Развод. Вопреки тебе - Селин Саади

есть вероятность, что это затишье перед бурей. Но я пообещала себе, что буду готова к ней. Прятаться и убегать не стану, а наоборот, буду биться, чтобы он получил ответный удар.

Есть еще кое-что, что действительно вводит в замешательство.

Мой недавний помощник куда-то тоже исчез. Они оба резко пропали из моей жизни. После той поездки на шикарной машине, я больше не видела ни ее, ни владельца.

Честно сказать, не обошлось без мыслей, что я что-то сделала не так. Но быстро отбросила все это, слишком много я беру на себя.

В конце концов, ситуация с Денисом заставила стремительно переосмыслить все. Вообще всю свою жизнь, отношения с близкими, отношение к жизни и ее поворотам. Этап собственного взросления.

А в отношении Зуева, Оля как-то в одном из разговоров обмолвилась, что ему срочно пришлось уехать из города по делам компании. Наверное, это и к лучшему.

Я безумно благодарна и признательна ему за помощь, за адвокатов, но те ощущения, что были вызваны им в последнюю нашу встречу…они просто-напросто не нужны.

Сейчас у меня гораздо больше целей, чем когда-либо. Мне необходимо выстроить свою жизнь, впервые в соответствии с тем, чего хочу конкретно я, а не близкие, муж и кто-то там еще.

А такие мужчины, как Руслан не вписываются в мои намерения.

Самое главное — это приобретение автомобиля. Как раз в этом, он неосознанно помог укорениться. Дальше, хочется заняться изучением французского языка, а еще путешествовать. Безумно хочу увидеть жизнь где-то там далеко.

Аксенов брал меня несколько раз на свои переговоры, но в основном, мы находились в отелях, на встречах и приемах, на которых обычно ведут переговоры. Об экскурсиях и прогулках по незнакомым местностям и не могло быть речи.

Поэтому, мне есть что наверстывать, и вряд ли к этому прилагается мужественный влиятельный бизнесмен.

В конце концов, его бы девушка точно не оценила. Конечно, если он вообще в курсе, что она у него есть. Мысль заставляет глупо улыбаться.

Хм…Может быть еще в бассейн записаться?

Не скрою, иногда себя приходится прямо осекать. Потому что стойкое ощущение, что я была заточена в каком-то вакууме, а сейчас вырвалась наружу. И тут целый мир, который в какой-то степени мне теперь подвластен.

Звучит странно, но чувства именно такие.

Попробовать что-нибудь впервые, сходить на выставку, посетить какой-нибудь концерт. Просто отдыхать в выходной день под фильмы и разные вкусности. Готовить с душой или не готовить, и заказать доставку.

Как бы то ни было, это ощущение свободы, которое подарила мне измена Дениса.

Можно даже быть ему благодарным…

Да, несомненно, это можно было сделать гораздо человечнее и спокойнее, с благодарностью за все то время, что мы строили вместе.

Если бы он пришел и честно признался, что не готов больше жить в браке, не думаю, что я бы била посуду и пыталась удержать. Ведь совсем не имела веса рядом с ним. Однако, вероятность того, что я думаю так сейчас по определенным причинам, тоже есть. И наверно, я бы плакала и безуспешно старалась понять в чем причина нашего разлада.

Так что… для себя я определила, что это совсем не конец, а мое новое начало.

Звонок в дверь отвлекает от собственных мыслей, и поправив закуски на журнальном столике, я иду открывать.

— Привет. — ко мне, пританцовывая, входит Оля с бутылкой вина в руках.

Улыбаюсь, обнимая ее.

— Привет. — забираю вино, пока она разувается.

— Как у тебя тут… — осматривается по сторонам: — Уютно.

— Немного добавила…

— О! Да у нас вечеринка! — Оля смотрит на закуски, сыры, оливки, шоколад, и еще одна бутылка белого сухого, только теперь от меня: — То, что доктор прописал!

Усаживается на диван по-турецки.

— Давай, хозяйка, наливай! — командует, убирая свои непослушные кудри в хвост.

Усмехаюсь ее боевому настрою. Сашка болел последние две недели, и ей явно было тяжко. Открываю бутылку, разливая по бокалам и спрашиваю как у них дела.

— Да что у нас… температура, сопли, зубы, живот… — закатывает глаза: — Лучше расскажи как ты? — берет бокал, вопросительно смотря на меня.

— Так, у меня… в общем-то, все хорошо. Нашла работу, несколько раз в неделю преподаю. — пожимаю плечами: — Вот квартиру вашу превращаю в гнездышко. — смеюсь.

— А это подобие мужика что?

— Слушай, странно, но тишина. Помощник адвоката сказал, что ведутся переговоры с юристом Аксенова. Есть какие-то условия, но пока говорить рано. — задумываюсь: — Может быть все обойдется, и я спокойно получу бумагу о разводе? — звучит фантастически: — На имущество я не претендую, поэтому там единственная загвоздка — согласие второй стороны.

— Ага, как же! Так он тебе и согласился, не дури, а?! Этот хмырь, еще крови попьет. — цокает подруга.

— Надеюсь, что все это закончится через несколько месяцев, как и говорил Руслан. А я, наконец, буду дышать полной грудью. Сейчас, конечно, уже по-другому, однако, когда я сниму с себя этот балласт станет еще легче.

— Выпьем за это! — загадочно улыбается она, протягивая бокал: — Найдешь нового самца: богатого, красивого, заботливого и мужественного… — мычит в удовольствии: — И заживешь, как принцесса с голубоглазым принцем.

Шикаю на нее! Тоже придумала…

— А ты о чем подумала?! Я просто первое, что на ум пришло, сказала! Мой то кареглазый, для меня лазурные в диковинку! — возмущается, но я не верю.

Правда, это не мешает мне краснеть.

— Перестань! — делаю глоток, отворачиваясь.

Но эта лиса двигается ближе.

— Давай, рассказывай! Я, блин, все жду, жду, а ты вокруг да около! Как вы сходили на тот вечер? — глаза этой женщины буквально горят.

— Я же тебе говорила по телефону. — удивляюсь: — Вечер был неплохой. Богатые, деловые и серьезные. Только был там один мужчина, который явно испытывает неприязнь к вашему Зуеву. При этом еще и оказывается знаком с Аксеновым. Но даже это не испортило вечер. Ваш друг, знаешь, как какое-то успокоительное… — усмехаюсь говоря это: — Сначала раздраконил, а потом успокоил. — развожу руками, смеясь.

— Ооо… — Оля вскидывает брови: — Твой личный антидепрессант! Мне нравится! — поддакивает пока я давлюсь смехом, но вижу о чем-то задумалась.

— Что такое?

— Понимаешь, я тут с Никитой говорила на эту тему. Не смотри так! — округляю глаза с видимым упреком: — Сказал, что Зуев, конечно, обалденный друг, но так он неоднозначно ответил. Я попыталась выяснить, мол, что за скелеты в шкафу…но ты ведь знаешь моего мужа…. Ну или он знает меня, и поэтому молчит. — смеюсь вместе с ней, в принципе, склоняясь ко второму варианту.

— Оль, там по одному