следствие моих же ошибок и неправильных решений.

И тем не менее я там, где я есть.

Случайная любовница беременна, и с каждым днём её истерики все больше похожи на признаки сумасшествия.

Жена ушла и пытается лишить общения с собственным новорождённым сыном.

То есть бывшая жена. Соня довела дело до конца: молниеносно кинула меня без всяких сожалений. Моя любимая стерва.

Я пытался убедить себя, что у неё есть право уйти. Честно. Я заставлял себя не мешать ей. Как минимум для того, чтобы минимизировать стресс женщины, готовящейся к родам.

Мне, мать вашу, важны мои дети. И от жены, и от этой глупой девочки.

Бесполезно, без Сони меня ломает не меньше, чем Яну без приключений. Я сдаюсь. Лучше я буду плохим человеком, вернувшим жену силой, чем помру от тоски без неё.

А я загибаюсь. Пусть орёт на меня, пусть ненавидит. Пусть хоть прирежет меня ночью кухонным ножом, если захочет, но жить без Сони я не могу. Подыхаю от чувства вины и желания вернуть всё назад.

Я согласен на ненависть Сони. Остаться без этой женщины – нет.

Я ничего не могу исправить. Не могу вернуться