Невеста на один день - Лорен Лэндиш

ближе всего к тому, что я назвал бы «другом». Предстоящий разговор выходит далеко за рамки наших обычных тем, но я надеюсь, что Хантер поможет разобраться в ситуации и подскажет, как мне начать думать головой, а не членом.

– Давай рассказывай, в чем дело. – Выражение лица Хантера снова становится непроницаемым.

Я медленно отпиваю глоток кофе. Мне нравится заставлять Хантера ждать.

– Я кое-кого встретил.

Он со стуком ставит чашку на пластиковую поверхность стола, изумленно глядя на меня:

– Что ты сказал?

– Все еще хуже, чем ты думаешь. – Я смотрю в окно, сфокусировав взгляд на улице, а не на его отражении. Мне не хочется видеть выражение лица Хантера, тем более что оно вполне предсказуемо:

– Я встретил ее на том обеде во время последнего дела.

– Черт тебя побери, Коннор. – Хантер разозлен и разочарован. – Ты же должен понимать, что так нельзя. Что ей известно?

– Ничего, – вздыхаю я. – Помнишь, я сказал тебе, что во время работы были кое-какие осложнения? – Краем глаза я замечаю его кивок. – Так вот она – одно из них. Мне срочно нужна была сумка, и я схватил первую попавшуюся. Это была ее сумка, и я не знал, что там лежит ее ноутбук.

– Ну и что? Погорюет и купит себе новый. Или сделай ей анонимный подарок, если чувствуешь себя виноватым, – холодно отвечает Картер. – Дело сделано, назад пути нет.

– Она оказалась моей соседкой, и она знает, что это я взял сумку.

Хантер выпрямляется на стуле и обводит помещение внимательным взглядом. Я знаю, что он видит то же, что и я: все выходы, всех посетителей, забежавших в кафе за утренней дозой кофеина, и все факторы риска. С точки зрения риска в кафе есть только две возможные угрозы… он и я.

– Ты это серьезно?

– Ты не представляешь себе, насколько серьезно. Ты поселил меня в соседнем с ней доме.

– Чтоб меня… – Хантер замолкает и трет переносицу. – Что ей известно?

– Насчет самого дела – ничего. Она думает, что я просто симпатичный вор, укравший ее компьютер. – Хантер чуть заметно расслабляется. – Но она хочет, чтобы я вернул ей ноут. На нем есть то, что ей очень нужно.

Надо отдать ему должное, Хантер не спрашивает, что именно в том ноутбуке или что я думаю делать. Он сразу переходит к главному:

– Где сейчас ноут?

– У Хуана Пабло. Он сказал, что отдаст его своему сыну.

Хантер мрачно смеется.

– Мне нужно встретиться с ХП. Завтра, в любое время и в любом месте. Мне нужно поговорить с ним, и ты единственный человек, который может это устроить.

– Ты прекрасно знаешь, что это так не работает: ХП назначает встречу, а не наоборот.

– Устрой мне эту встречу, – ровным тоном предупреждаю я, допивая остатки кофе. – Иначе мне придется самому найти Хуана.

Хантер оглядывает меня оценивающим взглядом:

– Сколько месяцев ты уже работаешь с Хуаном Пабло, стараясь пробиться наверх? И ты готов все это похерить ради какой-то юбки…

Я спрыгиваю с барного стула, и каким-то непостижимым образом моя рука сжимает горло Хантеру, прежде чем он успевает вымолвить что-то еще про Поппи. Я инстинктом понимаю, что скажи он хоть одно грубое слово, я убью его здесь и сейчас, и он испустит свое последнее дыхание посреди луж кофе на полу.

– Назначь встречу, Хантер.

Глаза у него вылезли из орбит, а подбородок упирается в мою ладонь. Хантер кивает. Я отпускаю его и вижу, что все присутствующие уставились на нас, а парочка посетителей уже достала телефоны.

Я смеюсь и развожу руками:

– Ребята, простите, я виноват. Но он посмел утверждать, что Backstreet Boys лучше, чем N’Sync. Представляете? N’Sync рулит!

Несколько человек неловко кивают, но кто-то из посетителей тихо напевает знакомую мелодию.

Хантер пытается откашляться и неуклюже исправить ситуацию:

– Да ладно тебе, я же сказал, Backstreet Boys – это вечное.

Я заставляю себя улыбнуться широкой дружелюбной улыбкой. Я уже давно перестал притворяться пушистым и безобидным, но еще могу сыграть роль, когда мне нужно. К счастью, это действует и посетители опускают телефоны. Взгляды всех присутствующих провожают меня, когда я иду к двери.

