Укрой меня собой (СИ) - Полина Эндри

Боль, разочарование, гнев, надежда — каждое чувство, которое могло возникнуть в такой ситуации, внутри меня спуталось, умножилось и набухло, поднимая всё до точки горения. В один миг просто взорвалось. Выстрелило. Лопнуло.

— Тогда говори! — я размашисто выдернула свой локоть из его руки. — Скажи мне, кто она! Ну же! — я толкнула его кулаком в плечо, получив только молчаливую реакцию. — Давай, Дориан! — я снова изо всех сил толкнула в противоположное плечо, и опять никакой реакции, что вызвало во мне ещё большую вспышку гнева и слёз. — Придумай отмазку о том, что между вами ничего нет и не было! — толчок в грудь. — И, конечно же, не ты отец ее ребенка! — я снова со всей силы замахнулась, но на этот раз он перехватил мои руки и развернул спиной, прижав к себе так неожиданно, что из моего горла вырвался весь поток дыхания.

По позвоночнику прокатился горячий шар, протекая вдоль жгучей лавой и задевая каждую часть тела. Я застыла в его крепкой хватке, дыша невпопад, и только сейчас ощутила спиной, как быстро вздымается его грудь, и как задевает мою макушку его теплое, сбивчивое дыхание.

Туманность частично упала с глаз. Я как спичка, почти догорела дотла, и только сейчас осознала, насколько меня захлестнули эмоции… Дориан все ещё прижимал меня к себе, а я зажмурилась, представив, как сейчас сцепляется его челюсть, как напряженно ходят желваки. Но он… Молчал.

Пожалуйста, скажи что-нибудь. Скажи, что это неправда. Что это всего лишь недоразумение.

Но мою молчаливую мольбу он не услышал. А в следующий миг развернул меня обратно и резко отпустил, заставив покачнуться. Затем отступил шаг назад, не меняя сдержанное выражение своего лица. И это меня снова взбесило. Меня ведь почти разносит одна только мысль об этой девушке… Я даже не в силах скрывать свою ревность. А он..! Ему просто все равно.

— Почему ты молчишь? — обиженно произнесла я, чувствуя, как каждая клетка моего тела опустошается. — Ты настолько увлекся своей девушкой, что даже забыл про Арчи… Где он, Дориан? На улице уже темно, но я не видела его с самого утра!

И снова он даже бровью не повел на мою речь. Мне захотелось взвыть от бессилия. И огромной обиды.

— Дориан, если ты будешь продолжать молчать, клянусь, я…

— Что ты? — вдруг прервал он, наступив на меня. От неожиданности я пискнула и потерянно отступила назад, врезаясь в стену, а он навис надо мной неприступной скалой, почти касаясь своим телом моего.

— Я…

— А знаешь что? — ещё прежде чем я попыталась связать растерянные слоги, он отстранился и наклонил голову, бросив на меня странный взгляд. — Я не обязан оправдываться перед тобой.

И с этими острыми словами отодвинулся ещё дальше, а у меня отвисла челюсть от такой прямолинейности. Я почувствовала, как грудь обволакивается тяжёлой досадой и в горле образуется большой болезненный ком.

— Конечно, не обязан, — кое-как нашлась я, сухо усмехнувшись. — Ты не обязан оправдываться перед первой встречной, да, Дориан? — сорвалось ядовитое с моих губ, нарочно выделив ключевые слова, и это стало тем самым спусковым крючком.

Глаза напротив полыхнули черным огнем и ещё прежде, чем я успела пожалеть о своих словах, он двинулся на меня, как ураган, припечатав к стенке одной рукой.

Дыхание оставило меня одним потоком, и тяжёлая ладонь вцепилась в мою шею, крепко сжав. Он опустил свое лицо на уровень моего, заставляя врасти в пол своим тяжёлым, опасным взглядом.

— Не играй с огнем, Мелисса, — сердито прорычал он над моими губами, заставляя мое сердце остановиться от страха.

Дориан ощупал мое лицо потемневшими глазами, а после так же неожиданно отпустил мое горло, продолжая буравить сердитым взглядом. Я рефлекторно ухватилась за горло, потерев его ладошкой, и жадно вдохнув, под его нажимом я… Сдалась.

— Это просто подло, Дориан, — тихо и побежденно выговорила, всхлипнув, и опустила слёзные глаза, понимая, что выгляжу слишком жалко. — Здесь ты целуешь меня, обнимаешь и заботишься, а там… Там…

— Подло? — вдруг удивился он и, выгнув широкую бровь, отстранился от меня, искрясь чистым изумлением. — А ты сама чем лучше? Скажи мне, Мелисса, что ты делала возле моего кабинета? — огорошил он меня, наконец выплевывая наружу гнев, который охотно сочился сквозь его губы.

— Хотела проверить меня? Увидеть, что я храню за замком?? Разузнать обо всем за моей спиной?!! — ладонь взметнулась и впечаталась в стенку возле моей головы, заставив меня испуганно вздрогнуть.

Я задержала дыхание и закрыла глаза в испуге, пытаясь остановить бешеное стучание своего сердца. Но когда снова открыла их, он все ещё грозно нависал надо мной, не собираясь отступать.

— Ты хочешь обвинить меня, но сама играешь нечисто, Мелисса. Рано или поздно я узнаю твою тайну, и, поверь мне, — он сделал угрожающую паузу и наклонился ближе, почти не оставляя между нашими лицами пространства, — будет лучше, если я услышу о ней лично от тебя, — прозвучало предупреждающе мне в губы перед тем, как он полностью отстранился от меня.

А после… Окинул меня свирепым взглядом и, стремительно ушел, громко захлопнув дверь.

Глава 19

— Тебе нельзя туда.

— Ты думала, я не узнаю?

— Ты ужасная лгунья, Мелисса Вэйн.

Лгунья. Лгунья.

Лгунья!

Толчок жары пронзил мою грудь и я вскрикнула, рывком подняв спину. Глаза широко распахнулись и столкнулись прямо с белой собачьей мордой, дышащей мне в лицо.

Арчи.

Дыхание вышло из меня одним длинным рывком, возвращая поток кислорода обратно в легкие. Эхо слов отбивало чечётку в моей голове. Сон. Это просто сон…

Арчи издал лёгкий скулёж и нагло полез на мои бедра поверх одеяла. Всё-таки Дориан не забыл о своем питомце…

Я уткнулась лбом в мягкую шерсть и обняла собаку. Так расслабляет… Мне хотелось остаться в этом моменте подольше. Но любопытство одолело и, осторожно отодвинув от себя Арчи, я обернулась на тумбочку.

Светящиеся цифры на часах насмехались надо мной. 4:46. Но спать больше не хотелось. Вернее, не хотелось снова видеть эти кошмары. Снова и снова слышать обвиняющий голос Дориана и смотреть в эти стеклянные глаза.

Я рефлекторно потянулась ладонью к шее, ощупывая ее, вспоминая ощущение на ней его крепких пальцев.

А ты сама чем лучше? — врезался в память гневной голос, вызвав ледяные мурашки по позвоночнику. Я испугалась. В тот момент, когда он держал меня за горло, выплевывая мне в лицо слова, которые имели смысл.

Ведь действительно, чем я лучше него? Я хуже. Гораздо хуже. Лгунья? Он не простит меня. Не поймет.

Нет, я не лгунья. Нет