Больше, чем танец - Алла Биглова

– Какая же?!

– Ты разучилась слушать. А я так любил в тебе это умение.

Ну вот опять! От его комплимента моё тело покрылось гусиной кожей.

Глубоко вздохнула и превратилась в слух. Если честно, мне не хотелось его выслушивать: боялась, что он сможет меня переубедить. Моё и так шаткое «нет» было готово превратиться в радостное «да». Потому что, когда говорила «нет» ему, я убеждала в первую очередь себя.

– Прекрати считать, что именно ты разрушила наши отношения, – удивлённо уставилась на Виктора, а он лишь печально покачал головой. – Знаешь, я был идиотом, когда думал, что измену можно простить, а отношения спасти, – молчала, внимательно вслушиваясь в каждое слово. Изменял он? Или Любовь? – Я застукал её с другим. Люба плакала, божилась, что это случайность, что она не хотела... – Виктор прервался, замолчал. На его лице отразилась невыносимая боль. Мне захотелось обнять его, успокоить, и я положила руку на его колено, пытаясь хоть как-то утешить. Он сгрёб ладонь в охапку, словно добычу, а я уже не смогла вырваться. – Восемь лет назад я ошибся. Я понимал, что ты ко мне неравнодушна, но я струсил, не стал тебя добиваться, а ведь мог. Я знал, что ты боишься отношений...

– Я боялась серьёзности, – прервала Виктора. – Боялась секса, боли... Ты же был максималистом и хотел всего, сразу и на всю жизнь.

– Но вскоре ты начала встречаться с Сергеем, – в его словах прозвучал неприкрытый упрёк.

– А разве я хоть раз говорила, что хочу остаться с ним навсегда? – хмыкнула, вырвала руку, прервав волшебный момент. Всё равно его испортила не я. – Да, он мне очень нравился, но ты, именно ты не оставил мне выбора, оставив в моей душе рану немыслимых размеров. Ты оттолкнул меня, оттолкнул как друга! – обида во мне разгоралась с каждым сказанным словом. Ещё немного и перейду на крик или, что хуже, расплачусь. – А ты спросил меня хоть раз, как у меня дела В конце первого курса мои родители развелись. У отца, оказывается, всё это время была вторая семья. Ты знал об этом? У меня есть младший брат. Как тебе такое? – почувствовала, как предательская слеза покатилась по моей щеке. Смахнула её. Снова ощутила себя шестнадцатилетней девочкой, которая боялась всего. И те, старые эмоции, вновь нахлынули.

Виктор опешил. Он не знал, что сказать, поэтому молча притянул к себе. Пыталась вырваться, но тщетно – у него была крепкая хватка. Уже не осталось сил с ней бороться.

– Прости. Я не знал. Я должен был быть рядом, – он гладил меня по голове. Всем нутром чувствовала насколько это неправильно, но мне это безумно нравилось. Хотелось ещё. – Просто прости, я был идиотом.

– Ты не стал лучше. Не изменился, – бросила я. – Ты хочешь бросить невесту у алтаря и заменить другой девушкой.

– В чём-то ты права, – Виктор кивнул. – Но с другой стороны, я почти уверен, что она уже переспала с Алексеем.

Всё-таки вырвалась из объятий и посмотрела в его шоколадные глаза. В них не отразилось ничего, кроме равнодушия.

– А как же презумпция невиновности?

– Учитывая, какой Любовь человек, твоя пресловутая презумпция валяется на помойке рядом с доверием. Как думаешь, хорошее ли это подспорье для крепкой и верной семьи? – Виктор печально улыбнулся, всматриваясь в мои глаза. О чём он думал, я не знала.

– Ты её не любишь, – пролепетала. Не спросила, а констатировала факт.

– Нет, – Виктор легко согласился. – Осталась привязанность, но и она постепенно сходит на нет. Я ловил её на измене два раза. Я простил. Я сделал ей предложение в начале года, надеясь, что она отвлечётся на свадьбу и перестанет думать о других парнях, и я буду для неё единственным, – Виктор замолчал, вновь посмотрел в окно. – Глупо. Я продолжаю видеть её бл...ю натуру, – от бранного слова я поморщилась, но не стала акцентировать внимание. Как ещё назвать таких девушек? Шлюхами? Идеальный термин. Почему она стала мне ещё отвратительней?! – А потом эти танцы, и ты. Я понял, что меня переклинило. Я не знал, куда себя день, как признаться во всём этом... хотя бы себе. А потом нас поставили в одну пару. Как тебе такое совпадение? Разве это не намёк судьбы?

– Ещё скажи «подарок», – скрестила руки на груди, желая поспорить. Ненавидела себя и в то же время очень хотела быть с Виктором.

– Тебя вряд ли можно назвать подарком, – Виктор рассмеялся, а я надула губы. Захотелось стукнуть его.

То, что меня влекло к нему, не исключало того, что он по-прежнему меня бесил.

– Поэтому сегодня с Любой мы расстанемся, – коротко отрезал Виктор, заводя машину.

– Не вздумай! – рыкнула я. – Не сегодня! Не за неделю до выступления! Ты с ума сошёл?! – эта новость меня дико перепугала, и я не знала, куда себя деть.

Виктор удивлённо уставился на меня.

– Я не позволю ни тебе, ни твоим, ни своим чувствам сорвать номер! – яростно выкрикнула, отчего прядь волос вновь упала на мои глаза. Я подула на неё, чтобы что-то видеть.

– Ты такая же забавная, – Виктор поправил мою причёску, смеясь. Мне нравилась его улыбка... снова. – И ты изменилась. Неужели танцы – это всё для тебя?

Виктор завёл машину, и мы уже отправились в сторону зала.

– Да. Моя жизнь, моя стихия, мой воздух, – подтвердила, не став с ним спорить.

– Похоже, мне будет сложно подвинуть твоё увлечение, чтобы стать твоим всем, – самоуверенности Виктору было не занимать.

– И не пытайся. Не удастся, – упрямо фыркнула я. Подозреваю, с такой настойчивостью у него это получиться довольно-таки быстро. А я этого не хотела.

– Это мы ещё посмотрим.

Мне нужно было время. Мне нужно было подумать. Устраивать грандиозный скандал за пару дней до концерта я была не готова. Ни один мужчина не способен разрушить то, что я так долго строила.

Заговорила, и мои фразы были обрывочны, как и мысли:

– Не разрушай номер. Серьёзно. Хорошо подумай. Может, это всего лишь временное помутнение? Потерпи неделю. Что тебе стоит ещё пару раз заняться с ней сексом? – ядовито улыбнулась. Не только же ему подкалывать меня всё время.

И