Мирра Хьюстон - Охваченный огнем

Джо решил не выказывать досады и постараться быть галантным. Он подошел к ложу, поклонился в пояс, взял руку леди Эмили и легко коснулся ее губами.

— Пожалуйста, называйте меня просто Джо.

— А вы можете называть меня просто Эмили, — улыбнулась аристократка, подмигнув Лоре.

Джо сделал шаг назад, отчетливо сознавая, что подруги забавляются с ним, и чувствуя на себе сердитый взгляд Вилли.

— Мы с Эмили жили в одной комнате, когда учились в пансионе в Швейцарии.

— Ужасная т-тоска, — прокомментировала Эмили.

— Аминь, — нараспев произнесла Лора, и за этим вновь последовал приглушенный смех и перешептывание. Еще какая-нибудь шуточка, заключил Джо. Может быть, за весельем Лора забыла об Эпизоде в «Кубке триумфатора»? Но нет, очевидно, все-таки не забыла.

Леди Эмили поднялась с кровати и легкими движениями поправила прическу.

— Было очень приятно познакомиться с вами, Джо, — сказала она милостиво. — Я сейчас собираюсь проехаться по магазинам, поискать качественный английский чай. Этот лимонный напиток, который подавал вчера Вилли, решительно никуда не годится. — Дворецкий явно приуныл. — Вы повозите меня по городу, Вилли? — Это был завуалированный приказ, но Вилли просиял. — Вот хороший мальчик.

Эмили стремительно вышла, дворецкий покорно поплелся за ней. Джо проводил их взглядом.

— Я что-нибудь не то сказал?

— Это я сказала, — откликнулась Лора по-прежнему высокомерно, одновременно вытягивая губы и делая вид, что целует собачку. Она потрепала левретку за ухо. — Эмили ненавидит чай. Она предпочитает кофе.

— Похоже, Вилли к ней неравнодушен.

Уголки губ Лоры дрогнули, и она еще ниже склонилась над собачкой.

— Я шепнула ей, что нам нужно поговорить наедине, — сообщила она, поглаживая левретку по — шелковистой спинке.

Джо откашлялся и неожиданно для себя брякнул:

— Мне… мне очень жаль, Лора.

Она насторожилась.

— Простите?

Джо скрипнул зубами. Он ведь вовсе не собирался извиняться, поскольку не считал, что совершил нечто предосудительное. Его можно обвинить разве что в излишней фамильярности с клиентом, о чем он мог бы и пожалеть, но. вспоминал бы всегда. с удовольствием.

— Возможно, я и был резок с вами в Кубке триумфатора и позволил себе командный тон, но…

Несмотря на то, что лицо Лоры несколько смягчилось, она все же не до конца оттаяла.

— Вы обошлись со мной ужасно!

— Я защищал вас.

— Я не нуждаюсь…

— Но мне казалось…

— …в том, чтобы меня спасали, — закончила фразу Лора. — Так о чем вы говорили?

— Вы слышали.

Лора нервно принялась перебирать бусины собачьего ошейника.

— Значит, это была взаимопомощь, — медленно произнесла она. — Мы — действовали сообща, как спортсмены в команде. Я как-то не подумала об этом. — Она похлопала ладонью по кровати и неуверенно улыбнулась. — Садитесь, Джо… пожалуйста.

Обрадованный приглашением, так как почувствовал внезапно, что нетвердо стоит на ногах Джо сел. Что это? Сдержанной улыбки Лоры и ее еще более сдержанной попытки примирения оказалось вполне достаточно, чтобы вызвать в глубине его души восхитительное теплое чувство, до странности похожее на любовь… Девушка смотрела на него с каждой минутой все дружелюбнее…

Собачке тем временем не понравилось, что о ней забыли. Она ткнулась носом в широкий рукав лилового кружевного пеньюара Лоры, понюхала перья, которыми он был отделан, и внезапно громко чихнула. Джо и Лора вздрогнули, и очарование момента мгновенно рассеялось.

С губ Лоры сорвался облегченный смешок.

— Бедняжка, — протяжно заговорила она и взяла собачку к себе на колени. — Мамочка скоро вернется, бедная моя девочка…

Наблюдая за этой сценой, Джо криво улыбался. Он никогда не думал, что полюбит женщину, которая сюсюкает с собаками. Или, скажем, женщину, которая может с одинаковой непринужденностью болтать как с гангстерами, так и с высоколобыми ценителями искусства. Притяжение полюсов, решил Джо и с беспокойством задумался, что это сулит ему в будущем. Огненную страсть — возможно. Ну а как насчет взаимных обязательств? Боже, он слишком опережает события. Лучше пока вернуться к действительности.

— Вам не стоит забывать, что наши гангстеры не в игрушки играют, Лора. Они могут и рассвирепеть.

— Думаю, вы правы, И надо сказать, они действительно рассвирепели. Но вы вели себя геройски. — В ее широко открытых глазах читалось подчеркнутое восхищение. — Вы не только труженик лопаты, вы просто Геркулес.

И оба рассмеялись, но Джо быстро снова стал серьезным.

— Это не смешно. Правда, не смешно. Вы понимаете, что я испугался за вас? — Он коснулся рукой ее щеки. — Я думал только об одном — побыстрее вытащить вас из бара, и мне было уже не до любезностей.

— Ладно, — уступила Лора нехотя. Пусть даже Джо и объяснил мотивы своего поведения, но определенный стереотип, который укоренился в ее сознании за время совместной жизни с Кеном, очень нелегко преодолеть. Лора заставила себя расслабиться, молча повторяя, что Джо — совсем другой, чем Кен. Оценил вклад, который она внесла в исследование в «Кубке триумфатора», пусть в нем и не было особенного проку. Даже намекнул, что они действовали, как партнеры, может быть, даже равноправные партнеры… Кену такое и в голову бы не пришло.

Сдерживая внутреннюю дрожь, Лора посмотрела собеседнику в глаза.

— Я хочу, чтобы вы тоже поняли смысл моего поведения. Но для этого я должна рассказать о моем браке с Кеном Бойлом.

Неприятная тема для разговора, но вызванная необходимостью. Надо рассказать об этом Джо, если они и правда собирались стать партнерами. А он выглядит замечательно! Черные, коротко подстриженные волосы и лицо, покрытое медовым загаром, великолепно оттенены белым спортивным свитером. Темно-карие глаза смотрят внимательно, участливо и тревожно. Лора почувствовала, что ее сердце словно сжали в тисках, и оно, бедненькое, бьется из последних сил. Нечто подобное — хотя сейчас все было совсем иначе — происходило в присутствии Кена, когда ей казалось, что не хватает воздуха. Но разница, осторожно призналась себе Лора, громадная, чтобы можно было объяснить все происходящее с ней просто физическим влечением. Может быть, это выльется во что-то большее, чем ни к чему не обязывающий роман, и они станут не только партнерами…

Лора глубоко вздохнула.

— После свадьбы я долгое время считала чрезмерную заботливость Кена доказательством его любви. Так он сам часто говорил мне. И меня это даже радовало. Я не понимала, что его стремление опекать превратилось в навязчивую идею, пока не решила подсчитать, сколько раз после свадьбы оставалась наедине с собой. И сколько раз встречалась со своими друзьями. Он не отходил от меня ни на шаг, устраивал все мои дела, сначала незаметно, а потом и более открыто. Кен делал вид, что печется о моем благе, но в действительности мне постоянно приходилось подчиняться ему. Он хотел держать под контролем мельчайшие детали моей жизни. И даже мои мысли — как мне начинало казаться в некоторые особенно неприятные минуты.