Морин Мартелла - Девушка хочет повеселиться

Когда я вошла, Джейми стоял у окна и наблюдал за дождем с таким видом, словно был недоволен непогодой, хотя в момент прибытия не обращал на это никакого внимания. Но теперь казалось, что ненастье ложилось тяжким бременем на его широкие плечи.

Он поднял с пола книгу и шагнул ко мне. Я методично раскладывала их в алфавитном порядке и ставила на полку. По моим расчетам, это занятие могло дать мне дополнительные пять минут.

Джейми протянул мне книгу. Я проверила фамилию автора и стала искать для нее место.

Марсель Пруст. Ну конечно. Едва ли миссис Бичем станет тратить время на какого-нибудь Джона Гришема.

Джейми следил за тем, как я ставлю Пруста рядом с Оруэллом. Его глаза были грустными.

— Почему-то порядок вызывает у меня восхищение, — сказал он. — Может быть, мне следовало бы вас похитить, чтобы вы привели в порядок мою жизнь. Мама, как ты думаешь, Энни могла бы справиться с этим? Тогда ты была бы довольна?

— Джейми, нельзя быть таким легкомысленным, — холодно произнесла миссис Бичем.

— Это была всего лишь идея. — Он повернулся и подарил мне озорную улыбку.

Я покраснела.

Это что, налаживание родственных отношений? Или флирт? Я была настолько выбита из колеи, что не могла этого понять. Но когда при передаче очередной книги его пальцы коснулись моих, я ощутила покалывание, в котором не было ничего сестринского. Увы, пальцами дело не ограничилось. У меня напряглось все внутри.

Миссис Бичем смерила меня ледяным взглядом.

— Энни, пожалуйста, заберите поднос. Кажется, именно за этим вы и пришли.

Досталось и Джейми.

— Тебе что, делать нечего, кроме как околачиваться здесь и отвлекать прислугу?

Кажется, поведение Джейми только усиливало ее досаду. Миссис Бичем явно не одобряла его фамильярность с наемными работниками.

Я могла фантазировать сколько угодно. Думать все, что мне хочется. Но правда заключалась в том, что миссис Клара Бичем была настоящим замороженным снобом. Наверно, она даже Пруста считала недостаточно изысканным. Если бы она увидела мою комнату, заваленную любовными романами, ее хватил бы удар. А может быть, и нет. Удары бывают только у теплокровных созданий.

Я взяла поднос и бросилась в бегство, боясь, что она обидит меня еще сильнее. Унизит на глазах у Джейми.

Он подмигнул мне, как заговорщик, и закрыл дверь.

10. ОФИС ДЖЕРРИ

За прошедшее время беспорядок, царивший в тесной конторе Джерри, стал еще сильнее. В последний раз я была здесь накануне отъезда Сэма и Фионы на Кубу. В тот день Сэм был настроен сентиментально и во время прощания с Джерри и его сотрудниками все время откашливался.

— Черт бы побрал эту пыль, — пробурчал он, указывая на унылые канцелярские шкафы.

Теперь я таращилась на эти шкафы и одновременно бессовестно врала Джерри.

— В общем, дела на Хейни-роуд идут неплохо. — Я улыбалась, но старательно отводила глаза.

— Неплохо? Это как понимать? — Он отодвинул в сторону стопу бумаг и освободил место для двух пластмассовых чашек.

Я сделала глоток теплой сероватой жидкости. Это отвратительное пойло мне совсем не нравилось, но давало возможность собраться с мыслями. Джерри был чересчур проницателен. Запудрить ему мозги было трудно.

— Можно сказать, что я нахожусь на пороге открытия, — похвасталась я.

Сказать, конечно, можно. Что угодно. В том числе и любую ложь. Но другого выхода у меня не было. Если бы я сообщила Джерри правду, он тут же оседлал бы белого боевого коня и поскакал на Хейни-роуд.

— Еще несколько дней, и я все узнаю.

— Серьезно?

— Это может случиться в любой момент. — Я становилась законченной лгуньей.

Нам помешала секретарша.

— Джерри, мне нужно на часок смотаться домой. Да, сегодня моя очередь дежурить у телефона, но я включу автоответчик и проверю все звонки, когда вернусь. Счастливо, Энни. — Чтобы посмотреть мне в глаза, ей пришлось закинуть ярко-пурпурную голову. Впрочем, пурпурной была не ее голова, а волосы. В прошлый раз они были зелеными.

— Счастливо, Сандра. Как продвигаются дела со свадьбой? — До сих пор мы виделись лишь однажды, но вся Ирландия знала, что она собирается замуж. Возможно, благодаря Интернету.

— Прекрасно! Сейчас я…

— Сандра, мы еще увидимся, — прервал ее Джерри. Она тряхнула головой и ушла, громко стуча высокими каблуками по вытертому линолеуму.

Я посмотрела ей вслед. Белые босоножки без задника? Это в феврале-то?

— Так что тебе удалось узнать? — Джерри сел на письменный стол, смяв несколько документов.

— Если Сандра будет ходить в такую погоду без колготок, то простудится. Неужели она всерьез думает, что загар греет ноги?

— Мне наплевать на ее загар. Что происходит у Бичемов? — Отвлечь Джерри было невозможно.

Разве можно было сказать ему, что за десять дней, проведенных в компании миссис Бичем, я так и не сумела пробить брешь в стене, которой она себя окружила? Что у меня не было ни одной возможности поговорить с ней по душам? И не по душам тоже?

Объяснялось это чем угодно, но только не недостатком желания. Конечно, я была напугана, однако изо всех сил пыталась наладить с ней контакт. Однажды утром я опередила Рози и принесла миссис Бичем чашку чая с лимоном, взбила подушки и спросила, чего бы она хотела на завтрак. При этом моя улыбка сияла, как лампочка в шестьдесят ватт.

Она велела мне уйти и больше не приходить. Если понадоблюсь, меня вызовут.

— Она смягчится. Не волнуйтесь. — Рози утешила меня свежими круассанами и целой горой овсяного печенья.

— Рози, как вы можете входить к ней каждое утро?

— Ах, милочка, это моя работа.

А в чем тогда заключается моя работа? Что там говорила Пенелопа в первый день? «Присматривать за ней». Развлекать, что ли? Очень туманное определение.

Особенно для того, кто привык к напряженной деловой жизни офиса «Корма для киски». Места, где требовалась постоянная концентрация внимания. Где одно неправильно подшитое письмо могло вызвать катастрофу. Где одной-единственной неправильной цифры было достаточно, чтобы потерять сотни тысяч фунтов.

— Как она с тобой обращается? — подозрительно спросил Джерри.

— Нормально. — Я заерзала. А потом хихикнула: — Дети Пенелопы начали называть меня тетей Энни.

— Тетей Энни? Черт побери, это еще с какой стати?

— Малыши поступают так, когда ты им нравишься. Называют тебя тетей. Это комплимент.

— Серьезно? — Мои слова его не убедили. — И это доставляет тебе удовольствие?

— Конечно. Для детей я тетя. Разве тебе не кажется, что это большой шаг вперед?

— О, конечно. Это лучше, чем письменные показания под присягой. — Джерри покачал головой, заметил, что я обиделась, и добавил: — Неужели это все, чего ты добилась? Если не считать, что дети называют тебя тетей.