Здрасьте, я ваш папа (СИ) - Филимонова Лина

Может, она просто расстроена завтрашним отъездом и нашим расставанием? 

Точно! Вот я дебил! 

Я же не сказал ей четко и ясно, что у меня серьезные намерения. 

То есть… мы болтали всякое. Смеялись, шутили. Я говорил, что никуда ее не отпущу. Она цитировала заезженный статус, мол, ее трудно найти, легко потерять и невозможно забыть… И хохотала. 

Я, вообще-то, не шутил. Но знает ли об этом Юлька? 

И только я открываю рот, чтобы объявить о своих серьезных намерениях, как Юлька выдает: 

- А ты, случайно, не женат?

- Случайно нет. 

- Странно…

- В смысле? 

- Сколько тебе лет?

- Тридцать два. 

- А почему не женился до сих пор? 

Что за допрос, блин? Что такое нашло на Царевну-лягушку?

- Да как-то не сложилось, - говорю я. 

- Ты же не жадный?

- Вроде нет. 

- Трахаешься неплохо…

- Неплохо?! 

Вот это уже реально Лягушка дерзит! И реально получит от меня...  С десяток доказательств за ночь. 

- Ладно. Отлично ты трахаешься. К тому же красавчик и не дурак. Непонятно, почему не женился до сих пор. Подозрительно. 

- Искал свою принцессу, - выдаю я. 

И хочу добавить, что, кажется, нашел, хоть она и лягушка. Но Юлька не дает мне рта расткрыть. 

- Принцессу… То есть милую, нежную, заботливую?

- Ну да. 

Отличные качества, не поспоришь. 

- Чтобы ужин готовила и дома чисто было?

- Ну…

- Блин. Понимаю. Мне тоже такая в хозяйстве нужна, - заявляет Юлька. - Вообще ничего не успеваю с этой работой! 

Я смеюсь. 

Юлька пьет шампанское. 

Все-таки у этой лягушатины очень острый язычок. Обожаю ее! 

- А ты, случайно, не замужем? - спрашиваю я. 

Странно, но до сих пор мне не приходило в голову об этом спросить. Я с первой секунды был уверен, что Юлька свободна. 

- А это прям важно? - бурчит она. 

Не нравится мне этот ответ. Ох, не нравится. 

Почему бы не сказать просто: “Нет, не замужем”. Зачем нужно вот этот вот все… Эти лягушачьи заскоки. 

- Да, важно! - рявкаю я. 

- Не ори на меня, - дуется Юлька. 

- Прости. 

Блин. Как-то не так проходит наш последний вечер…

Но зато к ночи у меня никаких претензий нет. 

Уже к концу ужина Юлька перестала морозиться. Из обиженной царевны снова превратилась в мою любимую лягушечку. 

И мы так зажгли! Что утром я шел умываться на трясущихся ногах. 

Возвращаюсь, ныряю в кровать к Юльке. 

- Ну ты даешь! - шепчет она. - Я знала, что ты монстр. Но сегодня ты был просто супер-монстром. Не представляю, как теперь доползу до самолета. 

- Я донесу тебя на руках, моя зеленая прелесть.

- Обойдусь, - бурчит она. 

- Этой ночью ты была просто невероятной, - я целую ее. - Как в последний раз. 

- Почему “как”? Это и был наш последний раз. 

Юлька спокойно встает и идет умываться. 

- Что за дурацкие шутки? - говорю я ей в спину. 

- Я же сегодня уезжаю, - раздается ее голос из ванной. 

- Но не в Антарктиду же! Хотя я бы тебя и в Антарктиде нашел. 

Я врываюсь в ванную. Юлька сидит на унитазе. 

- Выйди! - верещит она. 

Я закрываю дверь и говорю через нее. 

- Я не знаю… Может, я вчера неясно выразился. Но у нас ничего не заканчивается. Я хочу продолжения отношений…

- А я не хочу, - раздается голос Юльки. 

Я снова резко распахиваю дверь. 

Совсем офигела ссыкуха зелёная! 

- Закрой! - вопит Юлька. 

- Не закрою. Что это еще за заявления? 

- Прелесть курортного романа заключается в его краткосрочности, - вещает деловая лягушатина, сидя на унитазе. - Потерять голову ненадолго прекрасно... Но надо возвращаться в реальную жизнь. 

- Ах, вот как…

- И я не хочу никаких продолжений. 

- Я тебе не нравлюсь? - вырывается у меня. 

