Симона Элькелес - Возвращаясь в рай

Никто, кажется, не заботится о прослушивании списка вещей, которые я лучше сделаю,

чем обниму Ленни. Они все просто ждут.

Ленни шагает вперед, его объятия все еще раскрыты.

Выхожу из круга явным аутсайдером. Снежный человек не выглядит довольным.

- Речь не об объятья… речь о твоем характере. Когда тебя просят сделать то, что не

хочешь, а ты делаешь, то это - добрый поступок.

Издаю короткий смешок.

- Послушай, Декс, я был добр, предупреждая Ленни, прежде чем надеру ему зад. Ты

должен отдать мне должное. Черт, чувак. Я общался с членами банды в Чикаго, которые

думали, что доброта - спрашивать, какую конечность отрезать первой, прежде чем

порежут тебя на куски и скормят собакам.

- Ты хочешь быть частью этой группы, или нет? - Спрашивает Снежный человек, игнорируя

мой бандитский сценарий.

- Нет.

- У него нет выбора, - рявкает Деймон громогласно. - Он - часть этой группы, нравится ему

это или нет. Правда, Калеб?

- Правда, - отвечаю я. Если пущу все под откос, то потеряю свой шанс. Но я не буду,

потому что меня тошнит от тюрьмы. Ощущение, что если я проведу еще больше времени

в тюрьме, то это подведет меня к краю. Я возвращаюсь в круг.

- Мы можем обняться позже, - говорит Ленни мне.

Я качаю головой:

- Не рассчитывай на это.

Я определенно нахожусь в списке дерьма Декса, однозначно. Он стреляет в меня этими

взглядами, которые, по идее, должны вызвать во мне неприятные чувства, но это не

работает. После того, что случилось с Мэгги - я чувствовал раскаяние.

Декс говорит, что нам предстоит проделать еще кучу разных заданий в Виктори Баунд, в

которых нам придется действовать как одной команде. Первое задание - мозаика, где

трое из нас будут с завязанными глазами, а остальные будут инструктировать их, как

собрать мозаику. Следующее задание - лабиринт, в котором мы должны вертеться,

привязанные друг к другу веревкой. Еще должны будем смастерить гоночный

автомобиль, использую вещи природного происхождения. Мэгги даже не взглянула в

мою сторону за все это время.

После обеда Декс ведет нашу группу в лес позади главного офиса. Он останавливается,

когда мы добираемся до большого дуба с небольшой платформой, прибитой к стволу,

высотой около фута.

– Это упражнение на доверие, – объясняет Декс. – Я разделю вас на пары. Каждый из вас

повернется спиной к партнеру, вставая на платформу, а затем будет падать ему прямо в

руки. А потом мы поменяем местами падающих и ловцов.

Он разделяет нас на пары: Ленни и Триш, Мэтт и Эрин, я и Мэгги. Я стою возле свей

партнерши нахмурившись.

– Не нужно выглядеть такой унылой, – говорю ей.

– Я не унылая. Разве ты не слышал, как он сказал об упражнении на доверие?

– Слышал, и что?

Она качает головой:

– Забудь об этом.

Прежде чем я успеваю ответить, Триш вскрикивает:

– Ленни раздавит меня! Надеюсь, что у тебя есть медицинская страховка, Декс.

Ленни смеется:

– Ты сама не легче, Триш. Если я уроню тебя, то твои сиськи взорвутся от удара о землю?

Декс поднимает руку, что означает сигнал «заткнись».

– Вы все сможете сделать это, уверяю вас. Вы будете прикреплены бандаж-шнуром,

который привязан к дереву и уменьшит весовую нагрузку. Ленни и Триш, вы двое идете

первыми.

– Нет, погоди, Декс, – говорит Триш. – Что если он меня не поймает?

– Он поймает.

– Как ты можешь быть так уверен?

– Потому что вся группа рассчитывает на него, и он не подведет. Правда, Ленни?

Ленни хмурит брови в замешательстве:

– Это ты на мне какую-то невнятную чепуху используешь?

– Да. Теперь вставай на платформу и закрепи шнур на своей талии. Покажи Триш как это

легко.

Ленни делает все, как говорит Декс. Бандаж принимает на себя всю основную тяжесть

веса, и у Триш не возникает проблем, чтобы поймать его.

Они меняются местами, и к нашему облегчению Ленни ловит Триш, не проверяя теорию о

ее сиськах.

– Хорошо, – произносит Декс, двигаясь дальше. – Калеб и Мэгги, вы следующие.

____________________________________________________

* - прим. лицо, принуждающие к выполнению его требований.

14 глава

Мэгги

Я делаю шаг к краю платформы, с бандаж-шнуром на своей талии, прикрепленным к

дереву, и смотрю вниз. Там стоит Калеб, готовый поймать меня. В какой-то миг это

упражнение выходит за рамки моей веры в то, поймает он меня или нет. Вот почему я

была зла на него с той самой ночи на прошлой неделе… эта мысль неожиданно

останавливает меня. Я не разозлилась на него из-за той ночи. А злилась в течение восьми

месяцев. С тех пор как узнала, что он лгал. И уехал, не сказав правды.

Я думаю обо всей этой недосказанности… о том, что должна была сказать. Между нами

столько лжи. Я пячусь обратно к дереву и оборачиваю руки вокруг себя.

– Я не могу.

– Почему нет? – спрашивает Калеб.

Все смотрят на меня в ожидании объяснений. Я пока не хочу говорить об этом перед всей

группой, но я так устала от тайн. Мне отчаянно хочется рассказать о своих чувствах прямо

здесь и сейчас, потому что я могу растерять все свое мужество, чтобы сказать это позже.

Я отцепляю шнур и отступаю:

– Я просто не хочу это делать.

– Я не позволю тебе упасть, – убеждает Калеб. – Обещаю.

Смотрю в его пронзительно голубые глаза, которые темнеют, когда он расстроен.

– Дело не в том, поймаешь ты меня или нет, – отвечаю ему. – Это из-за аварии.

Калеб смотрит настороженно и недоверчиво, и я уверена, что его настроение станет еще

хуже, когда говорю ему, – Все это упражнение завязано на доверии. Честно говоря, я тебе

не доверяю.

– Это становится интересным, – встревает Ленни, потирая ладони. – И все это время я

думал, что вы имеет друг друга, пока никто не видит.

Калеб бросает на него пронзающий взгляд:

– Закрой свой рот хотя бы однажды, Ленни, или это прийдется сделать мне. – Его руки

сжаты в кулаки, а мышцы на скулах подергиваются. Я думаю, он готов кинуться на Ленни,

но речь сейчас не о нем. А о нас.

Декс поднимает руку вверх, но не думаю, что Калеба это заботит.

– Думаю, после всего, что мы пережили, ты должна доверять мне, – говорит мне Калеб.

Он этого не дождется. Как же я хочу, чтобы он рассказал мне правду об аварии. Это

единственный способ, который поможет нам пройти все это. Мне нужно двигаться