Забирая Еву - Виолетта Роман

— Кстати, тут такое дело, - произносит Нинка шепотом, приблизившись ко мне.

— Колесников все понял. В тот день, когда ты к нему в кабинет ворвалась, и Егор тебя буквально тащил к себе… Просек он ваши отношения. Все расспрашивал меня о вас. Я ему, конечно, ничего не сказала, но тебе бы советовала вести себя потише. Кирилл очень скользкий тип. Кто-то явно стоит за ним сверху. И он падок до власти. Просто спит и видит, когда займет место Егора. И ничем не побрезгует в своих целях.

— Я тебя услышала, — киваю, чувствуя озноб по всему телу. Как бы то ни было, с появлением меня, Егор стал более уязвимым.

Договорившись с Ниной продолжить разговор на обеденном перерыве, расходимся по кабинетам. Включив компьютер, открываю сумочку и беру в руки телефон. Вижу непрочитанное сообщение от Егора.

«Вылетаю через десять минут. Уже соскучился, малыш. Будь хорошей девочкой. Люблю тебя. Вечером наберу»

- Ты чего довольная такая. Аж смотреть на тебя тошно, — раздается недовольный голос Ильи.

Он стоит посреди кабинета, со стулом и ежедневником в руках.

— Чего зависла, Колесо на планерку вызывает.

***

Колесников на самом деле изменился. Казалось бы, прошло всего четыре дня с нашего отъезда в командировку. А тут такие метаморфозы с человеком произошли. Наполеон-Бонапарт, не меньше.

— Ева Сергеевна, — слышу его строгий голос.

Поднимаю на него глаза, и еле сдерживаюсь, чтобы не рассмеяться. Ну что за жалкая пародия на шефа? Видеть после Егора у руля вот это… Не могу воспринимать его в серьез.

— Да, Кирилл Александрович.

— Я смотрю, у вас настроение шибко хорошее. Будто бы не в командировке, а в отпуске были, — хмурится он.

— А для меня работа – словно праздник, — улыбаюсь ему так широко, что скулы сводит.

— По моим данным, у вас три просроченные жалобы. Если к обеду ответы на них не будут лежать на моем столе, к вечеру в Управление отправится служебка о дисциплинарном наказании, — а столько гонора. Напугал, дрожу вся.

— Как скажете, Кирилл Александрович, — мой тон не меняется.

Колесников переключается на остальных, а я неспешно рассматриваю присутствующих. Дивлюсь их внешнему виду. У всех до одного такой понурый вид, будто бы все эти дни их голодом морили, и спать не давали.

Весь свой запал в конце планерки Колесников направляет на Илью, пришедшего сегодня на работу в форменной рубашке и драных джинсах.

— Кирилл Александрович, на меня вчера собака напала на аресте. Все брюки в клочья. А у меня из одежды только такое, — оправдывается наш горе- модник.

—Вы себя вообще слышите?! Ходить в таком непристойном виде даже по улице стыдно! Как вы будете граждан принимать сегодня?! – кричит начальник.

— Сидя, — хмыкает Илья, ничуть не отреагировав на приступ ярости Колесникова.

Спустя долгих и шумных тридцать минут, мы наконец-таки выходим из кабинета Кирилла Александровича и расползаемся по своим рабочим местам.

Первую половину дня разгребаю завалы, накопившиеся за время моего отсутствия. Жорик предпринимает вторую попытку подобраться к кабинету Королевы. На этот раз он вооружается коробкой с пирожными. Но Королева все также и на пару метров не подпускает его к своему столу. И снова наш Ромео возвращается в кабинет ни с чем.

— Жорик, дай ей время, не наседай, — говорю я, не в силах видеть его грустное лицо.

— Какое время? Я ведь давно ее замуж зову. Говорю, разводись. Переезжай ко мне. А она ни в какую, — хмурится он.

— Все потому что ты, Жорик, неудачник. Даже ее муж на твоем фоне смотрится круто! – хмыкает Илья, запихивая в рот одно из пирожных, предназначенных Королеве.

— Да пошел ты, — бросает в него ручкой Жора.

— А поговорить вы не пробовали? Чем она отказ объясняет? – спрашиваю я, не обращая внимания на странные звуки, издаваемые Ильей.

— Говорит, что я не могу обеспечить ее. У нее же муж бизнесмен. Куда мне до него? – устало вздыхает Жорик, тоскливо глядя на меня.

— Слушай, а у меня есть идея, — улыбаюсь и поднявшись со стола, подхожу к нему.

— Тебе нужно заставить ее ревновать. Попробуй приударить за кем-нибудь у нее на глазах. Я тебя уверяю, это самый действенный способ вывести человека на эмоции и подтолкнуть к принятию нужного решения.

— Гофман, а ты все таки хитрая баба, — присвистывает довольно Илья.

Улыбнувшись, я возвращаюсь на свое рабочее место. Мне просто хочется сделать счастливыми всех вокруг. Чтобы всем было также хорошо, как и нам с Егором.

В обеденный перерыв, убегаем с Ниной в ближайшее кафе. Я взахлеб рассказываю ей о чудесных выходных, Нина от всей души радуется за меня. После обеда, начинаются приемные часы. Возвращаясь в кабинет, радуюсь тому, что ко мне всего лишь парочка человек.

Присаживаюсь за свое рабочее место, начиная прием. Внезапно раздается звонок рабочего телефона.

— Ева Сергеевна, зайдите, — слышу в трубке надменный голос Колесникова. Извинившись перед посетительницей, отправляюсь к заместителю.

В кабинете, помимо него сидит мужчина средних лет. При одном взгляде на него, понимаю, что человек он скользкий. Бегающий взгляд маленьких глаз, нетерпеливое подергивание ноги под столом. От вида этих двоих у меня сосет под ложечкой.

— Ева Сергеевна, подготовьте постановление о снятии ареста с двух автомобилей вот по этому производству, — протягивает Кирилл листок бумаги. Подхожу к его столу и беру документ в руки. Вижу на нем порядковый номер исполнительного производства и название автомобилей.

— Насколько срочно нужно? Просто у меня сейчас посетители...

— Ева Сергеевна, СЕЙЧАС, - последнее слово он произносит, словно отдает команду. Что-то наподобие «апорт», когда бросаешь собаке палку.

Выхожу из кабинета, а саму передергивает от отвращения. Извинившись перед посетительницей, прошу ее подождать меня в коридоре. В базе изучаю это производство. Должником выступает физическое лицо. Некий гражданин Иванов Д.А. И у этого гражданина долгов на общую сумму, свыше пятисот тысяч рублей. Открываю папку с документами и нахожу необходимый акт об аресте имущества. Какая интересная получается картина… Арест производит сам товарищ Колесников за день до моего перевода в отдел. Ни одной оплаты по делу не проходит. Пазл в моей голове начинает складываться. Я понимаю, что задумал Кирилл. И понимаю, почему дает мне такое распоряжение именно сейчас, пока нет Егора. И я могу руку на отсечение дать, в