Дерзкая подруга сестры, или Проучить тебя (СИ) - Сергеева Ася

— Вот уж спасибо. Только тебя и ждала.

Мысленно переворачиваю ей ведро на голову. Хм-м… так она симпатичней стала, ей идет по цвету зелененькое. Подарить, что ли?

— У меня есть новости, — продолжает Евка, жаль, что пока без ведра. — Мы голосовали справедливо, выбирая к себе в команду. Сегодня объявляем результаты. И тебя можно поздравить, Орехова! Не зря ты свой розовый ужас напялила.

— С чем? — раньше меня успевает с вопросом Арина.

Я вся в слух обращаюсь, наблюдая за рыбиной, вдруг кинувшейся меня поздравлять.

Неужели возьмут?

Мне ведь хотелось попасть к ним…

— С полным пролетом тебя поздравляю! — Ева громко мне объявляет. — Твой танец на конкурсе был самым скучным. И можешь не надеяться к нам даже в массовку попасть.

Такой вот чести удостоилась…

Сама рыбина до меня снизошла, чтобы плюнуть и перечеркнуть то, чем хотелось еще заниматься.

— Ходи и дальше на балет в своем розовом балахоне, — подгавкивает рыбине помощница.

Идея с кирпичом уже не кажется просто фантазией. Шмяк ей в противную рыбью морду, и мне полегчает. Только подумала, а уже хорошо-о-о.

— Что вы врете? Я видела участников. Лучше Лизы никто не выступал, — моя поддержка тоже приходит от Арины.

— Ну да, ну да, рассказывать нам будете. Наш голос решающий, кого хотим, того берем.

— С капитаном спорить нельзя!

Обе деловые злюки с важностью бросают в нас свои законы.

— Не бойтесь, на отбор я больше не приду. Но тебе, Ева, придется подвинуться. Если не передумаю, то скоро я стану твоим капитаном.

Честно, хотела смолчать. Опять язык меня не слушает.

Под лошадиный смех стервозных участниц группы поддержки двигаюсь осторожно, но вперед и вперед.

Арина пристает ко мне, зачем я так сказала, еще больше дала повод им насмехаться. Сама не знаю зачем… В отместку за свое унижение. От обиды, наверное. Конечно, такое не сбудется. Невозможно. Лучше просто забить, да и все.

Справедливость забыла, кто я. Ау, Лиза Орехова на месте, здесь она, хочет проучить подлую рыбину. И мне сложно выбрать, кого раньше: ее или брата подруги?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍С выдуманной легендой заходим в аудиторию. Пока до своего места добираюсь, уже язык болит одно и то же повторять. И вот каждому становится интересно, не перепутала ли я наш факультет с балетом.

Хоть Мошкин не стал огорчать.

— Лиза, у тебя такое замечательное платье… кхе-кхе.

Культурный парень отпускает комплимент, при этом долго кашляя.

— Ой, я тебя придавила? Прости, Илья, — поправляю подъюбник. Надо же, накрыла Мошкина своим нарядом.

С переднего ряда к нам поворачивается однокурсница. Мы с ней вместе были на отборе в команду поддержки. Очень удивляется, что я пролетела. Ну а что мне скрывать? И хвалится тем, что ее как раз взяли.

— Помню, как она танцевала, — мне шепчет подруга, когда однокурсница после нас переходит хвалиться к другим. — Дрыгалась невпопад. Мостик не осилила. И под конец на пятую точку свалилась.

— Для массовки подходит, — я пожимаю плечами. — У нее не самый скучный танец был.

— Не слушай рыбину. Она же со злости все.

— Угу, — вроде и понимаю, но в душу как дерьма навалили.

Временно Арина отстает, мне совсем говорить не хочется. В платье становится жарко, мучаюсь из-за Евсея. Только больше всего меня бесит не это, а то, что он с ней, с гадкой рыбиной.

Боевое настроение ко мне возвращается только на перемене. Мы собираемся всей командой девочек, ага, есть у нас такая. Это Арина придумала.

— Может, с ним поговорить надо строго? — предлагает мягкая Амелия.

— Разве что с половником! — добавляет более решительная Майя.

— Я на все согласна, лишь бы отомстить, — вот оно, мое отчаяние.

Готова к забегу в любую секунду. На старте стою. Флажок поднимаю.

