Давайте поиграем, папа-босс! (СИ) - Вишневская Виктория

Да, я видела тот живот, слышала те слова…

— Нет, — убирает мои руки. — Не хочу, чтобы ты была моей няней.

И убегает после этих слов.

А я продолжаю сидеть на корточках. Чувствую себя опустошённой. Словно мне в лицо ещё и камень кинули.

— Ты чего сидишь здесь? — усмехается Марат, выходя в коридор.

— Да думаю, — честно произношу, смотря в пол.

Раньше я боялась несерьёзности Марата, а теперь меня волнует совсем другое. Например, его дочь, которая теперь отказывается со мной дружить. И что делать? Ведь сейчас она демонстративно будет выкидывать мне свои закидоны. А мне это молча терпеть?

Я запу-утала-а-ась. Пойти поговорить с ней или дать побыть одной?

— О чём? — Марат становится напротив. Вижу его домашние чёрные тапки. Подпрыгиваю на месте, поправляю съехавшею шапку.

— Мама звонила. ЧП. Нужно срочно домой.

Разворачиваюсь, бегу на выход.

— Подвезти?

— Не-не, я сама. Увидимся.

Пока что мне нужно всё взвесить и решить.

Вот тебе и поработала, чёрт возьми, нянечкой.

Теперь осуждаю себя за то, что дала волю эмоциям. И вообще переспала с Маратом! Ну вот… зачем? Теперь проблем не оберёшься.

Грустно становится.

Иду до остановки, шмыгаю носом.

Вот и как теперь быть?

Говорить Марату, что ничего не получится? И его дочь сказала, что он не разведён со своей женой? Да у них ребёнок скоро будет!

А вдруг она что-то напутала?

Не знаю!

Господи, куда я только влезла?

— О, предательница пришла, — встречает всё ещё потрёпанная после новогодней ночи Лерка. А уже вечер так-то. — Ну что, рассказывай, как с мужиком время провела?

— Отвратительно, — прохожу внутрь и скидываю с себя верхнюю одежду.

— Я думала, наш спонсор ого-го в постели, — задумчиво тянет Лера. — Правда, что ли, говорят, что у качков там ниче нет?

— Да есть у него там всё! — отмахиваюсь. Зло скидываю обувь и иду на кухню. Уверена, там есть что перекусить. Буду заедать своё горе. — Это у меня мозгов нет!

Внезапно из комнаты высовывается растрёпанная голова Мирославы.

— Что случилось, а драки нет?

— Сейчас устрою, — угрожаю ей. — Багиров… Просто болван! С женой не разведён!

— Стой-стой, с чего ты взяла? — Мира быстро вылетает из комнаты и бежит ко мне на кухню. Мы в Леркиной квартире чувствуем себя уже как дома. Передо мной появляется банка мороженого с солёной карамелью. И ложка. У подруг свой метод лечения заблудших душ.

А я, не стесняясь, ложкой набираю большой кусок мороженого.

— Ну, женат он, и чо?

— Я переспала с Маратом, — резюмирую.

Вокруг появляется гул.

— Да ладно?

— Поздравляю!

— Прощай, девственность!

— Да тише вы, — недовольно бурчу. — Переспала. Да с женатым. С ребёнком.

— Стоп. Ты щас про Багирова Марата? С чего ты взяла, что он не разведён? У него кольца на пальце не было. Я проверила, — трындит Лерка.

— Дочь его сказала, — вздыхаю. — Я ей верю.

— Не поняла…

— Долгая история, — поясняю. Они многого не знают. Только то, что с мужчиной новый год праздновала. — Я была её няней целую неделю. И успела влюбиться в одного неотёсанного мужика.

— И переспать, — подытожила Лерка. — Ты мои рекорды побьёшь скоро.

Мирослава обхватывает мои руки. Поглаживает, пытаясь успокоить.

— Она же ребёнок. Могла и ошибиться.

— Не ошиблась, — отрицательно мотаю головой. И снова ложку в рот отправляю.

— Я погулила. У него стоит в графе семейного положения, что он женат.

— Может, давно не обновлялось?

— Не знаю! — снова ем, чавкая, и ставлю стаканчик с мороженым на стол. Это возмутительно! — Но у его жены — живот! Она беременна! От Марата! Представляете? Я сама это своими ушами слышала! И глазами всё своими видела!

В комнате повисает тишина, которая вот-вот достучится до моей совести, и я начну грызть себя сильнее.

