Палеонтолог (ЛП) - Грей Рамона

— С удовольствием.

— Отлично! Я возьму свои художественные принадлежности из своей комнаты. — Лютер протиснулся мимо меня, словно я невидимка, и от ревности и здоровой порции обиды у меня разболелся живот.

Оливия смотрела на меня так, будто точно знала, насколько сильна моя детская ревность, и я нацепил на лицо улыбку.

— Приятно познакомиться со всеми вами.

Я развернулся и направился вверх по лестнице в свою комнату, испытывая искушение хлопнуть дверью, как угрюмый подросток. Я просидел за открытым ноутбуком около трех секунд, а затем прошествовал к кровати и рухнул на спину. Уставился в потолок, пока ревность настойчиво пела свою мерзкую песню в моих жилах.

Глава 16

Оливия

Я тихонько постучала в дверь Бена. Была почти полночь, но в щель под дверью пробивался свет. Бен открыл дверь и уставился на меня.

— Привет.

— Привет. — Стараясь не захлебнуться слюной при виде Бена, одетого лишь в шорты, я негромко выдохнула. — Можно войти?

Он пожал плечами и отвернулся.

— Если хочешь.

Я проскользнула в его комнату и закрыла за собой дверь. Бен отошел к окну, делая вид, что смотрит на улицу, а я разглядывала крупные мышцы его спины. Я практически кожей ощущала напряжение, исходящее от Бена, когда присоединилась к нему.

Мы простояли молча почти тридцать секунд, прежде чем он сказал:

— Ну что, вы с Лютером хорошо провели время с художником века?

Откровенная ревность Бена показалась мне не самой лучшей реакцией, но, если честно, впервые парень ревновал меня. Алан вообще не был склонен к ревности, и хотя я знала, что не должна умиляться ревности Бена, тем не менее немного обрадовалась.

— Да, — ответила я. — Дэвид был очень терпелив и добр с Лютером. Как сегодня продвигалось написание книги?

— Отлично, — угрюмо отозвался Бен. — Когда я спустился вниз, налить себе воды, казалось, тебе доставляет удовольствие быть музой Дэвида. Вы втроем даже не заметили, как я прошел через столовую.

— Позировать было весело, — согласилась я. — Лютер благодаря помощи Дэвида неплохо справился со своим эскизом.

Бен хмыкнул, не отвечая, и стиснул оконную раму.

— Дэвид накрасил Лютеру ногти, — со смехом добавила я. — Лютер был просто в восторге от этого.

— Здорово, — проворчал Бен. — Похоже, у Дэвида и Лютера много общего.

Тело Бена практически вибрировало, и я в изумлении уставилась на него. Вот дерьмо. Бен ревновал не только к тому, что Дэвид флиртовал со мной, но и к тому, что Лютер так явно наслаждался обществом Дэвида.

Я положила руку ему на поясницу, поглаживая круговыми движениями.

— Бен, посмотри на меня.

Он наконец встретил мой взгляд, и я улыбнулась ему.

— Лютер — дружелюбный ребенок, он увлекается искусством, поэтому неудивительно, что ему так симпатичен Дэвид. Но он обожает тебя. Ты — палеонтолог, и это делает тебя номером один в списке Лютера, даже если он сейчас помешался на Дэвиде. Понимаешь?

Бен выдохнул, и его тело наконец расслабилось.

— Господи, ты, наверное, думаешь, что я просто жалок.

— Нет, — возразила я. — Мне нравится, что ты дружишь с моим сыном и любишь проводить с ним время.

— Даже когда я веду себя ненамного старше в эмоциональном плане, чем твой ребенок? — осторожно спросил Бен.

— Даже тогда, — с улыбкой ответила я.

— Почему ты отказала Дэвиду, когда он пригласил тебя на свидание?

Я выразительно приподняла бровь, и Бен смущенно покраснел.

— Черт, это не мое дело. Извини.

— Вообще-то, мне интересно, как ты узнал, про приглашение Дэвида, после того как Лютер отлучился в туалет. К тому моменту ты уже покинул кухню.

Что бы ни думал Бен, я заметила, когда он пересек столовую и прошел на кухню. Как я могла не заметить, если все мои мысли были только о нем?

Румянец Бена стал еще заметнее.

— Возможно, я пробыл в холле на несколько минут дольше, чем ты думаешь, и подслушал, как он приставал к тебе.

— Правда? — произнесла я с небольшой улыбкой.

