Измена.ru (СИ) - Рузанова Ольга

В глаза ударяет яркий свет, а сон как рукой снимает.

На диване нашей гостиной сидит Арчи. Закинув ногу на ногу, пьет газировку прямо из бутылки.

— Привет, Березовские! Как отдохнули?

— Ты здесь откуда? — спрашивает Рома, не скрывая раздражения.

— Давай, собирайся. Я тебя второй час жду. У нас важная встреча.

Мое прекрасное настроение идет трещинами и осыпается к ногам битым стеклом.

Глава 24. Наташа

— Что он делает в нашем номере, Ром? — шиплю на мужа, когда мы наконец-то после недолгого разговора с продюсером оказываемся в спальне.

Здесь прохладно от работающего вовсю кондиционера.

Я сразу закутываюсь в белоснежный халат, а Рома стягивает футболку и небрежно скидывает ее на пол. Это раздражает больше чем обычно. Как же он привык к тому, что Наташа все уберет и слова лишнего не скажет?

А я устала молчать.

— Не кипятись, малыш, — распаляя меня еще больше, потирает свои покрасневшие плечи и морщится.

— Я не кипячусь, блин, — всплескиваю руками. — Я уже вскипела, Ром, если ты не заметил. Что этот армянин делает в нашем с тобой номере?

— Видимо, он договорился с горничной. Хрен разберешь. Я скажу ему, чтобы больше так не делал, и конфликт будет исчерпан. Окей?

— Уж, пожалуйста, — закатываю глаза. — Это наш номер, здесь хранятся мои вещи. Почему, черт возьми, все нарушают наши личные границы?

— Ты считаешь, Арчи может что-то украсть? — ухмыляется Березовский. — Преувеличиваешь, Гайка.

Я в бешенстве. Убила бы, ей-богу!..

Исподлобья наблюдая, как он уверенно откидывает купальные шорты в сторону. Снова на пол, конечно же. Раздражает.

Рома проходит в душ. Я иду за ним. Рвущийся из квадратной лейки активный поток воды приглушает трескающиеся в моей голове мысли. Крупные прозрачные струи плавно стекают по широкой спине, узкой пояснице, крепким ягодицам. Ванная комната заполняется ароматом геля для душа и горячим паром.

— Может, присоединишься? — обернувшись, подмигивает Рома.

— Вот еще, — фыркаю. — Арчи своего позови.

— Вот же зараза…

— Сам такой.

Усевшись на тумбу, покачиваю ногами. Жду своей очереди, чтобы помыться, потому что идти во второй санузел, располагающийся в зоне гостиной, как и встречаться с продюсером, нет никакого желания.

Мы две недели должны были быть только одни.

Бессилие накрывает.

Отчаяние.

Березовский дергает кран, проводит ладонями по волосам, чтобы прогнать с них лишнюю воду, делает несколько шагов и тянется к полке с полотенцами, намеренно прислоняясь ко мне всем телом.

Отворачиваю лицо, всем видом показывая свое недовольство.

— Ну, что ты, любимая? — вздыхает он трудно и трется носом о мою шею, распуская по коже стаи мурашек. — Я точно так же, как и ты, не знал, что Арчи припрется. Не вели казнить, вели помиловать, жена.

Всхлипываю от обиды, но все же смягчаюсь. Правда ведь, не знал. Рома тоже не любит, когда в его личное пространство вторгаются. Он такой, мой гений. Часто ведет себя обособленно даже со мной.

— Меня он бесит, — обнимаю мокрые плечи и поглаживаю твердые мышцы на спине.

— И меня бывает.

Рома коротко, немного агрессивно целует мои губы и снова серьезно смотрит в глаза.

— Верь мне, Наташ.

— Я верю. Почему он так рано прилетел?

— Появился рекламодатель из местных. Увидели мои сторис здесь и сделали выгодное предложение. Арчи примчался, чтобы согласовать детали. Не я ведь буду этим заниматься? У меня отпуск.

— Отпуск закончился, Березовский, — легко оттолкнув его, спрыгиваю на пол и стягиваю халат. Размещаю его на специальном крючке.

Рома завязывает полотенце на бедрах и смотрит на себя в зеркало, похлопывая по щекам.

— Не драматизируй, Наташ. Я максимум на два часа и сразу к тебе. Ты даже не заметишь. Отдыхай пока.

— Угу.

Когда я выхожу из душа, в номере уже идеальная тишина, а в комнате пахнет терпкой туалетной водой. Переодевшись в шелковую сорочку, втираю специальный бальзам в выгоревшие на солнце волосы, мажу лицо и тело увлажняющими кремами и беру ноутбук, чтобы позаниматься любимым делом.

