Дурнушка для мажора, или Уроки соблазнения (СИ) - Лари Яна

Едва успеваю решиться, как Вяземский крепко сжимает мою левую кисть. Теперь не вырваться, не привлекая к себе внимания этих оскаливших пасти пираний.

Я полностью сосредотачиваюсь на ощущении его тёплой хватки на моей руке. Не сразу включаюсь в происходящее. А Артур между тем говорит спокойно и на полном серьёзе:

— Как дышится? Нормально. Полной грудью. — И нет, он сейчас не рисуется. Он реально спокоен. То, как расслабленно Вяземский поглаживает большим пальцем мою ладонь сыграть невозможно. — Тиана, не смеши. Чем ты её хочешь уколоть? Та, у которой отец людей вырезал в девяностых? Деньги Никифоровых объективно чище. Тебя же именно это выносит, безупречная моя?

Будто недостаточно эффекта от сказанного, он отбирает у меня чашку и допивает чай в два больших глотка, чем демонстративно ставит меня на один с собой уровень.

— Да ты… Ты… — Она опасно сужает глаза, запальчиво задирая острый подбородок.

— Называю вещи своими именами? — подсказывает Артур, сильнее сжимая под столом мою руку, словно чувствует моё желание уйти.

— Уймись, Ти, — устало вздыхает Раф. — Конкретно ты пока в жизни ничего не добилась. Не строй из себя невесть что.

— Да пошли вы!

— Это ты к нам подсела, — напоминает он, не скрывая иронии. — Вяземский, проводил бы уже свою невесту.

Артур даже не думает оборачиваться вслед гордо удаляющимся девушкам.

— Она взрослая девочка, не заблудится.

— Ты вроде тоже не дитё. Сам свалишь или отвести за ручку? — агрессивно рявкает Раф.

— Ну что ты. Вечер только начал становиться томным, — елейно отмечает Вяземский и заглядывает мне в глаза. — Варь, ты ведь не против прогулки в нашей компании?

— Конечно, я за.

Да он мне кисть раздавит пискни я хоть слово против.

Глава 28

— Значит, днём вы гуляли в парке? — Взгляд Рафа неуверенно дёргается между Вяземским и мной, требуя конкретики.

Он выглядит всё ещё слегка ошеломлённым этой новостью — не то уязвлённый, не то озадаченный. Никак не пойму.

— Гулять мы будем сейчас, — опережает меня Артур. — А днём было совсем другое.

И вот ни словом не солгал, но тон! Можно подумать, мы имена свои на коре вырезали и вешали замки на мосту влюблённых.

— Да я уже понял, что было не до телефонов. — Раф с грохотом отодвигает стул, всем своим видом выражая глубокое возмущение моей маленькой ложью. Одновременно с Вяземским кидает на стол пару купюр…

Братья цепляются взглядами, в глазах неприкрытая агрессия, раздражение, псих!

Чаевые раз в пять превышают стоимость заказа, я из вредности следую их примеру. Догадываюсь, что Артур не одобрит этот мой жест, мужчина должен вкладываться в свою женщину и всё такое, но на меня, по сути, никто из них не претендует. Так что переживут.

— Идёшь? — первым отмирает Вяземский, демонстративно хватая меня под руку.

Это немного неожиданно.

Подчиняюсь больше от отсутствия иных вариантов. Хватка у него железная. Потом уже приходит мысль, что он единственный за меня заступился. А уж после его тирады в адрес Тианы вообще не знаю, что и думать. Если судить объективно, то приоритеты он расставил в ущерб себе, отчего невольно чувствую себя ему обязанной. Но недолго. Ровно до того момента, когда Артур снова открывает рот.

— Не помню, малыш, я уже говорил, что в субботу устраиваю вечеринку?

— Нет.

— Тогда приглашаю. Укрась её своим присутствием.

— Я подумаю, — отвечаю уклончиво, стреляя в него убийственным взглядом. Ничего не имею против комплиментов, но не когда те исходят от чужих женихов. Можно подумать, что я это поощряю.

Впрочем, соперничество реально двигатель прогресса, потому что Адриан без лишних слов пристраивается слева. Правда, ненадолго, у него почти сразу звонит телефон.

— Варь, мне надо отойти. — Кивает на экран. Контакт подписан «Отец».

Кусаю губы, пытаясь сдержать кривую усмешку. Раф так естественно отчитывается, как будто мы успели стать парой. Нет, всё-таки обида сильно портит его образ.

