Реквием души (ЛП) - Заварелли А.

– Имеешь в виду, когда ты там молила Бога не дать тебе выйти замуж за монстра? – фыркнул я.

– Я не это имела в виду... – она шумно вздохнула и качнула головой. – Ты перевираешь мои слова.

Я посмотрел в окно, ощутив волну злости. Какой же непослушной она оказалась. Настоящий сюрприз. Айви уже бросала мне вызов. Не надела купленные мной туфли. Допрашивала меня, словно имела на это право. Будто Морено когда-либо обладали властью, равной той, какой наделяли суверенных сыновей. Похоже, Айви рада этой партии. В конце концов, именно этого так жаждала ее семья. Высокое положение. Деньги. Сила. Брак со мной наделил Айви всем этим. Я не сомневался, что в глубине души она походила на свою мать. Может, ее и прельщала идея другой жизни, но все же Айви решила выйти за меня. С моей стороны было бы глупостью верить, что она не преследовала свои мотивы. Но какими бы они ни были, я никогда не смогу ей доверять.

Я порадовался, что Айви напомнила о наших ролях. Мне нужно дать ей понять, что такое поведение недопустимо, и откладывать это не было причин. Айви, вероятно, вышла за меня с завидной решимостью, но уже скоро она поймет, что единственное семейное счастье, которое будет ей доступно – принимать назначенные мной наказания.

Спустя несколько мгновений мы остановились. Марко заглушил двигатель, а я постучал по стеклу, тем самым прося Марко выйти. Он подчинился.

На улице было темно, в машину проникал лишь свет фонарей. Однако полутьма не скрыла дрожь моей супруги, когда я повернулся к ней и потянулся к ее лицу. Я горел решимостью немедленно поставить Айви на место. Но когда она снова попыталась скрыть от меня свой странный зрачок, я быстро сменил приоритеты.

– Не надо, – предупредил я Айви, когда она попыталась поправить волосы. – Я хочу это увидеть.

Она замерла, и наши взгляды встретились. И впервые я осознал, что Анжело мог быть прав. Трудно подогревать внутри гнев рядом с такой красавицей. Я скользнул пальцами вниз по ее горлу, ощутив бившийся пульс, и никак не мог решить, чего хотел больше. Поцеловать Айви или задушить.

– Никогда не скрывай от меня свои недостатки, – сказал я ей. – Теперь они мои, и я вправе ими наслаждаться.

– Но... я ненавижу его, – отозвалась она дрожащим голосом.

– А мне, похоже, нравится, – глухо рассмеялся я.

Айви казалась озадаченной моим странным ответом, как и я сам. Я сильнее сжал руки, а потом отпустил ее. Что она со мной делала?

– Пожалуйста, – попросила Айви, приблизив руку к волосам.

– У тебя, кажется, сложилось впечатление, будто ты вольна делать, что захочешь, – холодно ответил я. – Мне стоит напомнить тебе об основных правилах «Общества»? Правилах, которым ты поклялась следовать?

Она резко втянула воздух и бессознательно свернулась калачиком. Айви совершенно ясно поняла смысл моих слов.

– Не нужно, – прошептала она.

– Что ж, ты в любом случае получила предупреждение.

Я услышал шаги членов «Общества», собиравшихся во дворе. Церемония клеймения должна была начаться с минуты на минуту. Однако я должен был сдержать обещание, потому все немного подождут. Распахнув дверь, я поманил Айви к себе.

Она выбралась из машины и приглушенно вскрикнула, когда я перекинул ее через плечо, босые ступни теперь болтались, поднимая ткань платья. Когда я вошел во двор и прошел мимо ожидавших Айви стула и стола в центре, нас проводили любопытствующими взглядами. Я шел быстро и уверенно, а шаги отдавались эхом, когда вошел в коридор маленькой часовни, предназначенной только для прихожан.

Прикрыв за собой дверь, я направился к алтарю, только там поставив свою непослушную жену на ноги. Когда Айви осмелилась посмотреть на меня, на ее лице плясали блики от теплого красноватого огня свечей в стеклянных подсвечниках. Разочарование подняло внутри меня порочные желания, кровь хлынула к члену, и он до боли затвердел.

Я мечтал наказать ее с тех пор, как искушение жениться на Айви проникло в мое сознание. После взрыва терпение осталось единственной моей добродетелью. Силы на восстановление давала мысль, что однажды Морено будут страдать, как и я. Потому было сложно смириться, что в данный момент я сильнее всего хотел почувствовать Айви под собой.

Этим вечером я точно не удовлетворюсь одним разом. Меня опьянял ее аромат, а тепло тела необъяснимо манило. Мне... было что-то нужно от нее, но я не понимал, что именно.

Ее взгляд показался мне чересчур пристальным, потому я крутанул Айви в своих руках, отчего она судорожно вздохнула. Я обхватил ее за талию и стал склонять на деревянный алтарь, а вторую руку положил поверх тонкого кружева на ее спине. Вуаль скрывала все, что я так жаждал увидеть, потому я сорвал ее и бросил на пол. Айви словно застыла, когда я провел по черным атласным пуговицам, украшавшим изгиб ее спины. А потом и сам замер, оценивая красоту фигуры, элегантно подчеркнутую платьем.

– Тебе следовало знать. Покупая вещь, я жду, что ты ее наденешь, – грубо произнес я.

– Я не могла, – прошептала она.

Убрав руку с ее спины, я склонился, собирая ткань, скользившую по деревянному полу. Когда я потянул материал вверх, обнажая бедра Айви, она напряглась.

– Что ты делаешь? – Айви осмелилась бросить на меня взгляд через плечо.

– Наказываю.

Едва слово сорвалось с моих губ, Айви попыталась вырваться, но я прижал ее к алтарю, надавив ладонью на спину. Лицо Айви оказалось всего в дюйме от горящих свечей, а грудь бешено вздымалась, пока моя жена оглядывалась в поисках невидимого спасителя. Однако здесь она никого не найдет.

Я задрал ткань выше, открывая идеальный изгиб бедер и задницы, выставленной на обозрение, поскольку была прикрыта лишь крошечным куском черных кружев. Я не мог оторвать взгляд от ее нетронутого тела и едва подавил нарастающую внутри агонию, буквально заставляя себя вспомнить, зачем привел сюда Айви.

Я потянулся за свечой, и Айви задышала чаще, пытаясь откинуть назад голову.

– Сантьяго.

Мольба в ее голосе буквально пронзила меня, лишая решимости. Я замер, сжимая свечу, а потом несколько раз моргнул, ошеломленный своей реакцией, и заставил себя встряхнуться.

Потянув к себе свечу, я с наслаждением почувствовал дрожь Айви. Когда мне показалось, что достаточно насладился предвкушением, я просунул пальцы под тонкую ленту ее трусиков и разорвал ткань. Повторив процесс с другой стороны, я позволил кружевам упасть на пол. Теперь Айви была обнажена.

Я провел ладонью по ее заднице, подавляя собственную дрожь от соприкосновения с теплой плотью. Я мог бы взять ее сейчас, но не остался бы удовлетворен. На то, что я хотел сделать с Айви, нужно куда больше времени.

Я коснулся внутренней стороны ее бедер и стал раздвигать ей ноги, пока не получил прекрасный вид на гладковыбритую киску, поблескивающую от влаги в свете свечей. От вида неоспоримого свидетельства возбуждения Айви, я едва не зашипел сквозь зубы. Я понимал, что это, вероятно, вызвано страхом, но мне так захотелось прикоснуться к ней и убедиться в реальности произошедшего, что я почти решился. Однако сперва мне нужно было выполнить обещание.