Я возьму тебя на руки (СИ) - Альбина Яблонская

Или это уже третий?

9

Руслан

Тома пригласила меня в дом, и я не смог ей отказать. Решил, что ничего плохого не произойдет, если мы вместе выпьем кофейку и пообщаемся. А то вчера на это не было ни сил, ни времени. А недосказанности валом. Был занят чертовым компрессором.

— Отлично, проходи — я варю очень хороший кофе.

— Хороший кофе, говоришь? Интригует. Арабика? Робуста? Может, смесь в интересных пропорциях? Ты его сама и перемалываешь?

Уже привычно развязав шнурки в тесном коридорчике, я окинул взглядом полку с обувью. В этот раз я искал отнюдь не детские кроссовки. И даже не женские. Меня интересовало присутствие чего-то мужского в этой обители. Есть ли здесь что-то от того самого "отца". Что-то еще, кроме гитары.

— Да, сама, — ответила Тома, проворно укатив на кухоньку с ажурными занавесками на окне. — У меня есть хорошая кофемолка. Жерновая. Старая фамильная реликвия. Она мне еще от бабушки досталась. Слегка напоминает мясорубку, надо иметь сильные руки, чтобы прокрутить, — приговаривала девушка, уже прокручивая жернова на силу, — но у меня руки сильные, знаешь ли. Привыкла.

— Даже не представляю, как ты все делаешь руками.

Заметил, что в доме убрано. Стало чище, чем было вчера вечером. Пакеты с готовыми изделиями убраны на полки, все подметено, обувь сложена в галошницу. В воздухе стоял приятных запах моющего средства для полов. Я тут переживаю на полном серьезе, что не дал девушке выспаться после тяжелого вчерашнего дня, а она уже в квартире прибралась.

Но уже через минуту синтетический запах яблока был вытеснен ароматом кофе.

— Да, есть такое. Все руками, Руслан. Тебе это может показаться диким сначала, я понимаю. Я и сама сперва туго рисовала в голове, как буду выживать. Все ждала, что пройдет…

— А оно могло пройти?

— Врачи так говорили, — пожала она плечами. — Меня ведь даже выписали из больницы с формулировкой, что "остаточный эффект". Мол, небольшая опухоль, давшая осложнение на хребет, и все такое. Но на деле это было уже точно.

— Никаких шансов?

— Нет. Не прошло, — отчеканила Тома с грустной иронией на лице. — Не прошло.

Повторив эту фразу, она пригладила волосы руками. А я мельком остановил свой взгляд на декольте. Грудь приподнялась от движения плечей. Бюстгальтера нет. И я слегка залип на пару секунд. Пока Тамила смотрит в окно и о чем-то думает. Надеюсь, она это не видит. Потому что выглядело не лучшим образом с моей стороны.

Пришел попялиться на формы? Ну-ну.

— А кофе где берешь? Пахнет так добротно. Прямо как в хорошей кофейне. Удивлен. Обычно дома так не пахнет. У меня кофемашина — и так богато не пахнет, когда сварю эспрессо… Хотя и недешевый покупаю.

— Ох, ты сейчас, наверное, думаешь, что я транжира.

— Нет, прости, я не на это намекал. Ты неправильно подумала. Без задних мыслей.

— У меня приятель просто баристой работает.

— Приятель? — почему-то зацепило меня это слово. Я везде искал подвоха.

Ну и что такого, что приятель? У нее не может быть друзей-мужчин? Ты еще с мужиком ее законным ничего не выяснил, всего лишь на кофе зашел, а уже на "приятелей" бросаешься? Будь попроще. Сделай расслабленный вид и покажи, что тебе нет никакого дела до ее хахалей, кем бы они ни работали. Хоть и владельцами сети элитных кофеен.

Впрочем. Это же просто бариста. Ничего особенного. Только усы себе накручивают, да висками выбритыми щеголяют. А в кармане — бублик. Я повыгоднее выгляжу, уж точно.

— Да, мой друг.

— Друг, — повторил я снова и вздохнул. Становилось как-то жарко. Вместо расслабленности я демонстрировал тотальную озабоченность ее приятелями и друзьями. Не так я себе представлял наш разговор. Я уже начинал ненавидеть этот хороший кофе. Было чувство, что входная дверь распахнется — и к нам войдет разлить свой кофе по чашкам тот самый бариста.

И они поцелуются у меня перед носом.

— Ну как друг, — добавила Тома. — Дружили еще в школе.

— Одноклассник, значит?

— Да. Одноклассник. Он ухаживал за мной в старших классах.

— О… — поджал я губы. Все к тому и шло, естественно. Хахаль. Ее парень. Просто бывший. Типа. — Твой бывший бойфренд, выходит?

— Вроде того, — засмеялась Тома. — Боже. Как же давно это было. Мы с ним еще на брейк-данс после школы ходили.

— Ты в школе брейк мочила?

— Ага, брейк мочила, — повторила она и самоиронично замотала головой. — Сейчас в это трудно поверить, но да. Было время, когда я танцевала нижний брейк.

Не знаю, зачем, но мне почему-то хотелось быть остроумным. Жутко захотелось пошутить. То ли чтобы вырасти в ее глазах как компаньон для разговора. То ли чтобы снять свое внутреннее напряжение. Но я пошутил.

И вышло это не очень.

— Так это потому ты в инвалидном кресле?

— Э… — нахмурила Тома свои тонкие от природы брови. — Прости? О чем ты?

Я начинал понимать, что промахнулся. Моя шутка не зашла. Юмора не поняли. И теперь придется объяснять, что я имел в виду, когда сказал "это".

Черт. Как же жаль, что нельзя все отмотать. Сделать вид, что ничего такого не было.

О чем мы там говорили перед моей шуткой? О школе. О бывшем бойфренде. Лучше бы она рассказывала о своих парнях, чем я пытался шутить при женщине.

— Извини. Это была такая шутка.

— А. Я поняла. — Тома прикусила нижнюю губу и выключила газ под туркой с кофе. — Уже заварилось. Сейчас немного подождем и будем пить. Ты не спешишь?

— Слушай, это была просто шутка.

— Да, я поняла.

— Нет, я серьезно. Не умею шутить.

— Ну почему же. Было смешно.

— Смешно как раз не было. Ты не смеялась. И даже смысла моих слов не поняла.

— Ты пошутил, что… — задумалась Тома, прокрутив в голове сказанные мной слова. И… внезапно до нее дошло, что я вкладывал в тот анекдот. — А! Ты имел в виду, что я в коляске, потому нижний брейк танцевала активно?!

— Д-да… — выдавил я из себя с искаженной улыбкой. — Так все и хотел сказать.

— Это смешно. Правда.

— Серьезно?

— Да, конечно. Ржака. Ты юморист.

— Я дурак.

— Ты не дурак. Ты просто пошутил.

— Лучше бы я промолчал.

— На самом деле я люблю тебя слушать.

Она налила мне горячего кофе. Придвинула сахар, но я не взял. Пью просто черный. Несладкий. И дома, и в кафе. Везде. Люблю простоту. Она меня всегда очаровывает.

Ну или, может, этот кофе такой же простой и беспонтовый, как я сам?

— М… — вырвалось у меня само собой,