Стелла Бэгуэлл - Младшая дочь короля

Она потрясенно ахнула.

— Вы скажете всем, что отец ребенка вы?

Он молча кивнул. Доминик отчаянно замотала головой.

— Но, Маркус, это погубит вашу репутацию! Вы же королевский советник!

— Развод мою репутацию не погубил, — возразил Маркус. — А в глазах народа — да и в моих собственных — быть отцом куда достойнее, чем разведенным мужем.

Да, он говорит серьезно. И часть ее существа готова была прыгать и плясать от радости. Подумать только — человек, которого она любит, просит ее стать его женой! Но сердце ее знало, что радоваться нечему. Доминик нужно от Маркуса гораздо больше, чем он может дать. Одного покровительства и защиты ей недостаточно.

— Маркус, я ничего подобного не ожидала... — пробормотала она, переводя взгляд от его глаз к ямочке на волевом подбородке.

— Естественно.

Не в силах сопротивляться желанию до него дотронуться, Доминик положила ладони ему на грудь. Гулкое биение сердца Маркуса гипнотизировало ее, искушало, звало за собой.

— Маркус, я не знаю, что ответить!

Уголки его рта дернулись в улыбке. Он погладил девушку ладонью по щеке, и вся сила воли понадобилась Доминик, чтобы, закрыв глаза, не прильнуть к нему в сладкой истоме.

— Скажите просто «да», — прошептал он.

«Да» — всего две буквы. Как просто произнести это слово! Но просто ли будет жить с любимым, который не отвечает ей любовью?

Представив себе мучительную жизнь с Маркусом, Доминик отвернулась и судорожно вздохнула.

— Маркус, я не могу дать ответ немедленно. Я должна подумать.

Она почувствовала, как он подходит ближе. Пальцы его легли на нежную открытую шею.

— Думаю, не стоит напоминать вам, что времени у нас немного. Если мы собираемся объявить народу, что я отец ребенка, лучше сделать это, пока беременность еще незаметна. Иначе люди подумают, что вы силой притащили меня к алтарю.

— Но, Маркус, — возразила Доминик, пораженная новой мыслью, — вы не можете быть отцом по срокам! Ведь я жила в Штатах и домой приезжала только на каникулы. Нельзя же зачать ребенка на расстоянии!

«На таком, как сейчас, можно», — ответил ей внутренний голос. Маркус подошел совсем близко, прижавшись к ней вплотную, и в голосе его, когда он заговорил, чудилась сладость соблазна.

— На прошлое Рождество вы прожили в Стэнбери две недели, — заметил он. — Вполне достаточный срок, чтобы зачать ребенка. И по срокам все сходится. Любовь под Рождество — роды в сентябре.

Доминик мысленно застонала. Роман с Маркусом Кентом! Несколько лет назад она только об этом и мечтала — а теперь Маркус предлагает ей притвориться, что это случилось на самом деле. Право, не знаешь, смеяться или плакать!

— На Рождество мы даже не виделись, но об этом никто не знает. И по времени все совпадает, — покорно согласилась Доминик.

Искушение ответить «да» становилось нестерпимым. Но Доминик понимала, что из брака по расчету ничего хорошего не выйдет. А значит, не стоит поддаваться на уговоры Маркуса.

Быстро, пока он не успел победить ее сопротивление, она отступила на шаг и, по-прежнему держась к нему спиной, молитвенно сцепила руки.

— Маркус, я... я подумаю. И дам ответ. Скоро. А теперь, если не возражаете, мне лучше вернуться к себе. Я едва на ногах держусь.

— Я отвезу вас на машине.

Повернувшись, она увидела, как он достает из шкафа ее жакет.

— Нет-нет, спасибо, я прекрасно дойду пешком! Я не настолько устала.

Маркус накинул жакет ей на плечи. Руки его, словно невзначай, скользнули по полной груди, и у Доминик перехватило дыхание.

— Я вас провожу.

Не глядя на него, она кивнула.

Он вздохнул:

— Вы снова на меня сердитесь?

Подняв на него глаза, Доминик безуспешно попыталась улыбнуться.

— Маркус, — ответила она, легко касаясь его щеки, — я не умею на вас сердиться.

Только люблю — ныне, и присно, и во веки веков.

— Доминик, что с тобой стряслось? Не считая, конечно, Маркуса Кента?

Доминик бросила на фрейлину усталый взгляд.

— Прости, Прю, я не хочу об этом говорить.

— Я и не прошу, чтобы ты со мной разговаривала, — возразила Прюденс, входя на балкон. — Просто хочу вытащить тебя из кресла. Ты два часа просидела на одном месте, даже не шевельнулась!

— Наслаждаюсь солнцем. Сегодня прекрасный день, — ответила Доминик.

— Это, конечно, верно, — согласилась Прюденс. — Но книги у тебя на коленях нет, так что ты даже не можешь притвориться, что читаешь. Вот уже два часа я на тебя любуюсь и вижу одно и то же: как ты тут сидишь и молча страдаешь.

— Я не страдаю, — нахмурилась Доминик. — Я думаю.

— Да, только физиономия у тебя почему-то совсем не радостная.

Доминик молчала, упорно глядя в сторону. Целый день из головы у нее не выходило удивительное, ни на что не похожее предложение Маркуса.

Он ждет ответа. Все, что от нее требуется, — сказать «да»; и не придется больше беспокоиться о своей репутации. Однако Доминик чувствовала, что не может так поступить. Ведь Маркус ее не любит. Необходимость притворяться и терпеть притворство разобьет ей сердце.

— Прю, ты хуже наседки! — сердито проговорила Доминик. — С самых крестин Лианны твердишь, что я на себя не похожа. Да мало ли причин...

Ее прервал телефонный звонок из спальни.

— Я возьму трубку, — бросила Прюденс и умчалась.

Доминик встала и с удовольствием потянулась. Она и в самом деле засиделась на одном месте. Надо прогуляться, проветрить мозги. А главное — увидеться с Маркусом и раз навсегда положить конец его безумным брачным планам.

С этой мыслью она вошла в комнату — и увидела, что Прюденс несется ей навстречу.

— Доминик, звонил принц Николас, — затараторила она. — Хочет, чтобы ты явилась в гостиную на встречу с родными.

— Когда? — уточнила Доминик.

— Немедленно.

Доминик нахмурилась:

— Что за спешка? Он объяснил...

— Нет, — прервала ее Прюденс, — но голос у него очень мрачный. — Должно быть, что-то серьезное!

Доминик ощутила, как засосало под ложечкой, и мысленно обратилась с молитвой к небесам.

— Это отец! Какие-то новости о короле!

Вбежав следом за Прюденс в спальню, она торопливо провела щеткой по длинным волосам и сунула ноги в черные шлепанцы. Пестрый свитер и длинная юбка выглядели, пожалуй, чересчур затрапезно для семейной встречи, но Доминик не хотела тратить время на переодевание. Если Николас узнал что-то новое об отце, она должна услышать об этом как можно скорее.

Девушки понеслись по коридорам замка и через несколько минут влетели в гостиную. Вся семья была уже в сборе.

Взгляд Доминик немедленно отыскал Маркуса: он стоял рядом с Николасом у камина. Склонив друг к другу темноволосые головы, мужчины тихо и серьезно о чем-то совещались.