Люси Гордон - Этот несносный Лука

Вдруг Лука увидел нечто, заставившее его замереть. Кое-где были выдернуты сорняки, и свежие следы показывали, что это было сделано недавно. Через мгновение он услышал за домом слабый шум.

Его охватил гнев — какой-то чужак посмел вторгнуться сюда. Лука медленно обошел вокруг дома и на заднем дворе увидел трехколесный велосипед с самодельной тележкой, приделанной сзади. Похоже, здесь действительно возобновилась жизнь.

Возвращаясь к дверям дома. Лука закричал:

— Выходи! Что ты там делаешь? Выходи немедленно, слышишь?

Шум прекратился, словно тот, кто был внутри, раздумывал, как лучше поступить.

— Выходи! — снова закричал Лука. — Или я войду и доберусь до тебя.

Он услышал шаги, затем в проеме появилась знакомая фигура.

Лука смотрел на нее, не веря своим глазам.

Ему казалось, что он столкнулся с призраком.

На Бекки были брюки и твидовый жакет с высоким воротником, защищающим от осеннего холода. На голове вместо роскошных длинных волос — короткая мальчишеская стрижка. Лицо бледное, похудевшее, под глазами залегли тени, но выглядела Бекки невозмутимой.

Она стояла на пороге, словно отказываясь выйти в мир, которому не доверяла. Лука медленно приблизился к ней. На этот раз он был не уверен в себе.

— Что ты делаешь здесь, в этом диком месте?

— Место вполне спокойное, — ответила она. — Никто не беспокоит, не звонит.

— Давно ты здесь?

— Гм.., я не знаю. Возможно, неделю или две.

— Но почему?

— Почему ты приехал? — вопросом на вопрос ответила Бекки.

— Потому что здесь спокойно, — эхом отозвался он. — По крайней мере, если тебе не мешают.

Бекки вновь кивнула.

— Да, — сказала она со слабой улыбкой. — Да.

— Как ты живешь здесь? Дом не пригоден для жилья.

— Здесь вполне можно жить. Печь все еще работает.

Лука пошел за ней внутрь и с удивлением обнаружил, что Бекки сделала кухню вполне обитаемой. Все было полностью очищено — нелегкая задача без электричества. Интересно, сколько времени ей потребовалось, чтобы вымести пыль, очистить этаж и стены, подумал Лука. Все выглядело так, словно недавно было черным от копоти.

Теперь от кухни веяло уютом. Чайник на печи только начинал закипать. Бекки предложила Луке сесть и заварила чай.

— Я знаю, ты любишь с сахаром, — вежливо сказала она. — Но, боюсь, у меня его нет. Я не ждала гостей.

— Ты ни с кем не общаешься?

— Никто не знает, что я здесь.., надеюсь. Я езжу в деревню на велосипеде, кладу продукты в корзину и быстро возвращаюсь. Никто не беспокоит меня.

— Ты решила скрыться. Почему? Чего ты боишься?

Вопрос, казалось удивил ее.

— Ничего, я просто не хочу, чтобы что-то волновало меня. Я люблю быть в одиночестве.

— Здесь?

Слабая улыбка коснулась ее лица.

— Нет места лучше, чтобы уединиться.

Задумавшись на секунду, он покачал головой.

Они пили чай в тишине. Эта женщина, ведущая уединенную жизнь в разрушенной лачуге, так или иначе заслуживала уважения. Похоже, Бекки обнаружила мир, который ускользал от него.

— Ты не возражаешь, если я похожу у тебя здесь? — спросил он.

— Конечно. Это твоя собственность.

— Я не хочу отбирать у тебя дом. Мне просто интересно, что ты сделала.

Она сделала немного. Кроме кухни, только спальня была пригодна для жилья, и то только когда погода была сухая. Бекки отодвинула кровать от зияющей дыры в крыше и повесила на веревку одеяло, чтобы сделать своего рода ширму между кроватью и остальной частью комнаты.

Саму кровать укрывало стеганое лоскутное одеяло, которое Лука помнил с детства, правда оно все выцвело.

— У меня есть и диванная подушка, я ложусь и свертываюсь калачиком. Удобно и достаточно тепло, — Сейчас да, но может похолодать.

— Мне все равно, — сказала она упрямо.

Лука хотел было возразить, но осекся. Бекки права. Комната прохладна, но в ней хорошо успокаивать нервы. Лука подумал об «Аллингеме» с его совершенным температурным режимом, но мог вспомнить только внутреннюю опустошенность.

— Хорошо, если тебе нравится здесь, — сказал Лука и вернулся в кухню. — Растворимый кофе? спросил он, открывая буфет.

Она виновато улыбнулась.

— Да, хотя для итальянца это своего рода богохульство.

— Ты на четверть итальянка, — сказал он строго. — Дух твоей бабушки должен восстать и упрекнуть тебя.

— Он так и делает, но я заглушаю его. Я не храню все продукты в буфете. Свежие овощи убираю на улицу, там более прохладно.

Лука вспомнил о небольшом шкафе, приделанном к стене снаружи. Кирпичном, с деревянной дверцей. Ребекка вычистила и его и положила чистую газету на полки, где сейчас лежал приличный запас овощей.

— А мясо? — спросил он.

— Мне пришлось бы ходить в деревню, чтобы покупать свежее.

Лука пробормотал что-то и зашел внутрь.

Она налила ему еще чашку чаю, который он с удовольствием отпил.

— Как вкусно. Совсем нет привкуса сажи. Всякий раз, когда я пытался сварить кофе, начинал сожалеть об этом.

— Ты бывал здесь часто? — спросила она.

— Время от времени я возвращаюсь и вырываю сорняки, но они всегда вырастают снова к следующему разу.

— Интересно, почему ты не отремонтировал дом?

Он сделал неопределенный жест.

— Я подумывал об этом.

— Почему ты приехал сюда сегодня?

Он пожал плечами.

— Я был поблизости и, к твоему сведению, не знал, что ты здесь.

Проще всего было спросить Ребекку, почему она нашла убежище здесь, когда существует множество более комфортных мест, но Лука почему-то чувствовал себя неловко и сконцентрировался на своем чае.

— Ты сотворила чудо, — сказал он наконец. — Но здесь все по-прежнему заброшено. Если что-нибудь случится, кто поможет тебе?

Она пожала плечами.

— Я всем довольна.

— Мне не нравится, что ты здесь одна. Лучше, если бы…

Он остановился. Бекки смотрела на него, и он почувствовал, как она вдруг замкнулась в себе.

— Я только беспокоюсь за тебя, — сказал он резко.

— Спасибо, но в этом нет необходимости, вежливо сказала она. — Лука, ты хочешь, чтобы я уехала? Я понимаю, это твой дом.

Он посмотрел на нее с упреком.

— Ты знаешь, что можешь не спрашивать меня об этом. Живи здесь сколько захочешь.

— Спасибо.

Лука вышел наружу и пошел на задний двор, где стоял ее велосипед с тележкой.

— И это можно реально использовать? — спросил он.

— О да, если мне хватит упорства. — Она улыбнулась. — Я не смогла бы в машине привезти древесину для забора.

— Тебе этого не хватит, — сказал он, разглядывая маленькую кучу у стены. Затем торопливо добавил:

— Я поеду. До свидания.

Лука сел в машину, не сказав больше ни слова.