Мой друг - Оливия Лоран

Разрывает контакт, отворачиваясь лицом к стенке и сильнее кутаясь в одеяле.

— Дай руку, — шепчет едва различимо.

Протягиваю ладонь, сжимает не сильно, поглаживая пальцами, и быстро засыпает.

Глава 11

Спойлер:

Я собираюсь его соблазнить…

Милана

Я в аду. На самом дне гребаного подземелья. Варюсь в кипящем котле жгучего позора и горьких сожалений. Боже мой… Чем я только думала? Или лучше спросить, думала ли вообще? Очевидно, что нет…

Глотаю воздух рывками, грудную клетку раздувает, а кислорода в легких не прибавляется. В сознании вспышками проносятся воспоминания вчерашнего вечера, и я моментально заливаюсь краской. Готова провалиться сквозь землю от пожирающего чувства стыда. Как я посмотрю ему в глаза после всего, что вытворяла? Если меня от одной его утренней смски так болтает…

Артём: "Доброе утро, хулиганка;)"

И еще одной…

Артём: "Или лучше сказать — вампирша?"

Следующую воспринимаю спокойно и даже с неким облегчением.

Артём: "Как себя чувствуешь?"

Игнорируя две предыдущие, малодушно хватаюсь за последнюю как за спасительный круг.

Милана: "Привет:) Голова немного болит… Ника говорит, ты нас домой отвез. Кажется, видела тебя в клубе. Как ты там оказался?"

Вспоминая его вчерашние слова о том, что могу забыть ту ночь, я решила плыть по наименьшему пути сопротивления, позорно цепляясь за выпавший шанс притвориться, что ничего не помню. Да… Безрассудно, трусливо и слабовольно. Осознаю это, но не могу поступить иначе, уж слишком страшат последствия, боюсь быть отвергнутой. Очень надеюсь на то, что поверит в мои провалы в памяти, не станет докапываться и ничего не заподозрит.

Но… Главная проблема заключается в том, что я все помню.

Прекрасно и отчетливо помню каждое слово, что сказала ему, и что отвечал он. Помню свое непристойное поведение, его пальцы на моей коже и даже под платьем, дыхание в волосах, язык на шее… И в особенности четко помню, как разделась при нем, оставшись в одних трусах. Повернуться и встретиться с его взглядом — не решилась.

Стоило ему подойти ко мне в клубе и прикоснуться, как я сразу же поняла, кто стоит за спиной. Эту энергетику не спутаешь ни чем. И понеслась… Двигалась на голых инстинктах, гонимая ответными реакциями. Ведь они были? Мне не привиделось? Или же все-таки показалось?

Но он не сопротивлялся. Ведь мог тут же на корню присечь все мои попытки его соблазнить. А вместо этого жался только ближе, скользил руками по талии и бедрам, вознося меня на немыслимую высоту. А как сжимал меня под платьем… Голова шла кругом!

В груди разгорается огонь, охватывая языками пламени каждый участок на теле, разносится жаркой волной во все стороны. Сначала стремится к лицу, воспламеняя щеки, следом спускается ниже и скручивается в тугой узел внизу живота, зарождая там неимоверно приятное пульсирующее тепло.

"Усыпить меня решил?!" — отшучивалась я, когда всасывал кожу под сонной артерией. Вздрагиваю, сраженная фантомными ощущениями, что испытывала в тот момент. Внутри вспыхивают яркие взрывы, осыпаясь будоражащим каскадом фейерверков. Сердце окрыленно рвется из груди.

— Проснулась? — испуганно подпрыгиваю на месте, замечая стремительное приближение Ники. Плюхается на кровать, роняя голову на сложенные в замок руки, и улыбается во все тридцать два. — Ну все, теперь не отвертишься, я жажду подробностей! — заклинает уверенно и слишком громко, приходится щуриться.

— Каких еще подробностей? — делаю вид, что не понимаю, о чем она говорит.

— Хм… давай подумаем… — задумчиво прикладывает к подбородку указательный палец, ритмично постукивая им по щеке. — Например… о том… Откуда этот засос на шее?! — непроизвольно прикладываю ладонь к пульсирующей коже. — Милка, блин! Издеваешься?! Рассказывай все! Это Тёмка, да?! Конечно же он! — кажется, ее уже не остановить. — Ты бы видела, как он на тебя смотрел в машине… Пожар! Огонище! — горланит во всеуслышание, а затем выдыхает как-то романтично: — Я так и знала. Это лова-лова…

К слову, след от его "поцелуя" я так и не успела рассмотреть. Хотела подойти к зеркалу, но решила отложить этот порыв до того момента, пока не прижгу крылья взбунтовавшихся внутри бабочек и не прийду в себя окончательно.

— Ну же, не тяни! — торопит подруга.

— Не кричи так! — шиплю, поглядывая на дверь.

— А, не парься, родаки уехали в гипер. Ну же!

Вымученно выдыхаю, размышляя о том, что готова ей рассказать. Скрывать что-то умышленно желания нет, мне скорее стыдно. И я прибегаю к тому же методу, что сегодня уже использовала.

— Плохо помню, не знаю, как так получилось, ну… Поцеловал в шею, да. На этом и все, — стыдливо прячу глаза.

— Поцеловал, говоришь… Присосался как вампирюга!

Невольно ухмыляюсь этому сравнению, представляя его отметины после моих укусов.

Жалею ли я о прошлой ночи? Отчасти. С одной стороны, я убедилась в том, что он тоже что-то чувствует, с другой — не рада тому, что приходится самой проявлять инициативу. Плюсом ко всему заметила, как ограждается, пытается держать все под контролем и не спешит сближаться. И это наводит на мысль, что он не уверен в своих чувствах и боится тем самым разрушить нашу дружбу в случае фиаско, или же дело в чем-то другом…

В своих чувствах я уверена. А что, если… требуется всего лишь подтолкнуть его?

По телу проносится ток, заряжая меня не пойми откуда взявшейся энергией. Ощущаю внутренний прилив сил, в крови бурлит адреналин. С шоком для себя я принимаю взбалмошное решение:

Я собираюсь его соблазнить.

Будь, что будет! Я хотя бы попытаюсь, чтобы потом ни о чем ни жалеть. Пусть думает, что гормоны взыграли. Не знаю… В случае чего придумаю что-нибудь. Выкручусь.

Воодушевленная своими планами, мчусь домой, слишком часто проверяя телефон. Артём так и не ответил. И я его прекрасно понимаю. Может нужно было признаться? Не притворяться, что ничего не помню? Нет, необходимо действовать последовательно и обдуманно.

Помню, какой придумала ему подарок и что хотела заказать себе. Но, учитывая, что озарение пришло под "допингом", боюсь моей решимости на осуществление задуманного не