Второстепенный: Торг (СИ) - Нельсон Ирина

- И какие тогда ко мне претензии? Я действовал в рамках вашего запрета. Никакой волшебной помощи Ки не получил. Я всё сделал без магии, - заявила я.  

- Претензий, как вы сказали, у меня к вам нет. Я вижу, что вы не нарушили запрет, - он качнул голову в сторону кровати с Ки. – И даже сделали невозможное для спасения жизни пациента. Подобная преданность делу достойна искреннего уважения. Признаться честно, мы с моими… коллегами надеялись, что вы всё-таки применили магию.

- То есть я могу быть свободен?

- Нет. Вы отправитесь в Альварах.

Я уже ничего не понимала.

- Но вы же сами сказали…

- Вы нарушили запрет, - с нажимом сказал Безликий судья. – Поверьте, мистер Волхов, для вашего же блага и блага всех эльтов и людей комиссия скажет, что запрет нарушен. И я это подтвержу.

Я напряглась. Профессор Хов нахмурился. Мерфин посуровел и кивнул. Эльты явно поняли больше меня.

- Пусть я иномирец, но я не сделал ничего, за что меня можно было бы отправить в тюрьму, - прошипела я – Вы Безликий судья. Вы олицетворение справедливости в нашем мире. Вы не можете посадить меня по ложному обвинению! Что это тогда за справедливость?!

- Верно. Триада справедлива, - Безликий повернул голову к директору. – И наша справедливость никоим образом не нанесёт ущерб общим интересам, директор Аунфлай. Для лечения пациента, которого вы скрываете в своих комнатах, климат Острова Белых будет особенно полезен.

Мерфин побледнел, Мэдог судорожно вздохнул.

- Откуда вы знаете?

- Мы видим. И для нашего взгляда камень не помеха, - безмятежно ответил Безликий. – Мистер Волхов, скажу честно. Нам необходимо отправить в Альварах истинного целителя. Мы были бы рады поручить это дело другому, не прибегая к таким методам, однако…

- Вам и это известно?! – воскликнул Мерфин.

- Как и всему Ордену Золотой Розы, - холодно ответил Безликий и продолжил. – Однако вы лучше всех подкованы как в магии друидов, так и в анатомии Изначальных.

Я помассировала виски, пытаясь справиться с головокружением.

- Так, давайте без этих интриг, а? Чётко и ясно, что случилось, кому требуется помощь?

- Альваху, - ответил Безликий. – Детоубийце. В последнее время он видит… странные сны о Владыке. И это его… истощает.

- А без сфабрикованных обвинений пригласить меня туда нельзя?!

- Мы так и собирались поступить, но вы очень удачно нарушили запрет.

- Но я же ничего не…

- Вы преступник, мистер Волхов, - мягко перебил меня Судья. – Постарайтесь побыстрее смириться с этой мыслью, пока я не начал разбираться, откуда на келпи появился отпечаток смерти. В таком случае вас не спасет даже покровительство Ордена Золотой Розы.

Аунфлаи переглянулись. Мерфин посуровел.

- Даже так? Что ж, забирайте его, - согласился профессор Хов.

Меня словно пнули в грудь. Я задохнулась, разинула рот, точно выброшенная на берег рыба. Я не ждала такого от Кориона. От кого угодно, но не от него!

- Вынужден признаться, Безликий, что я виновен - прежде чем мысль о предательстве успела окончательно сформироваться в моей голове, добавил он.

Судья наклонил голову набок.  

- В чём же?

- Я нарушил второй Изначальный закон. Более того, я покусился на свой бруиден.

Медог поперхнулся. У Мерфина глаза полезли на лоб. Он схватил профессора и тряхнул его за грудки.

- Что ты несёшь?! Какой ребёнок из твоего бруидена?! Ты же всегда готов был разорвать любого, кто покусится на детскую неприкосновенность! Судья, не слушайте его!

- Но он говорит правду, - явно забавляясь, сказал Судья. – Это был магический контакт, верно?

- Магический, - ответил профессор. – Единожды, во время зимних каникул. Я неоднократно оказывал помощь этому ребёнку, но в тот день это произошло слишком внезапно, я вывел его из себя и… Я не хотел, но это было выше моих сил. Я виновен.

В моей голове сверхновой звездой вспыхнула догадка. Слияние! Мерфин заморгал, остыв, видимо, тоже понял, о каком ребёнке идёт речь.