Не успеваю пройти и квартал, как звонит телефон в кармане, на экране сообщение: «Сделано. Время и место сообщу позднее. Надеюсь, она того стоит. Х.».

Я тоже очень на это надеюсь.

Я тоже.

* * *

Возможно, природа подает мне какой-то знак, но стоявшая всю неделю хорошая погода внезапно сменяется ветром и дождем. Причем, это не тихий моросящий дождик, а настоящий ливень, заливающий город.

Но у меня назначена встреча. Хантер сообщил, где и когда. Я знаю, что этот разговор с ХП может поставить под удар все, что я до этого делал. Но если я не приду, плохо будет не только Поппи, пострадаю и я сам. ХП не тот человек, которого можно заставить ждать впустую. Надежды на спокойную старость после этого улетучиваются как дым.

Подняв повыше воротник куртки и надвинув пониже бейсболку, я добегаю до пикапа, сажусь за руль – и обнаруживаю Поппи на пассажирском сиденье.

– Куда мы едем?

– Блин! – Я не могу сдержаться от удивленного возгласа. Я не только удивлен, я еще и слегка испуган – как я мог не заметить ее? Она хоть понимает, что могла ненароком получить кулаком в глаз? – Как ты сюда попала? Ты никуда не едешь. Вылезай!

– Леди никому не рассказывает свои секреты. Ты куда-то собрался, я с тобой. Даже не пробуй отвязаться от меня, я хуже суперклея. – Она соединяет ладони и зловеще улыбается. – Так куда мы едем?

– Я уже сказал, ты никуда не едешь. Тебе разве не надо собак выгуливать?

– Я их уже выгуляла. И, к твоему сведению, они ненавидят дождь. – Она задумчиво склоняет набок голову. – Хотя любят свои ботиночки: у Орешка желтенькие, а у Сока – красненькие. Я хотела купить обоим голубенькие, они же мальчики, но тогда они вечно дрались бы из-за них. А они и так постоянно дерутся, так что я купила разные цвета.

Я вообще не понимаю, что она несет. Нить разговора я потерял где-то в районе «ботиночек» для собак.

– Куда мы едем? – медленно повторяет Поппи, словно это не она только что несла бесконечную чушь про собачек и их ботики.

Я раздраженно ворчу:

– Собираюсь узнать, что с твоим ноутом.

– Еду за твоим ноутм – это ты хочешь сказать? – уточняет она.

Я молча пожимаю плечами, не желая спорить из-за формулировок, и она сердито рычит. Наверняка ей кажется, что это звучит угрожающе, а на деле чертовски мило.

– Я еду с тобой.

– Нет.

– Да.

Мы напрасно теряем время. Боюсь, что мой пикап успеет заржаветь, прежде чем мне удастся выпихнуть Поппи из кабины. Если я не приеду вовремя, Хуан Пабло точно решит, что я подставил его. Может, прихватить ее с собой и просто высадить за несколько минут до самой встречи? Так будет лучше для нее самой, к тому же она не узнает, с кем я встречался.

– Хорошо, но у меня встреча с опасными людьми, так ты должна пообещать делать все, что я скажу.

Поппи явно слегка напугана, но пытается выглядеть уверенно:

– Поехали.

Мы направляемся в центр города, к университетскому Музею искусств, где ХП назначил мне встречу. Место меня не удивило: охрана у музея не слишком хорошая, к тому же, как я подозреваю, сам Хуан Пабло или кто-то еще из организации Босса вербует для создания подделок студентов-художников с местного факультета искусств. Босса больше интересует цена предмета на черном рынке, но глаз у него наметан. Что немаловажно при выборе объекта для очередной кражи.

– Пойдем посмотрим выставку техноландшафтов, – говорю я, зная, что этот зал ближе всего к месту встречи. Поппи соглашается, и мы направляемся на выставку, где картины профессиональных художников соседствуют с работами студентов.

– Вот этот неплохо пишет. – Я останавливаюсь перед картиной, изображающей автомобильную свалку. Поппи смотрит на нее, но я понимаю, что она не видит тех деталей, которые видны мне. – Посмотри, как ровно сделана труба, явно по линейке. Но при этом он не размазал нижние слои краски, а для этого нужно умение.

– Понимаю, – отвечает Поппи, приглядевшись. – Я никогда раньше об этом не думала.

– Посмотри, как он пользуется светом и тенями. Вот здесь тени придают этой еще целой машине угрожающий вид, а свет, заливающий старые развалюхи на заднем плане, придает им нечто ангельское. Интересно сделано.

Я читаю имя художника и запоминаю на всякий случай. Вполне возможно, что в будущем мне предстоит украсть его работы.

– Ты хорошо разбираешься в живописи. – Поппи смотрит на меня с любопытством.

– Прошел курс для любителей