- Нравишься. У тебя красивые ноги… 

Я стою перед ней в трусах, и она окидывает меня оценивающим взглядом с головы до ног. 

Ноги? Я что, телка, по ногам меня оценивать? 

- И все остальное ничего так, - продолжает Юлька. - Но мне придется попрощаться со всеми твоими прелестями.  

Я эту оборзевшую лягуху сейчас сожру вместе с потрохами! Со всеми, блин, попками и лапками! 

И мне пофиг, что она сидит на унитазе!  

28

Андрей

- Ну все, тебе конец! 

Я хватаю Юльку за ногу. 

- Выйди отсюда! - вопит она. 

И лягается, как настоящая боевая лягушка. Никак не стащить эту царевну с ее белоснежного трона! 

- Не выйду, пока не скажешь, что у нас ничего не заканчивается, - ставлю я ультиматум. 

- Ничего не заканчивается, - механически повторяет она.

- Серьезно? 

- Выйди! 

Я выхожу. Слышу, как дверь закрывается на защелку. И как включается душ. 

Я хочу к лягушке! Хочу потереть ей спинку. И попку. И все остальное… 

Но на мой стук она не реагирует. 

- Юлианна, пусти меня! - ору я в щелку двери. 

Ноль реакции. 

Да блин! Я сейчас пробью эту дурацкую дверь! И отнюдь не лбом…

Но она распахивается прежде, чем мне удается это сделать. 

На пороге стоит Юлька. Чистая, свежая, с мокрыми волосами и влажной лягушачьей шкуркой. 

Я не выдерживаю и облизываю ее плечо. Шею. Ухо. 

- Ты чего? - пищит она. - Щекотно.

- Немного мытой лягушатины на завтрак, - рычу я. - Именно то, что мне сейчас нужно. 

Юлька смеется. 

Как мне нравится ее смех! 

Я беру ее на руки и несу в кровать. 

- А я бы позавтракала, - произносит она по дороге. - Круассанами и сосисками. 

- В “Атмосферу”? - спрашиваю я. 

- Ага. 

Но ни в какую “Атмосферу” мы так и не попали. 

Мы были так заняты, что завтрак пришлось заказать в номер - чтобы не отвлекаться от нашей олимпийской программы. Мы чередовали поедание блинчиков с абрикосовым джемом с упражнениями на шесте, со спринтерскими забегами и спортивной акробатикой. 

Моя царевна просто ненасытна! 

Я впечатлен и, честно говоря, истощен. При этом меня не отпускает состояние перманентной эйфории…

Юлька сказала, что ничего не заканчивается. Правда, под давлением, но все же… 

А потом у нас больше не было времени обсудить этот вопрос. Словами. 

Но к чему слова, если все понятно без них... 

- Мне пора собираться! - неожиданно вспоминает Юлька в начале двенадцатого. 

- Соберешься, не переживай. 

- Конечно, соберусь. 

Она вскакивает и начинает одеваться. 

Я тоже натягиваю трусы и шорты. 

- Не надо идти со мной, - останавливает меня Царевна-лягушка. - Ты будешь только мешаться. Мне надо все упаковать.

- Ладно. Я позже приду. 

И я прихожу. 

Через час. 

И что я вижу? Юлька стоит у отеля с чемоданом. И к ней уже подъезжает машина такси…

- Эй! - ору я. - Подожди!

И несусь к ней, как страус по прериям, перепрыгивая через клумбы и скамейки. 

Увидев меня, Юля замирает. Смотрит испуганно и сердито. 

- Ты что, сбежать хотела? 

Я отбираю у нее чемодан. Сую таксисту купюру и говорю, что заказ отменен. И тащу вероломную лягушку в ближайшее кафе. 

- Что происходит? - призываю я ее к ответу. 

- Ничего. Просто я сегодня уезжаю. Помнишь, я тебе говорила? 

Она произносит это как ни в чем ни бывало. 

Разговаривает со мной отстраненно, как с каким-нибудь случайным знакомым. Как будто это не я пару часов назад слизывал абрикосовый джем с её…  Да неважно! Много с чего я его слизывал. 

- До твоего самолета еще три часа, - почти так же спокойно говорю я. 

Не орать же. Приходится придерживаться ее спокойно-отстраненного тона. 

- Но из отеля я уже выселилась,  - заявляет Юлька. - Хотела подождать в аэропорту. 

- А как же я? 

Она пожимает плечами и отводит глаза.