Звездунец - Оксана Алексеева

Славой – отличная команда, как будто это нас, а не Эдика и Тоньку толпа профессионалов подбирала, чтобы мы каждой выемкой совпадали.

Глава 10

Мы снова ожидали конкурса, где будут решать только зрители. Для подготовки к нему не помешало бы накосячить пару раз на стриме – до сих пор эта фишечка оказывалась для нас самой удачной. Однако не пришлось, поскольку следующим этапом как раз и был стрим – правда, на заданную тему. Поскольку каждый наш выход в эфир – это своего рода лотерея разной степени скандальности, мы немного волновались.

Темой развлечения была смена ролей: мужчина должен был притвориться своей женщиной, а женщина – мужчиной. Зрители без подсказок оценят, у кого получится правдоподобнее и забавнее. Чтобы войти в образ и не выпадать из него, я нацепила мужской пиджак, волосы стянула на затылке, потренировала стряпать из лица извечное Славино безразличие. Но перед зеркалом зависла: все же привыкла оценивать, как выгляжу одним глазом камеры.

– Света, скоро начинаем, – позвал Слава, настраивая компьютер, но пока не подключаясь к каналу.

Но я приблизилась к нему и встревоженно поинтересовалась:

– На ближайшее время я тебе не Света, потому что ты – Света. А пока давай честно, мои щеки выглядят пухлыми?

Он ради приличия бросил на меня косой взгляд и вздохнул:

– Ты так быстро превращаешься в Тоню, что даже страшно. Твои щеки не пухлые. Или пухлые. Намекни, какой ответ правильный.

Вот именно этим женщины и отличаются от мужчин! То, что для первых крайне важно, вторые считают чем-то незначительным. Хотя ведь нет… Эдик сейчас заботится о своей внешности хлеще двадцати среднестатистических девушек вместе взятых, включая и меня. Это означает, что он стал мыслить как девушка или что красота – вообще не прерогатива какого-то пола? А что вообще нас отличает, если самое очевидное вычеркиваем? Черт, тогда о чем вообще говорить во время эфира? Я ведь для себя наметала несколько потешек, которые вдруг стали выглядеть глупостями.

Слава в платье или блузку переодеваться не стал, он даже футболку не сменил. На недовольный взгляд менеджера заметил, что женщины сейчас именно так и наряжаются: поди-ка обнаружь на улицах Москвы девушку в платье, а не в футболке и джинсах. Дмитрий Алексеевич согласился и предусмотрительно покинул бунгало, чтобы мы не отвлекались на его присутствие и вели себя естественней. Хотя, конечно же, ждал снаружи, переживая больше нас.

Некоторые задумки у нас были, с первой мы и начали. Но полностью прописать сценарий в стриме невозможно: мы будем обязаны реагировать на комментарии читателей, чтобы они ощущали полную интерактивность. Слава включил камеру и кивнул – мол, начинаем. Я подсела к нему и положила перед ним розу, с улыбкой произнесла, пытаясь сделать голос более грубым:

– Прости, Ланочка, я опоздал. Работа, дела. Вернее, бильярд и друзья, но ты ведь все равно с подружками по телефону болтала – вряд ли заметила.

Вот почему шутки в голове звучат всегда смешнее, чем произнесенные вслух? Я покосилась на монитор, пока Слава приветствовал зрителей:

– Доброго тропического вечера всем подключившимся. Сегодня перед вами ненадолго обновленные Лана Утянина, – он указал ребром ладони себе на грудь, затем перевел руку на меня. – И Вячеслав Вдовин. Покажем вам, как видим друг друга. Ума не приложу, где Вячеслав добыл такой пиджак, поскольку у оригинальной версии в гардеробе подобного не завалялось.

Где-где, менеджер подкинул! Зря Слава не по сценарию сразу критиковать начал. Подключилось к нам около шести тысяч зрителей – уже неплохо, но в записи потом посмотрят в несколько раз больше. Команд с каждым туром меньше – и, как следствие, все оставшиеся привлекают к себе внимание сильнее. Теперь уже вряд ли можно надеяться, что нас просто проигнорируют те, кому мы неинтересны. Люди в чате пока приветствовали друг друга и нас, но один комментарий уже сиял выделявшимися большими буквами: «Свалите из шоу, ноунеймы! Вы скучные!» Модераторы работали прилежно, поэтому совсем нецензурные отзывы мгновенно удалялись, но уже стало на душе теплее – повеяло родным свежим октябрем, по такой погоде посреди этой духоты и широких улыбок местных мы успели истосковаться. И ведь как здорово получается: даже человек, который считает нас абсолютными нолями, все равно подключился именно к нашему стриму! А ведь в то же время эфиры записывают все пары – и именно этого персонажа они уже потеряли. Совсем того не желая, он подтвердил, что мы на самом деле интересные.

– Скучные, ага, – Слава тоже заметил этот комментарий. – Как погонщики верблюдов на средней полосе МКАДа. Вы, наверное, каждый день жмякаете в скулы Эда Модестина или зависаете в иностранном кафе без единой местной банкноты.

Обе шумихи только-только улеглись, напрасно он опять про эти случаи напомнил – сейчас полетят вопросы, и вся тема псу под хвост. Я незаметно ущипнула напарника за бедро в качестве «предупредительного выстрела», но Слава неожиданно звонко запищал – ну вот, а говорил, что женский голос изображать не сможет:

– Слава! – карикатурно визжал он на меня. – Опять пристаешь? Давай на этот раз после записи, а не во время!

Видимо, это означало, что мы возвращаемся в свои роли. Я с трудом припомнила следующую нашу наметку и постаралась логично к ней перейти:

– Не пристаю, а заставляю тебя покраснеть. Все еще ищу отличия между сиреневым, лиловым и фиолетовым. Ты же не соврала, что это разные цвета?

– Разные? – Слава отодвинулся от меня чуть дальше, чтобы больше не пыталась им руководить щипками под столом, и продолжил: – На самом деле это международный женский заговор – мы сами не различаем эти оттенки и просто издеваемся над мужиками. Пусть считают себя ущербными, раз не видят того, чего нет.

Он почему от сценария-то отклоняется? Реплики не выучил? Но я умею ориентироваться по ситуации – раз он вздумал наезжать на весь женский пол, то и я запросто наеду на весь мужской:

– А мы не считаем – мы немного ущербные и есть. Думаешь, почему я не могу запомнить день рождения твоей мамы? Из вредности?

– Из-за незначительности информации! – немного поддался эмоциям и он. – Зачем тебе держать в голове все даты, если я напомню? Не просто напомню, а восемь раз прямо в мозг клюну – в любом случае не пропустишь.

– Ланочка! – ядовито-сладенько протянула я. – То есть ты мне нужна только для этого? Дешевле было бы ежедневник купить!

– Что ты, Славочка, – ответил он мне тем же тоном. – Разве ежедневник будет тебя развлекать сменой настроения в