Кэролин Зейн - Хитроумный план

Здесь были все Брубейкеры, почти все соседи и старые друзья, знавшие Ферпосонов еще до их переезда в Оклахому. Даже рабочие были приглашены и почтительно стояли отдельной группой возле столов.

Такого скопления народа Бак давно не видел. Внутренний дворик был забит до отказа.

— Да, здесь все, кроме жениха, — пробормотал Бак.

— Рассаживайтесь! Чувствуйте себя как дома, — обратился Большой Дедди к родителям Холли.

— Бак! Я не выдержу этого, — тихо взмолилась Холли, сжимая локоть Бака.

— Но ты же не можешь сейчас просто повернуться и убежать. Люди не правильно поймут тебя, — пробормотал Бак.

— Почему ты не предупредил меня об этом заранее? — спросила Холли.

— Да я и сам не знал, — прошептал Бак и, с усилием выдавив из себя улыбку, проследовал с Холли к праздничному столу.

— Ой, смотри, Ронда здесь. И хорек с ней, — проговорила Холли, увидев остроносую мордочку зверька, выглядывающую из сумки Ронды.

— Сомневаюсь, что хорек будет в восторге от праздника, — прокомментировал Бак, наблюдая, как Ронда пытается успокоить вертящегося в волнении зверька.

— Только избавь меня от ее болтовни, — попросила Холли, оборачиваясь к Баку и указывая взглядом на Ронду.

Но было поздно. Ронда уже махала им рукой.

— Садитесь сюда! — закричала она. — Здесь есть свободное место. Холли, дорогая, я наконец хочу показать тебе Дорогушу и Бугси!

Холли посмотрела на мордочку хорька, глазки которого в панике метались из стороны в сторону.

Интересно, а где второй хорек? — мелькнула в голове Холли глупая мысль.

— Ну же! Идите сюда! — замахала руками Ронда, и Холли ничего не оставалось, как принять ее приглашение.

— Итак, дорогие друзья, — раздался голос Большого Дедди, усиленный микрофоном. — Холли — моя невестка! Что за радостный день! Как я счастлив! Я открываю этот праздник, друзья мои! — воскликнул он и воздел руки к небу. Ему ответил одобрительный гул голосов. — Мы хотели, чтобы это все выглядело как сюрприз для Холли и ее жениха, — Большой Дедди обвел взглядом гостей, — где бы он ни был.

— Мы здесь! — воскликнул Джордж, подталкивая Бака к столу, где уже сидела Холли. — Давай иди к ней. Не будь таким стеснительным.

Джордж вытащил откуда-то несколько стульев и поставил их по другую сторону стола напротив Холли.

Когда все наконец расселись. Большой Дедди снова взял микрофон.

— Ита-а-ак, праздник начинается! — раздался его раскатистый голос. — Оркестр и шампанское — весь вечер! Холли, можешь начинать разворачивать подарки. Праздничный пирог подадут немного позже!

Гости ответили на это объявление радостными криками, официанты засуетились между столами, оркестр заиграл веселенькую мелодию, а Холли отчего-то захотелось плакать. Она с недоумением уставилась на гору подарков, возвышающуюся на стоящем чуть поодаль столе.

— Чур мой первый! — восторженно взвизгнула Ронда, выуживая что-то из горы коробочек и сверточков. — Каждая женщина должна иметь нечто подобное в свою первую брачную ночь, — проговорила она, бросив многозначительный взгляд на Бака.

— О, как красиво! — пробормотала Холли, развернув сверток и увидев изысканное кружевное белье.

— Это должно быть здесь, — Ронда взяла лифчик и приложила его к своей объемистой груди. — Ну как? — спросила она, посмотрев на Бака.

— Вот это да! — воскликнул Джордж. — Клянусь, парень, ты об этом давно мечтал! — И Джордж, хлопнув Бака по плечу, кивнул в сторону Ронды. Все кругом заулыбались, и только Труди пробормотала:

— Джордж, постарайся вести себя прилично.

— А что тут такого? Праздник и есть праздник! Должно быть весело! — воскликнул Джордж.

— А как смотрится это? — кокетливо спросила Ронда, приложив к талии кружевной пояс с резинками. Она снова посмотрела на Бака, томно опустив длинные ресницы. — Я думаю, Мак заведется от такого белья с пол-оборота, — проговорила она, обращаясь к Холли.

— Да уж… — смущенно пробормотала Холли, переведя свой взгляд на хорька, который продолжал проявлять явные признаки беспокойства.

— Ну, как тебе эти женские штучки? — снова воскликнул Джордж, хлопнув Бака по плечу. — Заиграло воображение?

— Джордж! Ты смущаешь его, — заступилась за Бака Труди.

— Ничего, пусть привыкает. Скоро ему все равно придется вступить в законные права мужа, — захохотал Джордж.

— Ты собираешься жениться? — удивленно произнесла Ронда.

— Еще не скоро, — увернулся Бак и бросил отчаянный взгляд на Холли.

— Не скоро, — протянула Ронда, тщетно пытаясь скрыть душившее ее любопытство. — Мы поговорим об этом позже, — произнесла она скорее утвердительно, чем вопросительно.

В то время как Холли доставала подарок за подарком, Джордж не переставал отпускать комментарии.

— Да к чему все эти тряпки! Что нужно мужу от жены? Чем меньше на ней, тем тверже у… — хотел было отпустить он очередную грубоватую шутку, но Труди дернула его за рукав:

— Джордж! Немедленно возьми себя в руки!

— А что я такого сказал? Уверен, эти голубки уже изучили друг друга вдоль и поперек! Верно я говорю? — прогремел Джордж, но ответом ему было гробовое молчание.

Он обвел присутствующих удивленным взглядом. Улыбки исчезли с лиц гостей. На него смотрели осуждающе.

— Не понимаю, что тут такого, — пожал плечами Джордж.

— Джордж, дружище, хочу напомнить тебе, что в нашей семье не принято до свадьбы заниматься тем, о чем ты подумал. А этот парень, — и Большой Дедди указал на Бака, — относится к Холли как к своей сестре.

— Как к сестре? — удивленно протянул Джордж. — Видел бы ты, как они целовались! На братский поцелуй совсем не похоже.

— Что? — воскликнула Ронда. — Ты целовался с Холли?

Ронда вскочила на ноги, совсем забыв о хорьке, который воспользовался ее замешательством и вырвался на свободу. Он выскочил из сумочки и стремительно пустился бежать по разбросанным на столе подаркам.

— Крыса! — завопила какая-то не в меру нервная дама.

— Крыса! Крыса! — раздались истошные вопли, и кто-то пронзительно завизжал.

Гости повскакивали со своих мест. Началась всеобщая суматоха.

— Это не крыса! Это летучая белка! — крикнула какая-то полная женщина. — Торт! Праздничный торт! — завопила она в ужасе. — Не дайте ей испортить праздничный торт!

— Сейчас я ее поймаю! — уверенно проговорил один из работников и влез на стол. Но хорек, казалось, был неуловим.

Единственный человек, который не замечал всей этой суеты, был Большой Дедди. Он приблизился к микрофону и произнес:

— Джордж Фергюсон, что ты имел в виду, когда сказал, что мой сын целовался с твоей дочерью?