Тройной сюрприз для шейха - Рин Скай

остается единственный верный способ. Просто перестать иметь с этими женщинами хоть что-то общее.

— Господин, мы просто пришли к вам в гости, это что, запрещено? — дерзко смотрит мне в глаза Афифа.

Я не имею ничего против того, чтобы женщина так со мной разговаривала, тем более, что я собираюсь взаимодействовать с Лилией, а у нее совсем другой менталитет, и она спокойно общается с мужчиной как с ровней, и мне надо к этому привыкать. Для менталитета восточного мужчины я довольно-таки прогрессивных взглядов, и готов к тому, что Лилия вряд наденет платок, но я спокойно отличаю дерзость и наглость. То, что делает сейчас Афифа — наглость чистой воды, хотя у нее местный менталитет, и вот ей бы как раз стоило общаться с мужчиной, со своим мужем поуважительней.

— Что я сказал тебе, Афифа, сегодня днем, что я сказал сегодня днем вам обеим, когда вас, как легкодоступных девиц приволокли в мой офис мои люди?

— И что нам теперь дома сидеть? — продолжает огрызаться женщина.

— Теперь нет. — широко улыбаюсь я. — Теперь вы свободны, можете делать все, что вам заблагорассудится, и не позорить мое честное имя!

— Господин… — оседает на колени бледная Равия.

На ее лбу выступают капли пота.

Меня это не трогает. Нет, я переживаю за нее как за любую незнакомую женщину, которой стало плохо, но теперь уже не как за жену.

Я встаю и помогаю ей присесть на диван. Подхожу к кулеру и наливаю прохладной воды в стакан, подаю ей.

— Спасибо, господин, вы такой заботливый, господин… — жадными глотками пьет воду Равия.

Афифа испепеляет ее ненавистным взглядом. Ей кажется, что Равия играет спектакль, чтобы привлечь мое внимание, и чтобы мой гнев не был таким сильным в ее сторону. Но я вижу, что это не игра. Сымитировать обморок можно, а вот специально вызвать реальную бледность на лице и капли пота на лбу, по мне так не реально.

Я возвращаюсь обратно к столу.

— Итак, Афифа. Тебя я брал первой женой. С тобой, первой я развожусь.

— Господин… вы делаете глупость. — мотает головой жена.

— Я развожусь с тобой. — повторяю я во второй раз, игнорируя ее слова.

— Господин… не надо… не надо… я родила совсем недавно… господин… — наконец начинает нервничать Афифа, но я уже все решил, и менять решения не намерен.

— Я развожусь с тобой, Афифа! — говорю я в третий, и в последний раз.

Теперь уже бывшая жена коротко вскрикивает и притворно теряет сознание.

ГЛАВА 26

ОМАР

Мне ничего не остается, как подойти к теперь уже бывшей жене и помочь ей прилечь на диван.

— Омар… зачем вы это сделали, господин… — трясутся губы Афифы.

Слезы в ее глазах стоят самые настоящие. Наверно, впервые с момента нашего с ней брака я вижу хоть что-то настоящее в ней.

— Я не мог поступить иначе. Что сделано, то сделано, Афифа Ханум. Теперь мы с вами больше не женаты. Не смею вас задерживать.

— Но, Омар! Ты не выгонишь меня из дома! Я хорошо знаю все пункты брачного договора, и там прописано, что в случае развода по инициативе мужа, дом, слуги, ежемесячное содержание остается мне!

— Никто вас не гонит, Афифа Ханум. — усмехаюсь я, — И все пункты брачного договора я выполню, не переживайте.

— По закону мы должны находиться в браке еще три месяца! — обиженно выпалила Афифа, — чтобы убедиться, что я снова не беременна!

— Учитывая то, что я не посещал тебя ночами три последних месяца, вряд ли ты сейчас можешь ждать от меня ребенка, но мы исполним все предписания, и три месяца у тебя есть. Кроме того, ты родила недавно, и пока кормишь малышку грудью, дети остаются с тобой. При твоем желании, разумеется.

— Омар!!! А потом?! — в ужасе понимает Афифа, что может лишиться не только мужа, но и дочерей. — Пожалуйста, не отнимай у меня детей!

— Дети по закону принадлежат отцу. — напоминаю я.

— И все же, ты в праве оставить их со мной, Омар!

— Афифа, вполне возможно, что я не буду лишать дочерей матери и в дальнейшем. — мягко говорю я.

— Спасибо, господин, спасибо!!! — разглаживается лоб бывшей жены.

— Рано благодарить. — холодно осаждаю её. — Это все будет завесить от твоего поведения. Будешь продолжать себя вести так, как ведешь, девочек воспитывать будут моя мама и сестры. Ясно тебе?!

— Да, господин. — коротко кивает Афифа.

— Ты можешь идти. На выходных я созову семейный совет с вашими родственниками. Мы должны обсудить сложившуюся ситуацию.

— Какой позор… — хватается Афифа за платок, и встает. — Какой позор, господин… отец меня убьет…

— Вы — взрослая женщина, Афифа Ханум. Вы должны осознавать последствия и нести отвественность за свои поступки.

Афифа, обливаясь слезами, наконец покидает мой кабинет.

Я бросаю многозначительный взгляд на Равию.

Теперь, на несколько минут она — моя первая жена, а Набиха, вторая. Но это очень ненадолго. Скоро и Набиха станет первой, и пока что единственной.

— Пожалуйста, господин, в ужасе съежившись, захлебываясь слезами, умоляет Равия.

— Я принял решение. — говорю твердо, но кто-бы знал, чего стоит мне эта твердость.

Я никогда не любил своих жен. Ни одну из трех. Да, они все были и остаются красивы, каждая по-своему привлекательна. Не спорю, что мне было приятно проводить время с каждой из них. В постель с Равией я ложился не морщась. Но. Это все была не любовь.

Наверно поэтому мне сейчас чуточку легче, чем Равии и Афифе. Но не совсем. Я прекрасно понимаю, что то, что я делаю — плохо. И вся ответственность в равной степени ложиться и на меня. Но так будет честнее. Мое сердце принадлежит другой женщине. Той, которая не согласится ни за что на свете делить меня с другой. К Набихе я вообще ничего не испытываю, но она не дает ни малейшего повода произнести три раза то самое слово, и стать свободным. А поэтому с ней развестись у меня нет никаких оснований. Мне не надо было изначально торопиться со свадьбами. Увы, свою Снежную Лилию я так и не дождался. Как и она меня.

— Господин… — жалобно напоминает о своем существовании Равия. — Пожалуйста, не разводитесь со мной. Дайте мне самый последний шанс, я больше никогда в жизни не подойду к вашей танцовщице, клянусь вам! Хотите взять ее в жены? Берите! Я подружусь с ней! Мы будем как сестры… правда! Никакой ревности, никакой зависти… я буду сидеть тише воды и ниже травы, господин…

— Равия. — останавливаю ее.

— Господин, я всегда мечтала стать первой