— Я разглядывал картины на стенах. Не только Дэвид интересуется искусством, — проворчал Бен.

Моя улыбка стала шире, а Бен нахмурился.

— Что?

— Просто признай, что ты ревнуешь, — посоветовала я. — Тебе станет легче.

— Почему я должен ревновать? — с вызовом спросил он. — Потому что какой-то коротышка и посредственный художник, думает, что может забраться к тебе в постель, нарисовав так, будто ты одна из его французских дамочек?

Задыхаясь от смеха, я прикрыла рот рукой, чтобы приглушить громкий звук.

— Дэвид не коротышка. Ты так думаешь только потому что сам очень высокий.

— Он коротышка, — упрямо повторил Бен.

— Ладно, по сравнению с тобой, да, он невысок. Но Дэвид очень талантливый художник. Он показал мне несколько своих работ на своем сайте.

— Так почему ты не согласилась пойти с ним на свидание? — Тело Бена снова напряглось.

— Он не в моем вкусе. Жутко высокие, темноволосые мужчины, которые заставляют меня кончать сильнее, чем я только могла себе представить, — вот мой типаж. Даже когда они ревнуют по пустякам.

— Отлично, — выдавил Бен. — Я ревную. Мне не нравится, что ты весь вечер общалась с талантливым, похожим на супермодель Дэвидом. И да, я понимаю, с моей стороны это позор, но ничего не могу с собой поделать. Можешь смело говорить какой я кретин, даже спорить не буду.

Я обхватила его обеими руками за талию и сжала, прежде чем поцеловать в грудь.

— Бен, ты имеешь право чувствовать то, что чувствуешь.

Он обнял меня и крепко прижал к себе.

— Я ненавижу то, что он так нравится тебе и Лютеру. И меня бесит, что я веду себя из-за этого как большой гребаный ребенок.

Я снова поцеловала его грудь.

— Я не хочу, чтобы ты скрывал от меня свои эмоции. Ревновать — это нормально. Я бы тоже ревновала, клейся к тебе другая женщина.

Бен вздохнул и прижался лбом к моему.

— Прости, Лив.

— Извинения приняты, — мягко сказала я, откинувшись назад и улыбнувшись ему. — Я не хочу, чтобы ты думал, будто минет, который ты сейчас получишь, — это награда за ревность. Ничего подобного. Я займусь твоим членом, потому что весь день только и думала о возможности прикоснуться к нему губами. Все дело во мне. Ясно?

Ухмылка Бена была настолько очаровательной, что я едва могла ее выдержать.

— Кристально ясно.

— Лив, не останавливайся. Господи, милая, не останавливайся, черт возьми. — В голосе Бена звучала отчаянная мольба, которую я никогда раньше не слышала от него в спальне.

Я бы солгала, если бы сказала, что мне не нравится, чувствовать над ним такую власть.

Я снова скользнула ртом по его члену, и стала усердно сосать, пока Бен не застонал, и не вцепился рукой в мои волосы. Я медленно и мучительно провела языком по головке, наслаждаясь вкусом его соленой сладости.

— Черт, — простонал Бен. — Дорогая, я сейчас кончу.

Я тут же его отпустила.

— Еще нет.

Он легонько дернул меня за волосы.

— Да.

Я присела на кровать, и Бен отпустил мои волосы, хмуро глядя на меня, пока я гладила его бедра.

— Я был близок, Лив.

— Знаю. — Я раздвинула ноги и потянулась рукой к своей киске, не сводя с Бена пристального взгляда. — Но я хочу, чтобы меня трахнули.

Он поспешил отодвинуть мою руку в сторону, чтобы самому помассировать клитор.

— Встань на четвереньки, милая.

— Я не уверена, что это хорошая позиция для нас, — заметила я.

Бен обхватил мою шею сзади и притянул к себе, нежно целуя.

— Лив, я буду двигаться медленно.

Я продолжала колебаться, и Бен ввел в меня два пальца. Я вцепилась в его руку, задыхаясь от удовольствия, когда он большим пальцем провел по клитору.

— Лив, милая, ты должна научиться принимать мой член как мне хочется.

Я практически фонтанировала в его чертову руку, и Бен удовлетворенно улыбнулся. Не знаю, почему доминирование Бена в спальне так возбуждает меня, но я не могла отрицать, что это так. Да и не хотела. Человеку нравится то, что ему нравится, а такая совместимость с Беном в спальне не подразумевала ничего плохого.