Фиктивная жена для старшего сына олигарха - Елена Рай

поцелуй был острым и сладким, словно первый глоток вина, оставляющий после себя легкое головокружение.

Она ответила.

Это магия их мгновения. Искры, вспыхивающие в воздухе.

Они еще не были единым целым, но это пока.

— Ты моя? — Роберт задал вопрос перед неизбежным. Он ее хотел так, что говорил так, будто пьяный. Еще ни разу он не хотел так женщину. К этому подталкивало-то, что она его жена. Не фиктивная. Самая настоящая. — Ты моя, Агриппина?

— Да.

С ее губ сорвалось согласие, и в воздухе повисла тишина, тяжелая и напряженная.

Агриппина отвела взгляд, чтобы не думать о возможной боли.

Каждая секунда ожидания для нее была вечностью.

Роберт ласково и очень аккуратно развел ее бедра.

Тяжелый мужской вздох, от которого невинное девичье тело обсыпало крупными обжигающими мурашками. Агриппина ощутила, как низ живота, словно язычки пламени лижут.

В воздухе витал запах возбуждения, от которого Звонарёва буквально разрывало пополам. Нутро скручивало от того, как грубо он хочет взять ее в первый раз.

Хорошо, что знает – это только его и останавливает от более активных действий, кроме поглаживаний, пощипываний и поцелуев на грани помешательства рассудка.

Девушка тоже вздохнула, отчего ее грудь ощутимо приподнялась. Это был условный знак для скорых действий от Роберта. В этом он распознал: доверие, страсть, ожидание.

— А-а-ах, — Агриппина запрокинула голову, принимая в себе мужскую плоть (в «16+» только лайт).

***

— Как я буду жить одна? — Валентина наблюдала за тем, как дочь собирала дорожную сумку.

— Мамуль, я могу поговорить с Робертом, чтобы ты жила с нами. Хочешь?

— Что за глупости? — женщина отмахнулась, однако очень по ней скучала. Неделя прошла очень тревожно за нее. Она не знала, что происходит между нею и самим Звонарёвым. У нее сложилось впечатление того, что они только-только «знакомятся».

— Я переживаю за тебя, мамочка, — Агриппина посмотрела на нее с тоской.

— Он тебя не обижает?

Девушка отвела смущенный взгляд, будто ее застали за чем-то неприличным. На самом деле, у нее с Робертом все так прекрасно, что она боится сглазить. Он действительно уделяет ей достаточно времени, чтобы она чувствовала свою значимость для него, доказывая это ежедневно. На сколько его хватит – она не знает, поэтому старается лишний раз не мечтать о большем. Хотя…

— Вижу, что ты его любишь.

— Мне повезло, — она говорила правду, потому что никогда бы не поверила в любовь между богатым человеком и простой медсестрой из районной больницы.

На днях к ней приезжал Марк Романович. Она не знала о чем с ним разговаривать, потому что в ее памяти все еще свежи воспоминания того, как он с ней разговаривал. Для нее этот человек навсегда остался не до конца раскрытым, а точнее его мотивы.

Коллеги Агриппины стали свидетелями данной встречи, а после этого смаковали все случайные эпизоды. Никто не верил в истинную любовь «такого человека» и «обычной и невзрачной».

На то языки, конечно, даны, чтобы им двигать в ротовой полости. Жаль, что не всегда по делу.

— Царица наша, пожаловала, — шепотки коллег сменились на явное переигрывание. У них была убийственная новость для Агриппины. Одна из женщин случайно наткнулась на хэштег, где отдыхали молодые люди. И на том снимке был муж их непосредственной начальницы. Мокнуть лицом в лужу, чтобы встала в стойло к другим – дело отважное и такое «полезное» для обычного люда, по их убеждению.

Нехорошие люди, и мысли у них злые.

— Здравствуйте, — Агриппина выглядела счастливой после телефонного разговора с Робертом, поэтому на вальяжный тон женщины никак не отреагировала.

— Листаю я новостную ленту, — включает телефон та, что весьма пренебрежительно к ней относится. — А тут... И дата. Конечно, я ничего не имею в виду, а показать – как бы нужно, чтобы другие не шептались за спиной нашей милейшей.

По спине Агриппины побежали колкие мурашки, а сама она показала эмоции, которые от нее ожидали.

— Там дата стоит в правом уголке, — она уже не различала голосов, но подсказывали уж точно ей. — Получается, что накануне свадьбы… Молодежь она в любом возрасте… Ты, Агриппина, не расстраивайся. Мужики они по природе полигамные животные. Я вот уже со вторым развелась.

Эпилог

Эпилог

— Роберт, я тут кое-что нашёл, когда пересматривал видеозаписи у загса. Не узнаёшь? — Саульский развернул ко мне экран мобильного телефона.

— Полина? Что она там делала?

— Друг, как долго она на тебя работает?

— Точно не подскажу, но она справляется хорошо со своими обязанностями, — Звонарёв ответил немного отстранённо, воскрешая события недельной давности.

Если бы было что-то срочное, то девушка… Нет, не могла она позвонить, потому что он запретил его тревожить.

— Настолько хорошо, что ты не замечаешь, как она на тебя смотрит? — Роман спросил так, чтобы его подцепить и увидеть живую реакцию.

Саульский, конечно, рад за сытую семейную жизнь своего друга. Но видеть эту улыбающуюся отстранённую рожу перед собой – трата времени. Звонарёв мыслями уж точно со своей молодой супругой. От телефона взгляд не отрывает. Получает ответное сообщение – только тогда с ним можно разговаривать.

— У нас ничего никогда не было, — отчеканил Роберт предельно жёстко, чтобы у Романа не было ни малейшего подозрения в его интрижках на работе. — Ясно?..

— Друг, если ты не испытывал к девушке мужского интереса, то она вполне могла. Хочешь я её почту взломаю или?..

— Ром, зная тебя, ты уже всё сделал. Так что выкладывай, — Роберт откинулся на спинку кресла, скрестив руки на груди.

— То письмо, что ты получил было распечатано на принтере в приёмной. Посмотри, — он показал ему след на двух листах, что был идентичен. — Так, сколько ты говоришь она работает на тебя? Ммм?..

Полина знала, чем закончится визит Саульского к Роберту. Понимала, чем чреваты последствия. Ей было страшно, а ещё она ненавидела Агриппину всей душой, желая ей причинить физическую боль.

Девушка не понимала, почему Роберт выбрал её. Если ему нужна была жена, то она бы прекрасно справилась с этой должностью. На работе и дома.

По её убеждению, именно она подходила ему, как никто. Она не хотела,