Артур провожает его шумным выдохом и рывком разворачивает меня к себе лицом.

— Не передумала? — На секунду с него слетают все маски. Бесится… Ох, как он бесится…

Смешно, но прежде я такой вариант не рассматривала, то есть вообще не допускала подобной мысли. Я просто шла к своей цели, а сегодня… щёлкнуло что-то. Игнорировать интерес Адриана к другим девушкам оказалось проще, чем смириться с его бездействием, когда мне понадобилась поддержка. Нет, сердце при виде него всё так же щемит, а вот самолюбие бунтует. Хоть разорвись. Поэтому медлю с ответом.

— Уговор в силе, — наконец, прихожу к компромиссу.

Любовь любовью, но бонусом ещё идёт полезный опыт и статьи. К тому же Вяземский на меня уже убил вагон времени, платить по счетам всё равно придётся.

— Как скажешь, — цедит он медленно.

— Лучше ты скажи, зачем так явно нужно было меня клеить?

— Ради здоровой конкуренции. Мужчины любят добиваться, помнишь? Дай ему эту битву.

— Помню. Но ты перегибаешь. Это уже не битва, а самовольный захват территории.

Артур прищуривается, рассматривая меня с задумчивой улыбкой.

— Прямая и дерзкая. Очаровательная девочка…

Его взгляд — как синее пламя. Там пожар из невысказанного.

И мы неприлично близко, едва ли не в обнимку…

— Не нужно так напирать, тебя слишком много. — Опускаю глаза. Его пальцы всё ещё крепко сжимают мою руку выше локтя.

— И не подумаю. Когда ты влезла ко мне в окно, тебе было абсолютно плевать на мои желания. Ты пёрла вперёд танком, пока не получила свои плюшки. Теперь моя очередь.

— Ты мне так мстишь? — звучит как вопрос, хотя на самом деле сомнений в том мало.

— Я так втянулся. Но называй это как хочешь.

— Не боишься заработать себе лишние проблемы? — смеюсь не слишком-то и весело.

Горячий продолжительный выдох разливается теплом по моей макушке.

— Например?

— Тиана, — напоминаю тихо, отчасти чувствуя в том свою вину. — Кажется, ты умудрился впасть в немилость. Плохой мальчик. Мама будет недовольна.

— Я, может, давно хотел так сделать.

Вскидываю голову удивлённая ответом. Не то чтобы меня сильно волнуют их отношения. Хотя да, волнуют. Не хочу добавлять проблем.

— Почему же не делал?

— Не давала повода.

— Разве тебе он нужен?

Теперь уже Артур вскидывает бровь.

— Кто я, по-твоему — беспредельщик?

— Хуже, — улыбаюсь, смахивая с его куртки свой волос. — Эгоист.

— Потому и добиваюсь поставленных целей. — Артур перехватывает мою кисть и подносит пальцы к губам, сухим и тёплым.

— А вот сейчас не поняла, — пульс, вдруг ускорившийся до частой дроби, своевременно грубит голос. Меньше всего мне хочется добавлять к уже совершённым глупостям новые. И тем более нам не стоит сближаться больше, чем того требует общее дело. Это как минимум низко и бесперспективно. Но вопреки разумному я теряюсь в толчее нахлынувших ощущений.

— Потому что не туда смотришь. — В синеве его радужек тлеет ирония и что-то ещё, нечитаемое. — Или не о том думаешь…

Чтобы убедиться в справедливости его слов, достаточно посмотреть на приближающегося Адриана. Уму непостижимо, но я на пару мгновений умудрилась забыть, что мы с Вяземским гуляем не одни.

— Поняла, исправлюсь! — Тут же выкручиваюсь из его объятий.

— Куда пойдём? — Раф обращается ко мне, демонстративно игнорируя Артура.

— На звук гитары, — предлагаю в надежде избежать перепалок.

Пока мы добираемся к месту назначения, музыка становится громче. На площади небольшая группа цыган развлекает прохожих и судя по заполненной купюрами шляпе в смуглой руке одного из артистов, развлекает вполне успешно.

— О, пляски с бубном, — фыркает Раф, с любопытством разглядывая инструменты артистов. — Столько поминал, а вживую первый раз вижу.

— Это же турецкие цыгане? — говорит Артур, ни к кому конкретно не обращаясь.

— Ого, Вяземский! — Я откровенно сражена разносторонностью его интересов. — Откуда такие познания?