— Тогда вечером собираемся у меня и проникаем в логово Евсея. Чур, подлить ему краску в гель для душа за мной! — Первой забивает Арина.

— Ладно, что-нибудь еще придумаем. Только бы никто не помешал, — бормочу под нос, набирая сообщение маме, что сегодня у Арины остаюсь.

Мне совсем не кажется наша идея удачной и правильной. Но почему-то сегодняшним вечером особенно тянет попасть в логово брата-гада подруги.

Глава 18

Подготавливаемся по пути к Арине домой. К моему облегчению, я в своей одежде, а не бегаю по городу, порхая. Сомов заботливо принес мои вещички. И не просто так. Специально же, нахалюга, при Илье вручил. Да сообщить не забыл, что, мол, заботится так обо мне, не то что ботан белобрысый.

Наглость — врожденное у него. А что часто смеется и веселится, то уже, видимо, в детстве роняли. С близнецами непросто справляться. По Евсею заметно, только и знает, что ржать надо мной.

С помощью отмычки подруга открывает дверь брата. И мы залетаем внутрь.

Ну, держись, Евсеюшка! Устроим тебе тут веселую жизнь.

У него порядок благодаря отработке Арины за надписи на машине. В этом тоже нахал оборзел. И глазом не моргнешь, как ты уже в долгу по самую макушку у хитрого красавчика. Нам приходится действовать аккуратно, чтобы не сразу бросалось в глаза.

Что важно сделать?

Навредить врагу! О да-а! Что может быть приятней?

Для меня ничего, если речь о Евсее. Только ради него готова босая бежать хоть куда, лишь бы врагу бросить в сахар острого перца.

И так вот, как для самого дорогого парня, рассыпаю по дивану маленькие колючки. Сиди, Евсей, расслабляйся на них. В спальне тоже целую жменю раскладываю под простынь. Это чтоб тебе сны приходили, в которых я кусаю тебя.

Подлокотники смазываю сахарным слаймом, чтобы они скользкие и липучие были. Не забываю и об отступлении, сбоку от дивана разливаю масло с прозрачными шариками силикона. Будут прикольно лопаться. Пусть оценит царь. Лишь бы я потом далеко оказалась от царского гнева.

Арина возится в ванной, и я приступаю к окну в его спальне. Пишу неоновым восковым карандашом пожелания, какие днем для него думала. Майя в это время меняет у него в кухонной зоне все специи местами и в кофемашину добавляет шампунь вместо сливок. Амелия закрепляет за дверью в спальню гирлянду из искусственных зубов. Ну да, я не смогла сдержаться и купила наборчик в сувенирной лавке. Выгребла там все зубищи для кусючего психа.

Раньше всех справляется Амелия и бежит к себе. Майя на кухню торопится, собралась ужин готовить. Я не ухожу без Арины, жду ее, пока из ванной выйдет.

— Ты скоро? — заглядываю к ней.

— Уже все, — вытирает руки, — пока отмерила, и там пролилось, надо было вытирать. А мы будем вонючку сыпать или хватит ответок?

Прикидываю наши творения.

Ох и натворили мы, всю душу вложили в расправу.

— Давай с вонючкой подождем. А то нам потом долго скрываться придется, и может даже, не в этой стране, — с ужасом представляю я реакцию брата-гада подруги.

Вонючка — средство, которое нам продали в лавке для пранков. В баночке оно в виде присыпки с аромадобавкой «собачьи какашки». Сутки держит запах, потом само уйдет.

— Ой, я же краску с умывальника не забрала, — Арина несется в ванную, я пока иду на выход.

Перед дверью торможу. Кто-то поднимается по лестнице.

Прислушиваюсь… Там голоса и они сюда приближаются.

Бегом возвращаюсь обратно в гостевую.

— Ты чего? — Арина подходит ко мне.

— Там, кажется… хозяин вернулся, — поворачиваюсь на звуки, которые слышны теперь отчетливее. Ключ так точно открывает дверь.

Ой-йой!

Что делать? Куда бежать?

Не сговариваясь, разбегаемся в разные стороны.

Я протискиваюсь между стеной и задней стенкой дивана, а подруга лезет за шкаф. Нам друг друга видно, еще не полностью стемнело. И у обеих глаза перепуганные.

Долго ждать хозяина не приходится. Включается яркий свет.

— Проходи, Ева, теперь и ты у меня побываешь.