Марианн Кейс - Ангелы

Это просто кошмар, подумала я. Чтобы развеселить нас обеих, воскликнула:

– Прекрасный день!

– Ну да, надо думать, – удивилась Эмили. – Но здесь все время так. Ты слышала вчера фейерверки?

– Фейерверки?

– Ну да, в Санта-Монике проходил фестиваль. Но ты, наверное, спала как убитая.

– Нет, я их слышала, – сказала я, а потом быстро добавила: – Только я думала, что это пулеметная очередь.

– Как тебе такое в голову пришло? Господь с тобой! – Она погрустнела, ее лицо выражало явное беспокойство. – Плохо дело!

Она встала из-за стола и обняла меня, прижавшись ко мне своим маленьким, тощим тельцем. Впервые кто-то обнимал меня с тех пор, как я ушла от Гарва. Я была так тронута, что чуть не разревелась. Во мне накопилось столько невыплаканных слез. Они застыли где-то далеко, вне пределов досягаемости. До этой самой минуты.

– Мне так грустно, – всхлипнула я. – Так грустно. Так гру-у-у-устно.

– Знаю. Знаю. Знаю. Как заведенная пластинка.

И вся печаль, которую до этого я видела лишь боковым зрением, внезапно открылась мне в полном масштабе. Я почувствовала всю тяжесть наших рухнувших надежд. Конец брака – самое грустное событие в мире. Разумеется, никто не шагает к алтарю, думая, что его семейная жизнь рухнет как карточный домик. У меня есть фотография с нашей свадьбы. Мне двадцать четыре, а Гарву – двадцать пять. И мы полны искренней веры в светлое будущее. Это меня просто убивает.

– У нас было столько надежд, и все так плохо кончилось. – Я промокнула влажное от слез лицо салфетками. – Мне нужно было уйти от него. Эмили, у меня нет выбора. Это так ужасно. Если бы я не ушла, то это сделал бы он. А теперь все ко-о-ончено-о-о.

– Знаю. Знаю. Знаю, – бормотала Эмили. – Знаю.

– Я думала, что мне уже не будет хуже, чем в прошлом феврале. – Я закашлялась от слез. – Но мне хуже. Мне сейчас грустнее, чем голодающим детям в «Прахе Анджелы».

– Грустнее, чем Мэри из «Маленького домика в прериях», когда она начала слепнуть?

– Да.

Но ей удалось испортить мой слезливый настрой. Я даже выдавила из себя улыбку. Затем Эмили вытерла мне слезы, заставила высморкаться и спросила:

– Выпьешь протеинового коктейля? Это местный деликатес!

– Давай.

Она приготовила и впрямь чрезвычайно вкусный напиток, и мы сели за домом, в крошечном, залитом солнцем садике. Я даже успокоилась чуток, пока она не решила снова разобраться в нашей с Гарвом ситуации.

– Честно сказать, мне кажется, вы поторопились. Все случилось так внезапно.

Я сидела молча. Моя рука зачесалась. Кожу начало жечь.

– Нельзя что-то закончить по команде «раз-два», – настаивала Эмили.

– Не было никаких «раз-два».

Она хитростью пыталась вывести меня на разговор.

– Вы пропустили жизненно важные стадии разрыва. Обычно события развиваются так. Сначала вы таскаетесь к психологу. А потом должны предпринять как минимум две попытки к воссоединению. Они заканчиваются полным провалом. Ты думаешь, у тебя сейчас все плохо? Это просто цветочки по сравнению с тем, что могло бы быть, если бы все шло своим чередом. И только тогда можно говорить «все кончено».

– Так дальше не могло продолжаться, ведь он с… – Я не могла заставить себя произнести «спит с…» —…другой. Я не смогу больше доверять ему. И простить его.

– Понимаю, – сказала она. – Но это же из-за…

– Прошу тебя, Эмили! – В моем голосе зазвучало раздражение, которое быстро сменилось отчаянием. – Все кончено. Просто поверь мне на слово. Я не хочу снова и снова трясти наше грязное белье.

– Ладно. Извини. – Казалось, она и сама рада закончить этот разговор. Она выглядела уставшей. – Чем бы ты хотела заняться сегодня?

– Без понятия.

– Мне надо с утра встретиться с бухгалтером и обсудить мою налоговую декларацию, – сообщила Эмили. – Если хочешь, поехали вместе. Но я могу закинуть тебя на пляж!

Мне не хотелось слоняться самой по себе. Но это же идиотизм – сидеть в пыльном офисе бухгалтера, пока Эмили разбирается со своими налогами. Солнце шпарит вовсю. Да и я уже взрослая девочка.

– Пойду на пляж, – решила я.

– Как у тебя с деньгами? – спросила Эмили и быстро добавила: – Не думай, я не собираюсь просить взаймы.

– Нормально. Гарв сказал, что сам выплатит взнос по кредиту в этом месяце. У меня есть моя кредитка. Конечно, пополнить счет я не смогу, пока не найду новую работу. – Почему-то это меня беспокоило меньше обычного. – Но кое-что у меня есть.

На самом деле на моем счете «милых дамских штучек» лежала довольно-таки большая сумма. Хотя я в последнее время и швырялась деньгами направо и налево, но это были деньги с нашего общего счета. И тут мне подумалось, что я копила деньги на своем счете, интуитивно предчувствуя разрыв с Гарвом. Мне понравилась эта мысль.

– А почему ты меня спросила про деньги?

– Я подумала, что ты сможешь взять напрокат машину, пока ты тут.

– А что, на автобусе нельзя?

Странный шум заставил меня поднять голову. Это давилась от смеха Эмили.

– Что я сказала смешного?

– «На автобусе нельзя?» – передразнила она меня. – Что еще? Предложишь прогуляться пешочком? Ну, насмешила!

– Так что, на автобусе нельзя?

– Вообще-то нет. Тут никто не ездит на автобусах. Общественный транспорт тут просто дерьмо. По крайней мере, мне так говорили. Я сама никогда не ездила на нем. В этом городе тебе нужна машинка. Можно взять в аренду отличный пикап, – мечтательно протянула Эмили.

– Пикап? Ты имеешь в виду джип?!

– Нет, пикап.

– Такой, на которых ездят в деревне?

– В принципе, такой, только новый. Сверкающий и без свиней, высовывающих свои пятаки из кузова.

Но мне не хотелось пикап. Я размечталась, как буду рассекать на прикольном серебристом автомобильчике с откидным верхом. Волосы будут развеваться на ветру. А я слегка опущу солнечные очки в виде сердечек, чтобы устанавливать зрительный контакт с другими водителями (разумеется, мужчинами!) на светофорах. Хотя, конечно, это мне не светит.

– Только туристы и жители отдаленных пригородов ездят на авто с откидным верхом, – презрительно фыркнула Эмили. – Коренные жители Лос-Анджелеса – никогда. Из-за смога.

Я вспомнила, что сама Эмили встречала меня в аэропорту на здоровенной полноприводной махине типа джипа. Выглядело так, словно она управляет многоэтажкой. Мне практически понадобились веревка и альпинистские кошки, чтобы вскарабкаться в кабину.

– Пикапы – самое то, – советовала Эмили. – Если не хочешь пикап, возьми джип, как у меня.

– Мне просто нужна машина, чтобы добраться из пункта А в пункт Б.

Ей-то хорошо. Жариться на солнышке круглый год. А у меня когда еще будет возможность прокатиться на авто без крыши и не промокнуть до ниточки?