Элизабет Огест - Свадьба ОМалли

Он понимающе хмыкнул.

— Если ты беспокоишься насчет цен, то забудь об этом. Я ведь угощаю.

Сарита, которая до этого момента смотрела в меню и не видела его, теперь обратила на него внимание, и брови у нее стали подниматься: цепы оказались вдвое, а то и втрое выше, чем те, которые она встречала в своей жизни.

— Ты уверен?

Довольный тем, что догадался о ее сомнениях, Грег улыбнулся.

— Ведь именно я, как ты помнишь, выбрал это место. Еда здесь очень изысканная.

Сарита неуверенно заглянула в меню.

— Ну, если ты так говоришь…

— Да, конечно. И очень рекомендую тебе попробовать перепела или спинку лобстера.

— Перепел, — сказала Сарита, стараясь, чтобы мысли об отсутствии Вольфа не испортили ей вечер.

Официант принес закуску и разлил вино. Когда он принял заказ на ужин, Сарита почувствовала, как ее будто что-то укололо и по телу прошла волна возбуждения.

— Нет, это невероятно. Наверняка он специально следовал за нами сюда, — проворчал Грег, посмотрев из-за ее плеча на дверь.

Она притворилась испуганной.

— Кто последовал за нами сюда? — Сарита недоверчиво подняла брови. — Не хочешь ли ты сказать, что это Вольф О'Малли?

— Он самый.

Сарита обернулась, и сердце забилось чаще. Он пришел, несмотря ни на что. Она поняла, как нетерпеливо ждала его приезда.

— Какие-нибудь проблемы? — заботливо поинтересовался официант. Он бросил настороженный взгляд на дверь.

Сарита повернулась и беззаботно ответила:

— Нет, никаких проблем.

— Только сделайте так, чтобы эти трое разместились в другой комнате подальше от нас. — Грег вытащил стодолларовую купюру и протянул ее официанту.

— Слишком поздно, сэр, — сказал тот, взглянув на банкноту с глубоким сожалением.

Сарита снова повернулась и увидела, что метрдотель направил Вольфа и его компанию к ближайшему от них столику. Не дойдя четырех метров до стола Сариты и Грега, он посадил их за столик у окна.

— Я думаю, этого расстояния вполне хватит, чтобы забыть об их присутствии. — Сарита равнодушно отвернулась от Вольфа.

— Надеюсь, — процедил Грег со злобой и спрятал деньги в кошелек.

— Думаю, пора заняться ужином, — добавила Сарита.

Грег кивнул и взялся за бокал.

Когда официант ушел, Грег недовольно вздохнул.

— Кто-нибудь из этой троицы наверняка побеспокоит нас сегодня.

Сарита снова взглянула назад. Вольф и Брэдфорд были поглощены изучением меню, а Клаудия уже шла к их столику.

— Такое приятное местечко. Я так рада, что убедила Вольфа привести меня сюда, — прощебетала она. Обратив на Грега невинные, широко раскрытые глаза, Клаудия, извинившись, добавила: — Брат сказал, что я не должна беспокоить вас этим вечером. Но я подумала, что было бы очень неприлично не поздороваться с вами. Здравствуйте!

— Здравствуй, — отрывисто бросил Грег.

Сарита снова стала бороться с волной нахлынувшего на нее разочарования. Ну, конечно, Вольф выбрал это место только из-за желания сестры. В глубине души Сарита еще надеялась, что он солгал и пришел сюда, чтобы увидеться с ней.

«Даже в этой ситуации Вольф всего лишь играет роль старшего брата», — кратко напомнила она себе. Показав взглядом Грегу, что нужно быть вежливым, Сарита повернулась к Клаудии.

— Да, здесь очень мило. И очень хорошо, что ты пришла поздороваться с нами.

Клаудия широко улыбнулась.

— Ну, теперь мне пора вернуться, — сказала она и, не дав Сарите и Грегу опомниться, направилась к своему столику.

Сарите показалось, что в глазах у Клаудии мелькнул заговорщический блеск, и она снова погрузилась в мечту, будто этот ресторан вовсе и не был выбором Клаудии, а ее подговорил Вольф.

Впрочем, даже если бы это было так, он ведь пришел только присматривать за Саритой, а не потому, что она интересовала его как женщина.

— За нас, чтобы мы получше узнали друг друга, — сказал Грег, поднимая бокал вина.

Подняв свой, она чокнулась и сделала глоток.

— Ну, теперь скажи, правятся ли тебе эти устрицы? — Он привлек ее внимание к закуске.

У нее на тарелке лежали рядами шесть устриц, и каждая была приготовлена особым способом. Сарита попробовала первую.

— Великолепно! — признала она.

Он понимающе улыбнулся.

В следующие шесть минут они ели, пили вино и обменивались краткими репликами, и все это время у Сариты было такое ощущение, будто Вольф смотрит на нее. Улучив момент, когда Грег отвлекся, она обернулась и взглянула на столик Вольфа. Вольф смотрел на своих спутников, а не на нее.

— Как насчет того, чтобы немного покружиться в танце? Пока не подали салат, — предложил Грег.

Это был отличный повод избежать разговора, и Сарита почти вскочила с места.

— С удовольствием!

Однако перед танцплощадкой она почувствовала некоторую неуверенность и замедлила шаг.

— Я не очень хороший танцор, — призналась Сарита.

— Я буду наслаждаться любым предлогом, который позволит мне заключить тебя в объятия. — Галантно взяв ее руку, Грег помог ей подняться на деревянную площадку и обнял ее за талию. — Расслабься и позволь своему телу порхать вместе с музыкой.

Сарита попыталась сделать так, как сказал Грег, и тут же наступила ему на ногу. Она резко остановилась.

— У меня совсем нет практики, — сказала она, пытаясь освободиться и вернуться за стол.

Грег слегка сжал объятия.

— Не стоит так легко сдаваться. Все это очень просто… два шага вперед, один назад, и никаких быстрых поворотов.

Ей очень хотелось сдаться, но перспектива беседы была еще менее привлекательной, чем топтание на танцплощадке.

— Хорошо, я согласна, — сказала Сарита. — Но учти, что твои ноги в опасности.

Он мягко засмеялся и снова повел ее в танце. Грег тихо считал шаги, его дыхание щекотало ей кожу, и она боролась с желанием почесать это место. Когда Сарита увидела за плечами Грега Вольфа, у нее снова возникло искушение прекратить танец. Вольф смотрел в их сторону, и даже через комнату она видела его тяжелый взгляд. Забыв о Греге, Сарита представила, что находится в объятиях Вольфа.

— У тебя получается лучше, — шепнул ей на ухо Грег.

— Ты хороший учитель, — солгала она, представляя, как танцует с Вольфом, растворяясь в его объятиях.

Ее внутренний голос смеялся от души.

Клаудия изучающе смотрела на брата.

— Почему ты не остановишь этот танец? — спросила она.

Упрекнув себя за то, что его интерес к паре на танцплощадке стал слишком явным, Вольф обернулся к своим спутникам.

— Я хочу только быть уверенным, что Пайк не воспользовался своим положением. Я не собираюсь вмешиваться в их дела.