Отсортировав лучшие снимки за день, скидываю их Дэну и, подумав пару секунд, отправляю то же самое Машке. Плюс видео с дронами. Я не хвастливая, просто так хочется с кем-то поделиться. Дубай произвел на меня неизгладимое впечатление. Это город контрастов. Город больших возможностей. Я в полном восторге.

Маша, просмотрев мои сообщения, ничего не отвечает, поэтому я звоню ей сама. Развалившись на животе, подпираю подбородок ладошкой и жду, пока длинные гудки сменятся мелодичным голосом:

— Привет, Наташка.

— Привет, — тепло улыбаюсь. — Как у вас дела, Маш? Как Артемка, Ваня?

— Да как… Артемка заболел. С питания в садике сняли, сейчас придется за справкой в поликлинику топать. Ваня работает. После смены еще остается, чтобы побольше получить потом. Сама понимаешь, деньги нам нужны.

— Понимаю. Вы молодцы, Маш.

— Стараемся, — вздыхает.

— А как твое здоровье? Ничего не беспокоит?

Подруга хихикает.

— Это беременность, Наташ. Мне рожать скоро. Конечно, беспокоит. То тут потянет, то там замкнет. Потом сама узнаешь. Вы-то пока ребеночка не надумали?

— Нет… — хмурюсь.

— А чего боитесь? Что денег не хватит? Так это ведь жизнь, Наташ. Бог дал ребенка, даст и на ребенка.

Вспомнив неприятные, оскорбительные рассуждения мужа о наших друзьях, решаю сменить тему.

— Ты видела, я тебе фотографии отправила?

— Видела. Это ты сама снимала. Вы на море уехали?

— Ага.

— Какие молодцы. Кредит оформили?

— Почему кредит? — удивляюсь. — Рома ведь зарабатывает.

Смущаюсь отчего-то. Неловко становится.

— Ну ничего себе, — смеется Маша. — Это на этих Тиктоках можно так заработать?

— Он не только блогер, — заступаюсь за мужа.

— Ладно-ладно... А на море-то хоть тепло? Зима же.

— Это Дубай. Здесь круглый год тепло, Маш…

Настроение стремительно падает, будто один дрон из тех, что кружились над моей головой еще два часа назад.

— Ну ладненько тогда. Давай, Наташ. Фотки хорошие получились. Как фотообои!..

— Спасибо, Маш. Ване с Темочкой привет передай.

— Обязательно.

Отключившись, возвращаюсь в мессенджер, чтобы проверить, не отправил ли что-нибудь Дэн. И снова расстраиваюсь. Помимо нескольких замечаний по поводу съехавшего горизонта и отсутствия компенсации композиции, мой наставник подкалывает:

«Видел этот отель в обзорах. У тебя муж олигарх? И ты скрывала?»

Решаю оставить данный выпад без ответа и закрываю ноутбук.

Устроившись под одеялом, повышаю градус на кондиционере и пытаюсь заснуть. Спустя десять минут, вскакиваю и бью кулаком по подушке.

Бесит. Меня снова накрывает. Окутывает злыми сомнениями.

Было время, когда мы с Березовским ели самую дешевую пиццу с сосисками и тогда, вроде как, были одним целым. Общие интересы и мечты. Сейчас же костью в горле встает золотой стейк, о котором, оказывается, все знают, кроме меня, деревенщины неотесанной.

Я, черт возьми, практически физически ощущаю эту пробоину в наших отношениях. От нее несет одиночеством и грустью.

Доход вырос, и у Ромы есть с кем поделиться своими успехами. Арчи, Ильяна, Тамби, куча блогеров, с которыми они на одной волне. А я? Мне даже рассказать некому. Машка все равно ничего не поймет, другие глумятся.

Зачем эти деньги, если благодаря им я ощущаю себя инопланетянкой в собственной жизни?

Я хочу быть собой. Не хочу выделяться. Не хочу быть круче.

Я другая. Неформатная — и этим искренне горжусь. Кстати, о форматах...

Не успев преодолеть приступ любопытства, хватаю телефон и открываю приложение. В строке поиска начинаю вводить «Ильяна», ожидая увидеть нужную страницу, но она будто бы пропала. Не могла ведь просто исчезнуть? Полчаса пытаюсь отыскать аккаунт рыжей, а потом решаю уточнить возможные причины данной проблемы в поисковике.