Бывший. Спасибо, что лгал мне (СИ) - Элен Ош

Ребеночка проверить надо!

— Я босиком! Грязная! Голодная! Не поеду! — упрямо твержу. — Завтра с утра схожу к гинекологу.

— Сам отвезу! В платную съездим, сразу УЗИ сделаем. Но обещай, Маша, если почувствуешь что, звони немедленно мне. Отвезу в больницу. Не жди скорую!

— Хорошо, — отвечаю, а у самой улыбка на губах: ну действительно, и кто отец ребенка? — А что со Святом решили?

— Согласился ждать. Пару месяцев брат на нарах проведет, подадим на апелляцию. Я решу вопрос. Нам даже на руку неожиданный ход стороны обвинения. Но Орлов не понял.

— Ясно. Интересный расклад карт, — откидываю голову на спинку сиденья, а телефон снова оживает.

На этот раз сестра звонит. Отвечаю сразу, не заставляя ее нервничать еще больше:

— Да, Аннушка! Все хорошо. Я еду домой…

Глава 27

Ты надежду подарила

Павел меня до самой квартиры провожает и с рук на руки сестре сдает. Аннушка едва дверь открывает, на шею мне бросается, но помнит о Ярике, сильно не прижимая:

— Напугала меня, дурочка! Я уже и в полицию звонить собиралась. Но они ж с места не сдвинутся, пока три дня не пройдет или труп не найдут раньше.

— Прости, Ань!

А она на Пашу уже смотрит, ответов ждет. За его мать я вступилась. Считай, тоже виноват в глазах сестры.

— С Орловым договорились. Извинения, конечно, он принес. По сути, закрыть бы его. Основания более чем весомые и статья не шуточная, но…

— Как адвокат, ты оправдал его, так получается?

— Нет, Анна. Человеческий фактор включил. Орлов — фигура значимая, за ним целая система стоит. Лучше договориться, чем потом ворох проблем разгребать. А со своими шестерками он сам разберется.

— Как скажете, Павел Николаевич. Манюня, чего застыла? Марш в ванную! Потом в постель. Кормить буду, — ко мне оборачивается, а я Паше руку протягиваю:

— Спасибо, что помог и быстро приехал! Иди, а то мама в машине ждет. Устала тоже.

— Да, уже иду. Маша, позвони, если что…

— Я помню!

— Либо завтра утром я заеду и отвезу, как договорились.

— Хорошо, — улыбаюсь, а он склоняется и в щечку меня целует, Анне кивает и за дверь.

А я по-прежнему телефон в руке держу, вспоминая, что Трофимов смс-ки писал. Просил перезвонить. Вот еще проблема то!

— Аня, ты не поверишь, кому я торт отвозила, — стягиваю платье, нижнее белье и заползаю в душевую.

— Ну и…

— Трофимову, — включаю воду, с удовольствием подставляя лицо под теплые струи, а сестра рядом, за шторкой стоит.

— Шутишь?

— Нет. Торт его жена заказала. Случайно, видимо.

— Не много ли случайностей для одного дня?

— Это уже закономерность называется, — фыркаю, сбивая пену на волосах.

— И что он сказал, увидев тебя беременную?

— Что я время зря не теряла.

Анна издает едкий смешок. Я тоже, вспоминая физиономию бывшего. И как-то даже совсем не грустно от встречи с ним.

Сестра была права, когда говорила, что надо уходить красиво, с высоко поднятой головой. Я так и сделала, последовав ее совету. Не сломалась. Встала на ноги. Работаю. Жду ребенка. И чувствую уверенность в завтрашнем дне.

— Но это еще не все, Ань, — я выключаю воду и выбираюсь из душевой, не без помощи сестры. — Он звонил. Сообщения присылает с просьбой перезвонить.

— Ответила?

— Нет еще, — накидываю халат и в комнату ухожу, на кровать опускаюсь, а по телу такое блаженство: долгожданный отдых.

— В смысле: «Нет еще». Не вздумай отвечать! В черный список его, и все дела!

— Аня, он с другого номера позвонит и будет продолжать донимать. Лучше я поговорю с ним и выясню, чего хочет.

— Давай, я позвоню! Заодно, скажу все, что думаю. Манюня, тебе нельзя волноваться! Мало тебе приключений сегодня? Хочешь родить раньше времени?

— Нет, не хочу!

— Вот и все! Ладно, я на кухню. Еду принесу сюда. Тебе лежать надо!

Не спорю со старшей сестрой. Да и сил ползти на кухню тоже нет. Мысленно весь день переживаю заново. Себе удивляюсь: откуда столько смелости взялось? С боем за мать Павла вступилась.

Надо бы написать ей, спросить, как себя чувствует. Адреналин схлынет, а после опустошение начнется. А ведь она уже не девчонка, хоть и выглядит потрясающе.

— Вот, супчик тебе для начала, — Анна возвращается с подносом в руках, устанавливая его на коленях, а я с удовольствием аромат ловлю и первую ложку съедаю, когда телефон принимает входящий звонок.

— Легок на помине, — Анна скашивает глаза на экран. — Ответишь? Только громкую связь включи! Тоже послушать хочу.

— Но молчи, ладно?

— Как рыба, — уверяет сестра, а я принимаю звонок:

— Алло.

— Машенька, ну наконец-то! — выдыхает телефон голосом Данилы, а у Анни такое комичное выражение на лице, что я не выдерживаю и смеяться начинаю, закрывая рот ладошкой.

— Чего ты хочешь, Трофимов?

— Машенька, надо встретиться и обсудить создавшееся положение.

— Какое? В моей жизни все уже устоялось.

— Не верю! Маша, скажи честно: ребенок от меня?

— Какое это имеет значение, Трофимов? Ты бросил меня! К тому же, ты женат.

— Маша, ты не понимаешь.

— Да неужели!

— Подожди, не перебивай! Ты сказала, что ждешь сына. Машенька, это же моя мечта!

— Что, прости?

— У меня есть дочь, а жена беременна вторым ребенком. Я узнал об этом в тот день, когда простился с тобой. Надеялся, что будет сын, но…

— Вторая дочь? — догадываюсь я.

— Да, — сокрушенный голос из телефона, — но ты надежду подарила. Сын! Машенька, скажи, что это правда: ребенок от меня?

Глава 28

Мы не будем долго ждать

(Анна)

— Нет! — в сердцах кричит сестра, склонившись к телефону. — Это не твой ребенок! Больше не звони мне. Никогда!

И нажимает «Отбой», отбросив мобильник на другой конец кровати. А я в шоке смотрю на Манюню, перевожу взгляд на телефон, до сих пор не веря в услышанное.

— Вот ведь сукин сын, — выдыхаю. — Да как у него язык повернулся такое сказать! Кобелино не только любовницам мозги компостирует, но жену собственную ни во что не ставит. Удивляюсь, как она живет с таким подонком? Еще и рожает от него. Но тому и первый ребенок был не нужен, а второй тем более.

Спохватываюсь, излив словесный поток, когда всхлипы сестры доносятся. Сидит у изголовья кровати, себя руками обхватила, живот прикрывая, и носом шмыгает.

Тут же к ней подсаживаюсь, обнимаю сестренку. По голове, как маленькую поглаживаю:

— Ну что ты, Манюня? Все, забудь о нем окончательно! Теперь ты поняла, с каким чудовищем встречалась?

— Да, Ань! Но мне страшно, — признается, а я к себе лицо