- Когда это ты успел ввести Волхова в бруиден да ещё без соизволения лорда Бэрбоу? – неохотно разжав руки, спросил он.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

- Мистер Волхов, вы подтверждаете факт слияния между вами и профессором? – уточнил Безликий.

- Э-э… - промямлила я. Мысли метались в голове испуганными тараканами. Слияние – это же медицинская мера, нет? Профессора и целительница обучены помогать ученикам в случаях выброса, нет? С какого перепуга профессор виновен да ещё в нарушении неприкосновенности?! Он всего-то и сделал, что чмокнул меня в затылок! -  Да, но…

Растерянное блеяние прервал весьма тяжёлый ботинок профессора, отдавивший мне стопу. Я заткнулась. Хов  снял с себя плащ, расстегнул цепочки, соединяющие камень-концентратор с кольцами, и спокойным, даже немного величественным жестом протянул руки Судье. Меня словно окунули в ледяную воду – до того эта сцена напомнила мне моё видение.

- Духовное родство мистера Волхова с бруиденом Гвалчгвин пока не подтверждено. Лорд Бэрбоу всего лишь подал заявку, ведётся расследование, - флегматично сообщил Безликий и перепутал цепочки, сковав пальцы профессору так, что он ими не смог пошевелить при всём желании. – Поэтому я не могу считать тебя, Корион Хов, виновным в преступлении против своего бруидена. Но за преступление против Второго Изначального закона ты отправишься в Альварах. Лорд Аунфлай, директор, подготовьте нашего почётного пациента к транспортировке.

Меня затрясло. Арестованный профессор, Владыка, я и неизвестный Альвах с проблемными снами. Кориону нельзя, нельзя идти туда со мной!  

Профессор прекрасно понял, какая буря поднялась в моей душе, хоть её причины остались для него тайной, и усмехнулся уголками губ.

- Молчите, Волхов. Вы уже ничего не сделаете с моим заключением. Я в любом случае виноват. И главным образом в том, что не остановил вас вовремя. Не просчитал последствия. 

- Последствия? – непонимающе уточнила я.

Мерфин наклонил голову набок.

- Вадим, ты до сих пор не понял? Мы не просто так взяли больницы под покровительство и не просто так создали Службу Контроля.

Я медленно обвела взглядом Хова, Аунфлаев, Безликого судью, комиссию, которая столпилась над бледным келпи и что-то увлечённо чиркала в блокнотах с умным видом. Злость? О, нет. Во мне поднималось целое цунами самой настоящей ярости. Не той жгучей чёрной, что туманит мозги и заставляет терять голову, а холодной и кристально чистой. Ситуация стала чёткой и ясной. Боги, как же я сразу не догадалась? Ди ведь говорил, а я, дура, не обратила внимания сразу. У людей все лекарства тоже базируются на волшебстве. И не только лекарства – энергетика тоже. Эльты своей магией держат всех за яйца и упускать власть не собираются. Без меня Ки был обречен.  

- Я правильно понял вас, мистер Безликий? Я отправлюсь в Альварах за запрещённую медицинскую практику, но для всех это будет нарушение запрета на волшебное лечение келпи? – звенящим голосом спросила я.

- Вы действительно умны, мистер Волхов, - судя по едва уловимым интонациям, Судья улыбнулся. – Вы отправитесь в Альварах за нарушение запрета на колдовство. За запрещённую медицинскую практику, применённую к волшебному существу или человеку, полагается полное стирание знания из памяти и уничтожение улик. Но вы всё-таки истинный целитель, ребёнок, да ещё сверхчувствительны к любой магии. Не волнуйтесь, его не убьют, - поспешно добавил он, поймав мой панический взгляд в сторону Ки. – Это было бы слишком жестоко по отношению к вашим стараниям. Просто слегка подправят память и добавят зелий, чтобы всё выглядело так, будто ему помогла замаскированная магия. И не думайте, что вас запирают. Невинные и раскаявшиеся могут покинуть Альварах в любой момент. Полагаю, вы вернётесь в Фогруф через пару недель. Конечно, после того, как справитесь с болезнью Детоубийцы. Думаю, излечение Изначального окажется для вас интересной практикой

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

А, то есть они мне ссылкой ещё и услугу оказали?! Ну эльты, ну… У меня просто не осталось никаких слов – одни артикли и те – нецензурные! Лучше б Безликий просто превысил полномочия, ей-богу! Я, значит, практиковала запрещённые методы? Значит, операция по удалению аппендицита, антибиотики, реанимация – всё это здесь то же самое, что и аборт в начале прошлого века?!