Она моя. Забытая ночь - Лила Каттен

безрассудству победить.

– Мама, смотри, – хватает меня за штанину Юля и показывает мне маленького зайца с морковкой. – Это маленький брат моего большого кролика.

– Очень красивый милая. Пойди-ка их познакомь.

Она срывается в комнату, а я иду в кухню.

– Дина? – Артем следует за мной и садится за стол, когда я киваю ему на стул.

– Спасибо за подарок. Чай?

– А есть что-нибудь посерьезней? Не поужинал еще.

– Тебе повезло, – улыбаюсь его лицу, которое он сделал умоляющим.

– Ммм, рыбку я люблю.

– А, по-моему, ты просто любишь поесть.

– Это факт. Но рыбу я и правда люблю, – наклоняется над тарелкой и нюхает свой ужин.

– Приятного аппетита, – кладу ему вилку и лимон, а сама сажусь, напротив.

– Так, пока ем, у тебя есть время высказаться, потому что потом я начну тебя пытать.

– Артем, прекрати. Не сегодня.

– Почему? Может пока свежа память?

– Она у меня всегда свежа, но на сегодня разговоров достаточно.

– Ладно, тогда вечер тишины. Но если что, – направляет в мою сторону вилку и смешно угрожает.

– Я тебя поняла.

Вскоре прибегает дочка и начинает играть с ним, а мне становится все больней от этого всего.

Мое молчание не имеет оправдания, но раскрытие данной правды может усугубить положение. Если Подгорный решит что-то сделать? С ней? Со мной?

Нет! Это слишком рискованно. Расскажи я сейчас Власову правду, он будет пытаться ее забрать от этого обзора общественности и присвоить себе свою дочку. А реакция этих ненормальных может быть непредсказуемой.

Лучше потом. Немного позже.

Пока купала Юлю, Артема отправила выбирать нам фильм на вечер и сделать заказ к просмотру кино.

Сама тоже приняла душ и вышла к нему уже в халате.

Мужчина держал слово и молчал о больной теме. Да и вообще мало говорили мы в этот вечер.

Утром у него были дела, и он уехал до того, как проснулась малышка, а ко мне заявился сам отец семейства и вид его был мало похож, на доброго дедушку.

– Ну здравствуй, Дина, – прогремел его голос.

– Здравствуйте, Вячеслав Николаевич. Не рановато для визитов в гости?

Прошел в прихожую отталкивая меня плечом с прохода.

– Считаешь я должен предупреждать? Или быть может нам не о чем говорить с тобой?

– Разучились угрожать по телефону?

Ухожу подальше от него, а он, не снимая обуви проходит дальше в квартиру.

– Дедушка, привет, – улыбается Юля, но не встречает ответного тепла.

– Привет. Иди поиграй.

– Я сейчас приду, пойди в комнату свою, пожалуйста, – дочка обиженно уходит, а я тут же срываюсь.

– Она тут не причем. Совесть имейте, – шиплю на него.

– Рот закрой. Ты кем себя возомнила? Моль. Подо мной тут каждая собака ноги преклоняет, а ты тут пасть свою вздумала открывать? Забылась, дешевка? – наступает на меня с каждым словом. – Ну? Чего молчишь?

– Забылась? Да я просто слишком долго молчала. Вы, два ублюдка, сломавшие мне всю жизнь. Больные на всю голову идиоты, я вас ненавижу обоих. И если вы думаете, что все то, что было сойдет вам с рук то вы, сильно заблуждаетесь. Если раньше я пыталась прогибаться, и вы умело манипулировали мной, то сейчас нет. Хватит. Вы еще узнаете.

– Ты смотри, голос прорезался? Хочешь силами померяться, Дина? Попробуй. Но потом не плачь. Она, – тычет пальцем в сторону спальни дочки, – даже помнить о тебе не будет. А встретив на улице не узнает. Это я тебе обещаю.

– Не смейте угрожать мне дочкой, – чуть ли не кидаюсь на него, но останавливаю себя вовремя.

– Твое единственное спасение было в твоих руках, теперь даже нет альтернативы. И главное, что все это, что сейчас поднимется в воздух и понесется в общественность в итоге поможет мне стать губернатором.

– Какой же вы ненормальный человек и сына такого же вырастили.

– Костя такая же пешка в моих руках. Не думай, что ты избранная и весь мир ополчился против тебя одной. Просто у тебя такая роль и все, не более того, Дина.

– Поверить не могу. Вы вообще неадекватный? Что за бред вы несете?

– Власть опьяняет, девочка.

– Я буду бороться. Слышите? И у меня есть многое на вас и вашего сынка.

Мужчина начинает смеяться и видимо, моя попытка его запугать провалилась, и он не поверил в мои фальшивые угрозы.

– Ты не в блокбастере снимаешься. И щенку своему передай, что от его типографии я и камня не оставлю, а его в порошок сотру.

– Откуда вы… Откуда вы знаете кто он?

– И ты еще угрожать мне пытаешься? Лучшее, что ты можешь сделать, чтобы не травмировать ребенка, это согласиться на мировое.

– Какое еще мировое? Вы спятили? – кричу я, ощущая ярость и страх в одном клубке.

– Это мой тебе совет.

Он уходит, а изнутри, меня будто в космос утягивает черная дыра.

Значит все так просто не закончится?

В понедельник, когда я отвезла дочку в садик, я прогулялась по парку возле дома. Владимир вновь молчал, но и я сама не стремилась говорить с ним. Не до этого мне.

Лето в этом году прекрасное, хотя внутри меня самой слякоть осенняя. Знаю, что не время руки опускать и слезы лить, но я слишком долго была сильной, а сейчас, когда должна взять себя в руки, я просто расклеиваюсь.

Конечно, я не отступлю, но так сложно мне не было никогда. Истощение просто убивает меня. Слишком долго я нахожусь в этом аду, и сейчас я либо сгорю в нем, либо выйду победителем.

Возвращаюсь домой и у двери меня ждет государственный работник в форме. Страх хватает меня за глотку и не позволяет даже поздороваться нормально.

Вот и начинается ад!

Глава 14

– Здравствуйте, вы ко мне?

– Добрый день. Подгорная Дина Алексеевна?

– Да это я. А вы?

– Я федеральный курьер. Вам заказное письмо-извещение. Ознакомьтесь.

Беру в руки бежевый конверт с кучей печатей и вскрываю его.

Вытаскиваю белоснежный листок, на котором напечатан мой приговор. Начало моего персонального ада.

Повестка в суд. Через две недели.

– Две недели? – шепчу вопрос не знаю кому.

– Вам все ясно из документа?

Поднимаю на него свои глаза и не знаю, что ответить.

– Это повестка в суд? Что…что это значит… Зачем она? – возвращаю ему бумагу потому как сама не могу прочесть больше ни строчки, кроме первых двух.

Парень, сомневаясь берет ее и прочитав озвучивает:

– Судя по тексту, ваш бывший муж подал в суд на лишение вас опеки над ребенком. Через две недели, вы обязаны явиться в московский городской суд.

– И что это