Девушка на Рождество - Настя Ильина

мать бросила ее совсем маленькой, уехав в неизвестном направлении. Отчасти мужчине стало жаль Наташу, а еще теперь он лучше понимал, почему та идет на все что угодно ради заработка денег на лечение бабушки.

«Вот почему она терпела мой омерзительный характер», — подумал Антон, стискивая зубы.

От отвращения к самому себе пропал аппетит. Допив кофе, мужчина поблагодарил девушку за вкусный завтрак и предложил ей начать сборы, если она не хочет ходить по магазинам в самый пик.

Наташа еще ненадолго осталась в кухне, заслушавшись рассказ отца Антона об обычаях Германии, а сам Антон решил уединиться, принять душ и освежить голову, которая теперь была занята совсем неправильными мыслями.

«Она совсем не такая, какой была Кристина…»

Наташа казалась Антону малышкой, нуждающейся в защите, в то время, как Крис была светской львицей, сражающей наповал и заставляющей повиноваться ей. Внутри появилось совершенно чуждое желание — защитить, окружить заботой и избавить от всех невзгод.

«Наверное, так подействовал вкусный завтрак», — подумал Антон, ступая на керамическую поверхность ванны и включая прохладную воду.

* * *

Наташа собиралась быстро. Она отдавала предпочтение легкому непринужденному макияжу, нанести который можно было за десять минут, поэтому никогда не опаздывала и не заставляла долго ждать ее. Родители Антона вежливо отказались ехать за покупками, сославшись на то, что все еще не могут привыкнуть к новому часовому поясу. На самом деле было видно — они желают, чтобы Антон и Наташа провели побольше времени вместе, что было только на руку несостоявшейся влюбленной парочке, которая знала друг о друге только имена и… Без фамилий. Они даже фамилии друг друга не знали.

— Какая у тебя фамилия? — спросила Наташа, устраиваясь в салоне автомобиля рядом с водителем.

— Фамилия? Ты что уже хочешь выйти за меня замуж и примеряешь фамилию? — ухмыльнулся Антон, на что Наташа закатила глаза.

— Ты невыносим. Я звонила тебе на работу, когда мобильник не отвечал, но там спросили фамилию, и я растерялась.

— На работу? — Антон вскинул бровь, вероятно, размышляя, кто, вообще, сказал, где он работает. — Адель, — быстро сообразил он. Наташа поджала губы в ответ. — В «Секрете Дона» я являюсь генеральным директором, потому что имею там самый большой пакет акций, но исполнительный директор другой. Сотрудники не знают моего имени, а если бы и знали, то не стали соединять тебя со мной. Кроме того, я решил пересмотреть свои активы и начал заниматься судостроительным бизнесом. Не знаю, что из этого выйдет, но я всегда хотел попробовать, а накопленные финансы дают право на ошибки.

Наташа подумала, что Антон совсем не такой, каким она представляла его изначально. Несмотря на свою угрюмость и отстраненность от окружающих, он умудрялся кардинально менять жизнь. И столь смелый поступок, как смена деятельности, понравился девушке, хотя он заставлял задуматься — согласился бы Антон делать вложения в бизнес, который может прогореть, не имея внушительный пакет акций в другой — уже процветающей — компании.

— И все же, какая у тебя фамилия? Будет стыдно, если зайдет разговор с твоими родителями, а я не знаю, — настаивала на своем Наташа.

— Волков. Звучная, правда?

Гордый одинокий волк, страдающей по погибшей волчице. Да. Фамилия определенно подходила ему. Почему-то тут же перед глазами возник облик Дениса. Наташе стало интересно, где он сейчас и чем занимается, хотя, по сути, это уже не должно было ее касаться, ведь они расстались, а возвращение ничего хорошего не сулило.

— Да. Звучная. — Наташа постаралась улыбнуться.

— Ну, а у тебя какая? Раз уж я назвал свою, твоя очередь…

— Синицына.

— Синичка, — ухмыльнулся Антон.

— Перестань, меня так одиннадцать лет в школе дразнили, — Наташа наигранно надула губы, но не сдержалась и рассмеялась.

— Ладно, если ты не хочешь обсуждать свою фамилию, то, может быть, скажешь в какой магазин тебя отвезти? Торговых центров в городе много, и я понятия не имею, какой из них твой любимый.

Наташа прикусила губу. Она не относила себя к любителям шоппинга. Никогда. Даже если первое время по переезду в город ей и хотелось купить что-нибудь, приходилось одергивать себя, ведь они с Денисом едва сводили концы с концами. А потом все это вошло в привычку. Еще и операция бабушки, новость о которой свалилась на голову, точно гром средь ясна дня. Девушка не знала, куда ехать. Она покупала себе вещи на распродажах в подземке по пути с работы.

— Ты не знаешь, — произнес Антон, мельком посмотрев на Наташу, отчего она почувствовала себя немного неловко.

— Я привыкла покупать вещи в подземке…

Во взгляде Антона, направленном на дорогу, отчетливо читалась жалость.

И это бесило. Наташа злилась. Она не любила когда ее жалеют. Очень не любила.

— Не всем дано родиться в богатой семье, — сорвалось с языка.

Антон ухмыльнулся, но ничего не стал отвечать. Всю оставшуюся до торгового центра дорогу в салоне царила напряженная тишина. Наконец, припарковав автомобиль у центрального универмага, мужчина посмотрел на Наташу. Она сглотнула, представляя, какими могут оказаться цены в этом магазине. Трети от ее гонорара может не хватить и на одно платье. Скорее всего. Она никогда раньше не бывала в таких местах. На ватных ногах девушка вышла из машины и медленно поплелась к стеклянным раздвижным дверям.

— Только не смотри на бирки, если тебе нравится наряд, покупай его. Я оплачу все с карты.

Наташа посмотрела на Антона. Она не привыкла к тому, чтобы мужчина делал ей дорогие подарки, но, с другой стороны, как говорила бабушка: «живем один раз, лови удачу за хвост».

Внутри началась борьба, особенно в тот момент, когда Наташа все-таки посмотрела на ценник одного из вечерних платьев темно-синего цвета. Принимать такие дорогие подарки от мужчины, с которым связывает только контракт казалось неуместным, но и спорить с Антоном не хотелось, ведь он мог подумать, что Наташа пытается набить себе цену. Поджав губы, она взяла платье в руки и направилась в примерочную, решив, что сначала посмотрит, как оно будет сидеть, а там уж решит кому платить, и стоит ли, вообще, делать это покупку.

Наташа согласилась с предложением Антона оплатить ее покупки, потому что по его виду было понятно, что спорить с ним бесполезно. Да и не любила она никогда женщин, которые начинали отказываться от подарков, предложенных мужчиной, и этим набивали себе цену. У Антона было достаточно денег для того, чтобы позволить себе «дорогие» покупки. Ущерб его состоянию вряд ли был нанесен и на сотую доли процента оттого, что он имел, судя по всему, раз мог себе позволить вложения в новый