Вернуть семью. Шанс на любовь - Кэти Свит

ее. Я должен предупредить, что ухожу.

Уверен, если уйду без предупреждения, то она напридумывает кучу всего. Накрутит себя, расстроится. Знаю ее прекрасно.

Маша только-только снова начинает мне доверять, не могу допустить, чтобы она снова от меня закрылась.

Если молча уйду, то так и произойдет. Я просто уверен.

Левушка начинает возиться, я не хочу его разбудить. Пусть еще поспит. Ему нужно.

Блин. Но предупредить нужно.

— Машенька, — зову тихонько.

Она поворачивает голову на звук моего голоса, открывает глаза. Несколько раз моргает.

— Привет. — От ее расслабленного внешнего вида и хрипловатого спросонья голоса у меня рвет крышу. Едва успеваю себя остановить.

Так хочется прикоснуться к сладким, мягким губам… Поцеловать ее, подмять под себя, заставить забыть о всех проблемах, которые на нас навалились.

Зацеловать до полуобморочного состояния. Выпустить чувства на волю и позволить себе просто любить.

Без условий. Без страха потери. Любить без оглядки.

Но это все будет после. Потом.

Сейчас нам обоим есть с чем разбираться.

— Доброе утро, — смотрю на нее. Маша считывает эмоции в моем взгляде и смущается.

В груди все переворачивается в этот момент.

Моя! Никому никогда тебя не отдам!

Мы будем вместе. Снова!

— Значит, мне не приснилось и ты действительно спал со мной, — улыбается нежно.

— Не приснилось, — отвечаю и внимательно изучаю лежащую перед собой девушку. Пытаюсь считать ее мысли. — Тебе не понравилось? — щурюсь.

Я уверен в обратном, но не спросить не могу. Мне нужно понять, что за думы в голове у моей прекрасной женщины.

— Леша, — вздыхает. — Не нужно со мной играть, — совершенно серьезно смотрит на меня.

От ее слов становится неприятно, но ничего страшного. Терпимо. Сам полез.

— Я не хочу быть виноватой в вашем расставании с Лизой.

Мгновенно завожусь от ее слов. Так и хочется опровергнуть их, но я продолжаю держать себя в руках. Собирался же выслушать мнение и сделать правильные выводы.

— Мы разводимся не из-за тебя, — признаюсь. Скрывать правду и позволять Маше еще сильнее себя накручивать нет никакого смысла.

— Правда? — спрашивает с надеждой.

Приподнимается с подушки, садится прямо напротив, смотрит в глаза. А у меня от бушующих в ее взгляде эмоций снова сносит крышу.

— Правда, — безотрывно слежу за девушкой.

Блин… Не могу.

Меня разрывает на части от острого желания вновь сделать Машу своей. Чтобы доверилась. Чтобы открылась.

Но для этого и я сам должен быть для нее открыт. Не так ли?

— Наш брак с Лизой изначально был ошибкой, — признаюсь.

И как только начинаю говорить, то понимаю, что все делаю правильно. Маше лучше узнать правду от меня, увидеть ситуацию моими глазами, а не чьими-то еще. Только в этом случае у нас с Машей появится шанс создать крепкую семью. Будет шанс на счастье.

Уверен, как только Лизе станет известно про Машу, она вмешается в наши отношения и попытается их разрушить. Я просто обязан этого не допустить!

— Мы оба сбегали от одиночества, вот и решили создать семью, — начинаю открываться перед любимой. — Только наш брак счастья не принес ни мне, ни ей. Мы стали друг для друга чужими, хоть и спали в одной постели.

Делаю паузу, смотрю на Машу. Она внимательно слушает меня.

— А на днях я вернулся домой и застал Лизу в постели с моим братом. — Тут же перед глазами всплывает красочная картинка. Ухмыляюсь.

— С Андреем? — удивлению Маши нет конца. — Он ведь ушел на войну!

— Как видишь, вернулся, — равнодушно пожимаю плечами.

— Так, выходит, она тебе изменила? — спрашивает тихо.

На ее лице написано столько эмоций, что я не могу себя сдержать. Протягиваю руку вперед, кладу раскрытую ладонь на щеку, большим пальцем провожу по скуле.

Залипаю.

— Выходит, что так, — не в силах сдержаться, подаюсь вперед. Застываю в миллиметре от сладких, манящих губ.

Маша не двигается. Замерла. Я весь в предвкушении нашего поцелуя.

— Но я рад, что так получилось, — шепчу и, не дав сказать ни слова, накрываю ее губы своими.

Глава 24. Маша

Леша уходит, а я сижу и пытаюсь хоть немного прийти в себя. В голове нет ни одной здравой мысли.

Касаюсь кончиками пальцев губ, улыбаюсь приятным воспоминаниям. На сердце светло, словно самым ясным летним днем. И тепло от прикосновений.

Они с Лизой разводятся. У него нет семьи!

Никогда бы не подумала, что смогу так радоваться чужому расставанию.

Вдруг слышу возню. Смотрю на детскую кроватку, и меня захлестывает новой порцией нежности.

— Кто тут у нас проснулся? — наклоняюсь над сынишкой. — Доброе утро, малыш, — ласково говорю Левушке.

Он улыбается.

— Давай посмотрим, что тут у нас, — отгибаю одеяло и смотрю на состояние кожи. Печально вздыхаю.

Кожа покраснела, началась мацерация. Если немедленно не начать принимать меры, то появятся язвочки, и дальше все так и будет разъедать.

Нужно срочно браться за дело!

— Сейчас мамочка тебя помоет, и мы будем завтракать, — обещаю малышу.

Он начинает активно кивать, а я достаю телефон и включаю мультики. Без них будет слишком много крика и слез.

Начинаю делать то, что сказали врачи, Левушке процедуры не нравятся.

Не успеваю доделать одно, как приносят завтрак и просят не затягивать с возвратом тарелок. Затем обход, снова назначения, процедуры, лекарства… Кошмар! Пытаясь успеть то, что нужно, забываю о себе и всецело погружаюсь в ребенка.

Лева привязан. Ему самому себя не развлечь. И поэтому мне приходится быть и мамой, и медсестрой, и аниматором.

Не замечаю, как наступает обед. За ним уже полдник, а там и ужин. День пролетает за днем, словно их поставили на перемотку.

С Лешей мы толком не видимся. Он заходит с Майоровым на обходе, а потом лишь забегает вечером и уточняет, все ли в порядке.

Не знаю, что у него случилось, но после той ночи между нами снова разрастается пропасть. Понимаю, что скучаю по Высоцкому, но как об этом ему сказать, не знаю. Да и стоит ли говорить?

Вдруг они с Лизой помирились? Не исключаю, что она нашла подход к мужу и уговорила попробовать сохранить семью.

— Бабуль, привет, — не выдержав гула мыслей в голове, набираю единственного человека, который никогда от меня не отворачивался и всегда поддерживал.

— Привет, милая. — В динамике раздается старушечий голос. — Ты почему до сих пор не спишь? Поздно уже.

Слушаю бабушку и улыбаюсь. Она вечно заботится обо мне.

— А ты чего не спишь? — отвечаю вопросом на вопрос.

— Доживешь до моих лет, узнаешь, — ласково отвечает. — Как ты? Как мой правнучек?

— Все нормально, — немного приукрашаю действительность. — Лучше расскажи, как у