Один раз в жизни доверилась человеку — и на тебе!

Дерьмо.

— Поговорить с ним не пробовала? — Лера иногда говорит толковые вещи.

— Завтра попробую. По-любому придётся на работу идти. Там уже и спрошу. Но, блин, не в этом даже теперь и проблема.

Основная — да.

Но есть то, что меня мучает сильнее всего…

Слова Снежки сделали мне очень больно.

Настолько, что даже делать ничего не хочется.

Ни разговоров, ничего. Она меня теперь видеть не хочет. И всё из-за этой Наташи. Может, поговорить с ней? А что?.. Это мысль.

И что? А если она подтвердит эти слова?

Нет, лучше сразу с Маратом. Именно это я сделаю завтра. А сейчас…

Вытираю слёзы.

Вот успел мне этот ребёнок за неделю родным стать!

И какие-то несколько слов так ранят. Сильно, до безумия.

— Ну вот, Варюш, успокойся. Не всё потеряно. Я уверена — его жена трындит!

В груди капелька надежды загорается, что так и есть. Но я боюсь услышать голос Марата. Боюсь, что он скажет: «Да, Варь, я — женат».

Опять горько становится.

Я съедаю банку мороженого. Слушаю подруг. А потом решаю не откладывать на завтра то, что я могу сделать сегодня. Ярость глаза застилает. Как и злость. Поэтому я, недолго думая, собираюсь к Марату. И поговорю с ним, если не потеряю весь запал!

От мысли, что Марат придурок — уже ничего не вижу перед глазами. Словно отключаюсь. Хотя прекрасно помню, как встаю со стула, одеваюсь и выбегаю из квартиры.

На следующий день

С трудом разлепив глаза, смотрю в потолок. В голове гул. Я вчера будто хорошенько приложилась головой об что-то. Трещит неописуемо. Я что, кирпичи ей била?

Приподнимаюсь на кровати, пытаясь проснуться. Осматриваю знакомую комнату. И округляю от шока глаза.

Какого?..

Что я делаю в спальне Марата? Все тело слабеет, как и руки, которые падают вдоль тела.

Простыня сползает с груди, и я опускаю взгляд вниз, чтобы поправить её.

И прихожу в ужас.

Почему я в таком состоянии?

Паника вихрем заполняет всё тело, пленяя сознание.

Осматриваюсь по сторонам, надеясь, что я ошиблась. Что я сейчас лежу в одном бельё (спасибо, что не голая) не в доме Багирова… Это я что, вчера к нему пошла, да? И что дальше было? Я разделась, и мы переспали? А где в это время была Снежка?

Голова пухнет от вопросов и от боли. Почему я ничего не помню? И, блин, шишка на лбу. Я вчера точно что-то натворила.

Дура! Какая же я дура!

Зачем вообще сюда шла?

Надо было, как в старые добрые — наесться от горя салатами и никуда не пойти. Но нет, потянуло же меня на приключения первого января!

А теперь кусаю губы и ищу свою одежду.

Нужно валить отсюда. Я не смогу смотреть спокойно Марату в глаза. Особенно после того, что я сделала.

Второй раз переспала с женатым мужчиной!

Мозги бы мне… Надо было загадать на Новый год их.

Подпрыгиваю с кровати, понимая, что моей одежды нигде нет. Подбегаю к шкафу, надеясь найти что-то у Багирова.

Но успеваю только дотронуться до ручки.

Вижу в отражении, как открывается дверь, а на пороге появляется Марат.

Причём такой… притягательный, мать его.

Не игривый, а наоборот, спокойный, какой-то настороженный. Немного хмурый, но оно и понятно… Я, кажется, головой хорошо вчера приложилась. Шишка на пол лба. Видимо, над эмоциями не совладал. Сердитая была, ошарашенная. Вот и ударилась где-то от злости.

Шмыгаю носом, прижимаю к себе простынь. Хорошо, что взяла с собой. Не хочу ему своё бельё показывать. Вот так вот!

Неловко оборачиваюсь, боясь услышать, что вчера произошло.

Но Марат не торопится начать разговор.

— Что молчишь? — не сдерживаюсь и говорю первая.

Чёрт, чувствую себя сейчас так фигово. Стыдно до одури.

Я ничего не помню, но уверена, вела я себя плохо…

Очень плохо.

— Пока не придумал, что сказать, — говорит спокойно, опираясь плечом о дверной косяк. Сканирует меня взглядом. Да с таким интересом, будто я точно что-то натворила.