Норма Бейшир - Ангелы полуночи

– Нет, Скотт. Это ты не понимаешь… И не думаю, что когда-нибудь поймешь. – Не сказав больше ни слова, Эшли встала и вышла, словно не замечая его растерянности.

И вот теперь, стоя у окна, глядя в ночь и тщетно пытаясь совладать с раздражением, она внезапно осознала, что находится тут не одна. Медленно повернулась вправо и увидела мужчину – высокого, стройного, с густыми, волнистыми светлыми волосами, яркими голубыми глазами и умным лицом. Он улыбнулся ей.

– Тревоги одолевают вас даже в раю? – легкомысленным тоном спросил незнакомец.

– А вам какое дело? – огрызнулась Эшли.

– Действительно, никакого. Но всего несколько минут назад вы не делали секрета из того, какие чувства испытываете. Вот почему я счел возможным задать этот вопрос.

– Вы, случайно, не репортер? – подозрительно спросила девушка.

Ее вопрос явно позабавил мужчину.

– Вряд ли. Поскольку мы не знакомы, разрешите представиться, мисс Гордон. Я – Брендон Холлистер. Мы со Скоттом работаем в одной и той же юридической фирме.

– Не слишком умно с его стороны посылать своих друзей ходатайствовать за себя, – отрезала Эшли.

Брендон Холлистер засмеялся:

– Не передергивайте! Я сказал, что мы работаем в одной фирме, но ни о какой дружбе речи не идет. По правде говоря, я его терпеть не могу.

– По правде говоря, теперь я тоже от него не в восторге, – вырвалось у Эшли.

– А я слышал другое.

– Да? Что же именно?

– Что вы с ним собираетесь к алтарю.

– По-видимому, я узнала эту новость последней. – Эшли снова отвернулась к окну.

– И все же, учитывая обстоятельства, эти слухи не должны удивлять вас, – сказал Брендон.

– Какие обстоятельства? – На самом деле это ее не слишком интересовало, но мужчина не уходил, и Эшли задала этот вопрос. В конце концов, он-то чем виноват, что так все сложилось?

– Как вы познакомились со Скоттом?

Эшли на мгновение задумалась.

– Через его отца. После одной из моих выставок…

– Вот именно. – Брендон сделал глоток из бокала, который держал в руке. – Видите ли, Эшли… Могу я вас так называть? Стенфорд Нельсон устраивает для своего сына все. Ходят слухи, что, с тех пор как на свет появился его первенец, старший Нельсон глаз не спускает с Белого дома. Все его действия имеют одну цель – рано или поздно протолкнуть туда своего мальчика и увидеть, как он станет президентом. Элементарно. Скотт Нельсон всегда получал только самое лучшее – лучшую одежду и автомобили, учился в лучших учебных заведениях. Ему проторили путь и в лучшую адвокатскую фирму города… несмотря на то что адвокат он весьма посредственный.

– А я тут при чем? – спросила Эшли.

– Ну, это понятно. Старший Нельсон хочет, чтобы вы стали женой его сына, – ответил Брендон.

– Что?! – Она подумала, что ослышалась.

– Не сомневайтесь, так и есть, – настаивал он. – По мнению Стенфорда Нельсона, вы – великолепная глазурь на подарочном торте, как говорится. В своем роде знаменитость, яркая индивидуальность и к тому же бог знает как хороши. Ваше имя и лицо тут давно примелькались.

– А Скотт? Как он относится ко всему этому? – спросила Эшли, закипая от гнева.

Брендон пожал плечами.

– Кто знает? Его чувства не имеют никакого значения. Скотт всегда делает то, что велит отец. Именно отец дергает за ниточки. Причем это относится не только к драгоценному отпрыску, но и ко всем, способным так или иначе повлиять на его будущее. Я сильно подозреваю, что если Скотт когда-нибудь действительно окажется на Пенсильвания-авеню, на самом деле страной будет управлять его отец.

– Значит, это отец решил, что ему следует жениться?

– Отец приказывает – Скотт повинуется, такова схема, – продолжал объяснять Брендон. – Иногда я начинаю сомневаться, способен ли вообще Скотт думать самостоятельно.

– Что за наглость!

Эшли резко повернулась и целеустремленно зашагала сквозь толпу к столику, за которым Скотт и его отец разговаривали с двумя репортерами. Брендон двинулся по пятам, понимая, что не в силах остановить ее, и даже не испытывая особой уверенности, что на самом деле желает этого.

– Скотт, я хочу домой, – с места в карьер объявила Эшли.

– Конечно, дорогая. – Ответ Скотта прозвучал почти добродушно. – Еще немного…

– Я хочу уйти сейчас, – необычно резким тоном сказала она.

– Но нельзя же так просто бросить все и уйти, любимая…

– Тогда я возьму такси.

Скотт встал.

– У Эшли был трудный день… Ей нужно отдохнуть, – объяснил он остальным. – Я позвоню тебе утром.

Их взгляды встретились.

– Можешь не трудиться, – бросила она.

Журналисты были явно шокированы. Лицо Стенфорда Нельсона потемнело от гнева, но он не проронил ни слова.

– Эшли… – начал было Скотт.

– Приятного вечера, Скотт… Или, скорее, прощай. – Эшли резко повернулась и зашагала прочь.

Брендон Холлистер догнал девушку у лифтов.

– Подождите минутку! – окликнул он ее. – Куда вы собрались?

– Домой.

– Но вечер только начинается!

– Для меня он уже закончился. – Эшли нетерпеливо жала на кнопку вызова.

Он положил ладонь между ее рукой и панелью.

– Если лифт занят, быстрее не получится, сколько ни дави. – Похоже, ярость девушки лишь забавляла его. – Послушайте, я могу отвезти вас домой, если пожелаете…

– Не пожелаю, – отрезала Эшли. – Я поеду на такси.

Двери наконец открылись, и она шагнула в пустую кабину. Брендон вошел следом.

– То, что произошло между вами и Скоттом, еще не повод, чтобы вымещать зло на мне, – сказал он, когда двери закрылись и кабина начала опускаться.

– Ничего я на вас не вымещаю. Просто хочу побыть одна, вот и все.

– Тогда позвольте мне отвезти вас домой. Обещаю, что всю дорогу буду нем как рыба, – настаивал Брендон.

Эшли подняла на него взгляд сверкающих от негодования, прекрасных темных глаз и сердито спросила:

– С какой стати? Сначала вы рассказали мне обо всем этом, а теперь хотите отвезти домой. Почему?

– А что, непременно должны быть скрытые мотивы?

– Нет, но люди обычно… Вам-то что до всего этого?

– Мне? – переспросил Брендон. – Мне пришлось не по душе то, чему я стал невольным свидетелем. Скотт со своим отцом хотели использовать вас. Вот мне и показалось, что следует объяснить ситуацию вам. Знай я, какой у вас мерзкий характер, может быть, еще сто раз подумал бы, прежде чем заговорить с вами. И вот теперь я из кожи вон лезу, пытаясь утешить девицу в ее горестях, а она ведет себя, точно огнедышащий дракон!

– Очень мило.

Двери лифта открылись, Эшли прошла мимо Брендона и быстро, все с тем же сердитым выражением лица, зашагала через вестибюль. Брендон не отставал.