Я все еще тебя (не)люблю (СИ) - Галина Джулай

Она начинает беспорядочно целовать мое лицо и шею, потом снова возвращается к лицу. Я ее успокаиваю и, подхватив на руки, несу к ресепшену, пусть заселят ее в номер, и она там отоспится. Нужно только дядю Витю предупредить, что его дочь никуда не пропала, а отходит от алкогольной интоксикации в номере.

С Альвиной у нас давняя история: я был зеленым идиотом и имел неосторожность быть ее первым мужчиной. Для девочек это ведь важно, кто первый, и чтоб обязательно были чувства. Видимо, у нее чувства были, и хотя я ничего не обещал и был предельно честен, она стала вот такой пиявкой, которая, выпив, липла ко мне на семейных банкетах. И какова же насмешка судьбы: она ни один не пропускала, везде таскалась с отцом, а он как папин партнер по бизнесу присутствовал всегда. Только до такого обморочного состояния она набралась впервые. Выполнив свой человеческий долг, я возвращаюсь в банкетный зал.

Первое, что вижу, это Ксю: она одна сидит за столом, пока ее подружки танцуют. Направляюсь к ней. Задирать ее стало отдельным видом спорта, не меньшее удовольствие, чем прикасаться к ней и вдыхать аромат ее мягких волос. Когда равняюсь с нашим столиком, по одному ее взгляду понимаю, что дело дрянь. Только я же ни в чем не виноват, почему она так посмотрела? Может, обидел кто в мое отсутствие? Спешу к ней, но она срывается с места.

— Бэмби, постой, ты куда? — говорю ей вдогонку, когда она проходит мимо меня.

— Иду искать свою следующую ошибку, раз наш уговор уже не действует! — обернувшись, бросает она.

— Я ничего не нарушал, а если ты нарушила, то это не значит, что уговор теряет силу, — эта девчонка что, марафоны на каблуках бежит? Зачем так торопиться, я едва поспеваю.

— Серьезно? А это тогда что? — Она протягивает мне телефон, где я вижу момент, произошедший минутами ранее, где пьяная Альвина пыталась меня соблазнить. Ох, вот дерьмо! Интересно, кому я должен быть благодарен за шпионство?

— Я погляжу, у тебя много верных агентов, которые шпионят для тебя. — пытаюсь сохранить спокойствие.

— Я видела это своими глазами, — шипит она. — Знаешь, я даже рада, что все вышло именно так, как я предполагала. Эти твои непонятные игры, я устала от них! Я не понимаю тебя и чего ты от меня хочешь! — почти кричит, а потом как-то устало. — Чего ты хочешь?

— Тебя! — осекаюсь, потому что понимаю, что без тех двух порций виски я бы не выпалил такое, не подумав. Но пропади оно все пропадом, пусть знает! Она и так, наверное, догадывалась уже.

— Что? — лицо Бэмби вытягивается в удивлении. Мдаа, по ходу, не догадывалась.

20 глава

Ксюша

После бокала шампанского мы с девочками пускаемся в пляс и от души веселимся. Раз уж жених с невестой смылись со свадьбы, наши обязанности на сегодня исчерпаны, и мы можем отрываться по полной. Через полчаса я чувствую, что мне нужно в уборную, поэтому оставляю нашу компанию и выхожу из зала.

То, что я вижу, заставляет мое сердце часто колотиться. Недалеко от ресепшена стоит Кирилл, а на нем висит какая-то полупьяная девушка. Забыла, как ее зовут, нас кто-то представлял в начале свадьбы. В одной руке она держит наполовину пустую бутылку коньяка, а другой держит Кирилла за затылок и беспорядочно коротко целует куда только достает — шею, щеки, губы, глаза. Бедная дурочка явно в него влюблена, а этот мудак явно ее либо поматросит и бросит, либо уже это сделал.

Стараясь не привлекать лишнее внимание, делаю фото и иду дальше в уборную. Вымыв руки, смотрю на себя в зеркало и думаю: неужели я могла подумать, что Кирилл может стать другим? Нет, он все тот же эгоист и недолюбленный мальчик, который питается женским вниманием на завтрак, обед и ужин, чтобы чувствовать себя полноценным человеком.

Наверное, пора уже начать верить людям с первого раза, когда они показывают нам, кто они такие на самом деле. Также и с Кириллом: он показал себя еще тогда, когда унизил неуверенного в себе подростка. Зачем я теперь постоянно пытаюсь реабилитировать его в собственных глазах и как дофаминовая зависимая каждый раз жду его внимания? Да, признаюсь себе честно, что жду, очень. Видимо, та маленькая девочка, которая сидела тогда на лестнице и лила слезы, наблюдая, как ее детское сердце разбивается на мелкие осколки, очень этого хочет.

А ещё, я бы хотела, чтобы кто-нибудь тоже растоптал его чувства и вывалять сердце в грязи, чтоб он отчетливо понял, что тогда наделал. Жаль, что это невозможно.

Возвращаюсь за стол, наливаю себе шампанское и залпом выпиваю. Нужно успокоиться, слишком много места в моем сознании занимает человек, память о котором я мечтаю стереть.

Его приближение я словно чувствую, и когда он подходит, награждаю его убийственным взглядом. А потом вскакиваю со своего места, чтобы оказаться как можно дальше.

— Бэмби, постой, ты куда? — слышу за спиной.

— Иду искать свою следующую ошибку, раз наш уговор уже не действует! — отвечаю ему и ускоряю шаг, но он не отстает, ещё и говорит, что ничего не нарушал. Ха! — Серьезно? — не в силах слушать его ложь. — А это тогда что? — показываю ему фото на телефоне.

Его желваки играют на щеках и на мгновение он сжимает губы в тонкую линию, а потом несёт бред про шпионов.

— Знаешь, я даже рада, что все вышло именно так, как я предполагала. Эти твои непонятные игры — я устала от них! Я не понимаю тебя и чего ты от меня хочешь! — выпаливаю зло. Но потом уже тихо, ведь я действительно хочу знать ответ, спрашиваю снова. — Чего ты хочешь? — но ответ просто выбивает из меня воздух.

— Тебя!

— Что? — не могу поверить в услышанное. Нервно сглатываю. Ладошки тут же вспотели, а сердце пустилось галопом. — Это шутка такая? — может, это от шампанского у меня слуховые галлюцинации начались?

— Бэмби, — он делает шаг вперёд, а я машинально отступаю назад и упираюсь спиной в колонну. — Ты ведь уже не маленькая девочка. Понимаешь, что…

— Замолчи, — прикрываю руками уши. Не хочу ничего слышать.

— Ксю, — он берет мои руки и отводит их вниз. — Послушай…

— Нет, это ты послушай, — выдергиваю свои руки из его. — Я не одна из твоих девок. Понятно?! И не хочу ей быть! Не хочу! Не буду! Никогда! Понял?! Отстань от меня! Со своей заботой! И вообще отстань! И у меня парень есть! Вот! И я не Бэмби! — я несла все, что