Связанные ненавистью - Кора Рейли

Я поймала такси, которое отвезло меня в город, в невзрачный отель среднего класса, где я забронировала самый дешевый номер. Несмотря на усталость из-за разницы во времени и долгого перелета, в номер я зашла лишь для того, чтобы оставить свой чемодан, перед тем как вновь отважилась выйти наружу и купить несколько необходимых мне вещей.

Через два часа я вернулась в свой маленький гостиничный номер со светло-каштановой краской для волос, ножницами и новой одеждой, благодаря которой я сольюсь с толпой лучше, чем в моей сверхдорогой дизайнерской. Ещё я купила одноразовый мобильник и небольшой ноутбук. Подключив ноутбук к беспроводному интернету отеля, создала блог, о котором договорились мы с Арией, и написала короткий пост, в котором сообщала о начале нового путешествия и о своем благополучном прибытии на место. Со стороны это смотрелось немного непонятно, и, вероятнее всего, кроме Арии, мой блог никто не будет читать. Я поборола стремление написать что-то более личное или того хуже – воспользоваться своим новым мобильником, чтобы позвонить сестре. Я хотела услышать ее голос, узнать, всё ли с ней в порядке, но рисковать не могла. Даже этот блог был большим риском. Вместо этого я скрылась в ванной комнате и занялась сменой имиджа.

Пару часов спустя я разглядывала в зеркале новую себя. Мои волосы стали светло-каштановыми с оттенком карамели, и я отрезала их, сделав каре длиной до подбородка. Конечно, это не помешает людям отца узнать меня, если они окажутся рядом, но если уж я не могла и не собиралась платить пластическому хирургу, чтобы он перекроил мое лицо, новой стрижки пока было достаточно. Я просто буду переезжать из города в город, пока не пойму, что Маттео нашел себе другую мишень, и пока не буду уверена в своей безопасности. На это, конечно, потребуется время. Маттео неоднократно твердил, что ни за что не откажется от меня, и у меня было предчувствие, что он говорил это серьезно.

Я не дам ему возможности себя поймать. Завтра я покидаю Амстердам и отправляюсь в Париж. Кто знает, где я окажусь на следующий день? Ведь это начало нового пути с бесчисленным выбором дорог.

* * *

Я лежала, уставившись на белый потолок своей комнаты в хостеле. За последние три месяца я сменила больше двадцати различных мест проживания, стараясь нигде не останавливаться больше, чем на неделю. Иногда, просыпаясь по утрам, я не могла понять, где нахожусь, и даже казалось, что я вернулась в Чикаго. Все чаще я ловила себя на мысли, что очень тоскую по семье. Не по своему отцу и правилам нашего мира, а по Фаби, Лили и Арии, иногда даже по матери.

Застонав, я села в кровати и, перед тем как встать, по укоренившейся в последнее время привычке, напомнила себе свой нынешний псевдоним и всё, связанное с ним. На часах было около полудня. У меня всё ещё не было никакого режима. Большую часть времени в очередном городе я постоянно оглядывалась и сканировала окрестности. Смогу ли я когда-нибудь избавиться от страха преследования? Я очень сомневалась. Едва завидев мужчин в темных костюмах, я начинала паниковать. Я уже сбилась со счета, сколько раз мне казалось, что краем глаза вижу Маттео.

Я еще не завела настоящих друзей, что и неудивительно: никогда и нигде мне не приходилось задерживаться достаточно долго, чтобы успеть наладить отношения. И это к лучшему. Пока я не могла рискнуть с кем-то сблизиться, а возможно, и никогда не смогу. Это не значит, что я оставалась в одиночестве. Куда бы я ни приезжала – всегда останавливалась в молодежных хостелах, где встречала людей со всего мира. Конечно, ничего рассказать о себе я им не могла – даже открыть свое настоящее имя. В данный момент я представлялась Лиз (сокращённо от Элизабет) и якобы целый год путешествовала по Европе перед поступлением в колледж. Куда бы я ни приезжала, это было моим прикрытием, менялось только имя.

Постоянная ложь сделала невозможной любую дружбу. Открыв ноутбук, я проверила свой блог, который по-прежнему обновляла почти каждый день, несмотря на то, что в течение нескольких недель не получала комментариев от Арии. Тридцать один день, если быть точной. Я бросила взгляд на тумбочку, где лежал мой мобильник. В последнее время меня все чаще посещало непреодолимое желание позвонить и выяснить, что мешает ей зайти в мой блог. Я чувствовала, что это ради моей безопасности. В своем последнем комментарии она предупредила меня: «Не теряй время, оставаясь на одном месте, потому что в Европе очень много интересных объектов для изучения». Я поняла это как намек на то, что Маттео, возможно, идёт за мной по пятам, и потому последние несколько недель я моталась из города в город, нигде не останавливаясь больше чем на один-два дня. Но меня уже утомили постоянные переезды. Я похудела, и почти вся одежда болталась на мне, словно была с чужого плеча. Мне хотелось уже осесть, найти жильё, которое я могла бы назвать своим.

Переодевшись, я засунула одежду в свой рюкзак. От чемодана мне пришлось избавиться на четвертой неделе моего путешествия, так как неудобно и тяжело было таскаться с ним везде. Все равно большая часть старых вещей мне не понадобится. Мне когда-нибудь доведется поносить вечерние платья и «Лабутены» на шпильках? Этой жизни пришел конец. Я оглядела свой потрёпанный рюкзак, дешевые кеды и простенькие джинсы, и на мгновение меня захлестнула тоска по чему-то такому, чего я никак не ожидала в себе. Принимая решение сбежать от мафии, я понимала, что буду ужасно скучать по брату и сестрам, и до сих пор не прошло ни единого дня, чтобы я не предавалась мечтам вернуться в Чикаго, чтобы снова повидаться с ними, вновь поговорить с Арией, опять обрести стабильную жизнь. Но прежде мне не приходилось скучать по той роскоши, которая была в моей прошлой жизни. Так почему же я вдруг затосковала по тому, что всегда презирала?

Все, что у меня когда-либо было, оплачено кровавыми деньгами, и даже билет на самолет сюда мне достался именно так. Но деньги у меня уже почти закончились, и в следующем городе мне придется найти работу, а это значит, что я вынуждена буду задержаться на одном месте дольше нескольких дней. Хотя я могла бы попробовать свои силы в карманных кражах, что, конечно, ничем не лучше мафиозного бизнеса, за исключением того, что никому не придется умирать.

Закинув рюкзак на плечо, я вышла из маленькой комнаты