Фиктивная жена авторитета - Адалин Черно

что я поспешно отворачиваюсь и стаскиваю с фуршетного стола сладкое пирожное. Не хочу его, но беру, чтобы чем-то занять руки и мысли.

— Не пьешь? — хмыкает Рустам, вернувшись с террасы.

— Ты же знаешь, что нет.

Он кивает. Перехватывает с подноса проходящего мимо официанта бокал виски и делает большой глоток. Я знаю, куда он смотрит в этот момент и мне не нравится его реакция. Не нравится, как он хмурится до образовавшейся морщины между бровей, не нравится, как сжимает челюсти. Уверена, стой я ближе, непременно услышала бы скрежет зубов. И это все потому что он увидел Екатерину в компании другого?

— Добрый вечер.

К нам подходит мужчина средних лет в сопровождении молоденькой девушки. Вряд ли ей больше, чем мне. И это точно не его жена, потому что ни у нее, ни у него на пальце нет колец. Но я сейчас безумно рада их появлению. Потому что вектор внимания Рустама слетает с фигуристки на нового знакомого.

Мужчины начинают переговариваться, а мы с девушкой обмениваемся вежливыми улыбками и молчим, совершенно не понимая, о каких тендерах и сделках говорят наши спутники. Вообще, мне бы стоило понимать, учитывая, что я жена Рустама, но у меня, несмотря на то, что я училась в университете, для этого недостаточно образования. Но суммы, которые озвучивают мужчины, впечатляют. Те деньги, что я отдала за пиджак, больше не кажутся космическими.

Девушка стаскивает с подноса бокал, и спустя пять минут ей определенно становится легче, а вот мне нет. В помещении душно и присутствие Екатерины слегка нервирует. Так что в конце концов, не выдержав, прошу прощения, и ухожу в уборную.

Плеснув в лицо горсть воды, вытираюсь салфетками и заново наношу блеск для губ. Но он, к сожалению, не спасает ситуацию. В отражении на меня смотрит бледная темноволосая девушка. Как-то испуганно, и я бы даже сказал затравленно. Особенно тогда, когда дверь открывается и на пороге появляется обладательница кричаще-красного платья.

Она останавливается рядом и, сложив руки на груди, смотрит на меня. Ошибки быть не может, она пришла сюда не помыть руки.

Но разговаривать я с ней не хочу. Нам не о чем. Я — законная жена, пусть я и не согреваю постель мужа. А она… кто она? Любовница? Даже говорить с ней противно.

— Подожди, — летит мне в спину. — Дария, да?

Екатерине приходится догнать меня и встать впереди. Только тогда я останавливаюсь и смотрю на нее. Снизу вверх, потому что она сильно выше меня, еще и на каблуках.

— Мы знакомы? — интересуюсь холодно.

— Да ладно! — восклицает. — Неужто меня не знаешь?

Вопросительно вскидываю одну бровь. Очень хочется достать перцовый баллончик из сумочки, который мне зачем-то положила в багаж мама, а я переложила его в сумочку, и распылить содержимое ей на лицо. Чтобы стереть самоуверенную улыбку и полный превосходства взгляд.

Как она вообще посмела ко мне подойти? Ко мне, законной жене. Как хватило только смелости?

— Я Екатерина… — делает паузу. — Белозубова.

— И что?

Никогда еще мне не хотелось схватить перцовый баллончик так сильно, как сейчас.

— Ты не читаешь статьи, что ли? Где вас всех там растят? — с насмешкой. — На грядках, что ли? Или с пеленок учат закрывать на все глаза? Быть послушной, — она делает шаг ко мне и еще и еще, оттесняя меня к стене.

Надо заметить, из-за ее роста, ей это с легкостью удается. Я пасую, отшагиваю назад, упираясь поясницей в мраморную поверхность.

— Правильная девочка Дария, — она насмехается надо мной, хотя совершенно меня не знает.

Ни меня, ни обычаи нашей семьи, ничего. Думает, что ей все позволено и она может вот так запросто подходить ко мне?

— Правильная, — киваю, нащупывая за спиной кран. Он здесь вытяжной, невероятно удобный. — Но только с мужем и своей семьей.

Потянув кран на себя, направляю его на Екатерину и открываю напор воды. Когда вижу, как по ее шокированному лицу маской стекает макияж, а волосы превращаются в бесформенную паклю, в полной мере осознаю, что наделала. Правда, не совсем пока понимаю, чем именно мне это грозит. Закрыв кран, вытираю руки и промакиваю несколько брызг со своего платья. Из-за черного цвета их практически незаметно, зато Катя похожа сейчас на мокрую облезлую собаку. И мне почему-то ни капли не стыдно.

— Ты ненормальная?! — восклицает, все еще не веря до конца, что я это сделала.

Она шокировано бросается к зеркалу, осматривает себя, наверняка еще не понимая, что ничего не сможет сделать. Ее внешний вид безвозвратно испорчен, шелковая ткань платья насквозь пропитана водой.

— Я тебя, — поворачивается ко мне.

Я не могу сдержать самодовольной улыбки, когда вижу ее перекошенное от злости лицо. И пока она не сделала что-то такое же, выскакиваю за дверь.

Сердце колотится, а ладошки потеют, пока я иду в зал, подхожу к Рустаму и становлюсь рядом. Внутри все еще зреет страх, что Екатерина сейчас выскочит из уборной и набросится на меня с обвинениями, но этого не происходит. Краем глаза я вижу, как она появляется в проходе, как что-то активно объясняет своему спутнику, а затем уходит.

— Не говори, что ты к этому причастна, — слышу над головой недовольный голос мужа.

Глава 26

— Поверить не могу, — мотает головой Рустам, крепче сжимая руль в руках.

Пять минут назад мы покинули прием и теперь между нами искрит напряжение. Я держусь из последних сил, но все равно не выдерживаю и вспыхиваю. Мама учила быть в браке спокойной и терпеливой и зазубрить на носу одну простую истину — муж всегда прав. И я старалась. Правда старалась. Но когда Рустам так смотрит на меня. С разочарованием и недовольством, будто я сделала что-то очень ужасное, хочется за себя заступиться.

— Ты серьезно?! — возмущаюсь, складывая руки на груди. — То есть, я виновата в том, что у нее хватило наглости подойти ко мне?

На мой выпад Рустам лишь крепче стискивает челюсти и молчит. Гонит по ночной трассе за сто километров в час, чем сильно меня нервирует, и не произносит ни слова. Вымораживает своим молчанием. Но вместе с тем немного тушит пожар, что разгорается внутри.

Как только приезжаем, я первая выскакиваю из автомобиля и несусь к дому. Подальше от Рустама, чтобы