Джанет Дейли - Наследство для двоих

– Мне нравится твой нос. Эдакая благородная линия.

Дин опустил глаза и увидел, что Кэролайн рассматривает его своим внимательным взглядом художника.

– Правда?

– Ага. – Она немного изменила положение, подвинувшись так, чтобы ей было удобнее разглядывать его. – Ты никогда не задумывался о том, на кого был бы похож твой ребенок?

– Нет, не приходилось. – Такие разговоры причиняли ему боль. Кэролайн хотелось говорить о будущем, а Дин не был уверен, что оно у них есть. Он приподнял ее за плечи и слегка подтолкнул, давая знак подняться. Женщина покорно скинула ноги с дивана и села.

– Хочешь чего-нибудь? – спросил Дин, направляясь к холодильнику.

– Нет.

Вынув из холодильника бутылку пива, он откупорил ее лежавшей тут же открывалкой. Сделал большой глоток холодной жидкости, повернулся и увидел Кэролайн. Она стояла возле стойки бара, засунув руки в карманы своих шортов.

– Дин, у меня будет ребенок.

– У тебя… У тебя что?..

Когда прошел первый шок, Дин принялся смеяться – громко и счастливо. Эта новость меняла все, и даже Р.-Д. будет вынужден с этим согласиться. Теперь для него не было иного выхода, кроме как развестись с Бэбс и жениться на Кэролайн. Он не может позволить, чтобы его ребенок был незаконнорожденным. Дин подскочил к Кэролайн, подхватил ее на руки и принялся кружить по комнате. Бутылка пива осталась сиротливо стоять на стойке бара.

– Прекрати, Дин, ты сошел с ума! – стала протестовать Кэролайн, но и ее лицо сияло улыбкой.

– Сошел с ума! И это – прекрасно! – Он поцеловал ее плечи, шею, губы и только потом вновь поставил на пол.

– Я так счастлива, что ты обрадовался.

– Обрадовался? Да я просто на седьмом небе! – Дин смотрел на любимую, и ему казалось, что от нее исходит какое-то новое сияние. – Давно ты об этом знаешь?

– Наверное, недели две.

– Две недели… И сказала мне только теперь?

– Я просто хотела в этом убедиться, вот и все. Я всегда любила детей, но еще ни разу не задумывалась о том, чтобы завести своего собственного. Моими детьми всегда были мои картины. Однако мне уже двадцать девять. Еще несколько лет – и я буду слишком старой. Так что: или – теперь, или – никогда. – Посмотрев на него, она утратила серьезность и улыбнулась. Дин выглядел немного оторопевшим. Ее рассуждения прозвучали так трезво и расчетливо, что напугали его. – Кроме того, я очень люблю отца этого ребенка.

– А я люблю тебя, Кэролайн. – Он обвил ее руками и, крепко прижав к груди, закрыл глаза и стал нежно тереться щекой о ее волосы. – Мы поженимся сразу же после того, как я разведусь. Но обещаю тебе, что это произойдет до того, как родится ребенок. Кэролайн оставалась в его объятиях совершенно неподвижной.

– А что потом, Дин?

– Что ты имеешь в виду? – спросил он, зарывшись носом в ее волосы и думая, кто у нее родится: мальчик или девочка. Ему до сих пор не верилось в то, что он станет отцом. Отцом!

– Вот что я имею в виду. – Она твердо отстранилась от Дина и посмотрела ему в глаза. – Что мы будем делать потом? Где, к примеру, мы будем жить?

– В Ривер-Бенде, где же еще! Я стану выращивать своих «арабов», а ты – растить нашего ребенка. А может, двух или трех. И – рисовать. Возможно, нам даже удастся уговорить Р.-Д., чтобы он пожертвовал своей бильярдной комнатой на третьем этаже, и тогда мы превратили бы ее в твою мастерскую.

– Вряд ли это получится. – Она освободилась от его рук и отошла на пару метров в сторону.

– Все равно попробовать стоит. В обмен на внука Р.-Д. будет готов подарить тебе хоть луну, – засмеялся Дин.

– Я имею в виду, что вряд ли получится все, о чем ты говоришь, – отрывисто проговорила Кэролайн, сцепив свои длинные пальцы. По всему было видно, что женщина охвачена несвойственным ей возбуждением. – Я люблю тебя, Дин, и всегда буду любить. Но я не смогу там жить.

– Не настраивай себя заранее, – возразил Дин, озадаченный ее резким тоном. – Сама увидишь. Это – чудесный старинный дом с башенками, цветными окнами… А паркет такой красивый, что ты просто в обморок упадешь! Резные полки…

– Прекрасная мебель, хрусталь, китайский фарфор, изысканные наряды, беспрестанные увеселения… Такая жизнь не по мне, Дин. Пожалуйста, постарайся понять: я не предназначена для такой жизни и не хочу ею жить, – твердо проговорила она.

– Ты просто волнуешься. Это все из-за ребенка. – Дин был готов ухватиться за любой предлог, только бы не верить в то, что любимая говорит всерьез.

Кэролайн глубоко вздохнула, и в этом вздохе прозвучала усталось, смешанная с отчаянием.

– Вот ты, к примеру, мог бы жить где-то еще, кроме Ривер-Бенда? Был бы ты счастлив, доведись тебе до конца твоих дней поселиться в домишке вроде этого, где отсутствуют все те прекрасные вещи, к которым ты привык с детства?

– Я… Я мог бы попробовать. – И все же Дин даже мысленно не мог себе такого представить.

– Но я не прошу тебя об этом. Я не хочу, чтобы ты отказался от своей жизни ради меня, но и сама не откажусь от своей. И все же я рада, что ты предложил жениться на мне.

– Что ты такое говоришь? – Дин уставился на нее, чувствуя, как страх ледяным холодом сковывает горло.

– Я люблю тебя, но никогда не выйду за тебя замуж. – Кэролайн повернулась к нему спиной и стала смотреть на стол, заваленный кистями, красками, баночками с растворителем и тряпочками. – Мне предложили должность учительницы в частной школе в Калифорнии. Я решила принять это предложение. – Кэролайн беспомощно пожала плечами. – В конце концов, я еще никогда не бывала на Тихоокеанском побережье. Я уезжаю через десять дней.

– Ты не можешь так поступить! Ведь у тебя будет мой ребенок!

– Я смогу родить его в Калифорнии так же просто, как и здесь. – Ее голос звучал ровно и бесцветно.

– Если ты и вправду любишь меня, то почему же бросаешь?! – Дин схватил ее за руку, развернул лицом к себе и увидел слезы в глазах Кэролайн. – Господи, Кэролайн, как же мне жить без тебя?

– Не надо… – Ее голос надломился. – Не делай мне еще больнее.

– Тогда останься.

– Не могу.

Никакие споры, доводы, уговоры и упрашивания не помогли Дину заставить ее отказаться от своих намерений. В течение следующих десяти дней он то и дело возвращался к этой теме и каждый раз – одинаково безрезультатно. Она твердо решила уехать в Калифорнию.

– Если тебе захочется меня увидеть, ты можешь приехать туда, – сказала Кэролайн, давая ему адрес и телефон школы в Лос-Анджелесе. Когда же Дин попытался дать ей хоть немного денег, она оттолкнула его руки с кредитками и заявила, что ни сейчас, ни в будущем не намерена принимать от него финансовую помощь. Если он хочет частично оплатить услуги докторов, она не против, но вырастить ребенка она в состоянии и сама.